17 Октября 2014, 10:15

Евгений Гонтмахер: «И без санкций вся ситуация шла в эту сторону»

Российские регионы приступили к обсуждению бюджета на период 2015-2017 годов и столкнулись с проблемой дефицита, которая прогнозировалась в течение последних двух лет.

По оценке агентства Standard & Poor’s, к концу 2015 года дефицит и долги консолидированных бюджетов удвоятся по сравнению с началом 2013 года и достигнут 3 трлн рублей.

Как отмечают аналитики, серьезный удар по региональным бюджетам нанесет наращивание зарплат в госсекторе, требуемое в рамках исполнения майских указов президента Путина. В 2015 году рост расходов по этой статье составит 10% относительно предыдущего года, а их доля в консолидированных региональных бюджетах составит 35% (в некоторых регионах — свыше 50%).

Доктор экономических наук, заместитель директора Института мировой экономики и международных отношений Евгений Гонтмахер объясняет природу бюджетного дефицита:

— Есть три основных причины наблюдаемого дефицита в региональных бюджетах.

Во-первых, это ухудшение общеэкономической ситуации, когда реально падает экономика и собирается все меньше и меньше налогов — во все бюджеты, во всю российскую бюджетную систему.

Вторая причина — сверхцентрализация, когда даже те деньги, которые собраны в бюджетную систему, главным образом поступают в федеральный бюджет, а потом уже выдаются обратно тем же самым регионам. Мне представляется, что это не совсем правильно и абсолютно нецелесообразно.

В-третьих, неправильный выбор приоритетов расходов из региональных бюджетов. Основная часть расходов регионального бюджета сейчас идет на повышение зарплаты учителям и врачам, которое предусмотрено майскими указами президента. Это неплохо, мы же с вами прекрасно понимаем, что они все равно получают мало, и их зарплаты необходимо повышать. Но это должно быть соотнесено с экономическими возможностями. А в результате получается, что за этот счет уменьшаются все другие статьи расходов, предусмотренные по разделам образования и здравоохранения.

Происходит сокращение сети учреждений и высвобождение людей — и в здравоохранении, и в образовании. При этом тем, кто остался на рабочих местах, пытаются назначить относительно высокую зарплату.

Как следствие, например, молодому учителю становится сложно устроиться на работу в школу, — потому что ему, как молодому учителю, полагается более низкая зарплата, а это снижает среднюю заработную плату по школе, и соответственно, среднюю учительскую зарплату по региону. И получается, что молодых учителей становится невыгодно принимать на работу. А у нас и так имеется так называемый возрастной тромб в школе.

Это три основные причины, и они очень существенные. Закредитованность региональных бюджетов — это уже следствие, поскольку именно по трем вышеописанным причинам регионы, находящиеся под давлением отчетности перед Москвой по тем же самым зарплатам, вынуждены брать кредиты у Минфина и коммерческих организаций. Кредиты быстро нарастают, увеличиваются их объемы. А перспектив их отдачи — тут мы возвращаемся к первому пункту, экономической ситуации — пока не просматривается.

Санкционный режим не может быть основной причиной дефицита бюджетов, это всего лишь дополнительное обстоятельство. И без санкций вся ситуация шла в эту сторону. Все три вышеназванных фактора имели место и до введения санкций. Конечно, санкции обостряют, ухудшают ситуацию, но они не являются причиной.

Что касается банкротства регионов, то я не думаю, что эта перспектива реальна. Мне кажется, это вопрос уже политический, так как банкротство — это официальное заявление. Такого прецедента в российской истории пока не было. Я думаю, что если в региональных бюджетах сложится совсем тяжелое положение, то будет подпитка средствами из каких-то оставшихся резервов, списание долгов и так далее.

util