12 November 2014, 16:04

Джордж Сорос — о реконструкции царизма, европейских поклонниках Путина и кризисе Евросоюза

Джордж Сорос. Фото: Wiktor Dabkowski / AFP

Джордж Сорос рассказал журналисту канала France 24 Марку Перельману, чем грозит Европе новый российский курс и почему попытка договориться с Кремлем может стать роковой ошибкой Барака Обамы


— Вы написали очень сильный текст в New York Review of Books, в котором, помимо прочего, говорите следующее, я процитирую: «Вызов, который Россия бросает Европе, угрожает самому ее существованию. Ни европейские лидеры, ни граждане европейских стран не осознают эту угрозу до конца». Вы не слишком остро на это реагируете?

— Я думаю, что европейское общество, наоборот, еще не очень остро реагирует на угрозу со стороны России. Именно поэтому я стараюсь им объяснить реальную опасность, которую представляет Россия. Это все шокирует, потому что в путинском режиме, вообще-то, нет ничего привлекательного. Это то, что я называю «мафиозным государством». В первую очередь, есть военная угроза, потому что Европа не очень готова к тому, чтобы защищать себя. Еще больше шокирует, что в Европе есть своего рода имитаторы, которые рассматривают Россию как ролевую модель. Я считаю, что это показатель некоей фундаментальной неправильности и поломки в Европейском союзе. Нам следует признать, что этот союз сам по себе как эксперимент в международном управлении провалился. Он не принес того, что обещал, и уровень разочарования им таков, что даже Россия может предложить альтернативу.

— Кто в Европе уважает Россию? Кого вы имеете в виду, когда говорите о подражании действиям Путина?

— Например, Орбан в Венгрии (Виктор Орбан, премьер-министр Венгрии, известный своими антилиберальными взглядами — Открытая Россия) публично заявлял, что рассматривает Путина как ролевую модель. Если говорить о других странах, то, например, Фарадж из UKIP (Найджел Фарадж, лидер правой британской Партии независимости Соединенного королевства, добивающейся выхода страны из ЕС — Открытая Россия) говорит то же самое. Еще Мари Ле Пен во Франции. В Германии многие находят идею более близкого сотрудничества с Россией весьма привлекательной.

— Когда вы говорите об угрозе существованию, то само определение наводит на мысль, что существованию Евросоюза угрожает Владимир Путин. Вы имеете в виду военную угрозу или идеологическую? Что конкретно вы имеете в виду?

— Конкретно — обе.

— То есть Россия может вести войну и победить Евросоюз?

— Россия сейчас ведет войну в Украине, и если она там преуспеет... На Украине люди верят в Европу, хотят быть европейцами и даже готовы жертвовать жизнью в случае необходимости — что и произошло на Майдане. Есть 42-миллионный народ, конечно, не полностью единый, но вынужденный сейчас противостоять господству России. И этому народу нужно помочь защитить себя.

— Вы считаете, что это ключевое поле битвы, если Путин победит на Украине?

— Последствий может быть два. Первое — возьмите страны Балтии, в которых тоже много русского населения. Они могут оказаться следующими, и это будет прямая угроза НАТО. В этом случае Европе будет сложнее себя защитить, и в этом заключается военная угроза. Второе — это идеологическая угроза, что я нахожу особенно ужасным. Путин продвигает идеологию национализма.

Владимир Путин. Фото: Greg Baker / AFP

— Он фашист?

— Нет, кое-что другое. В России многие негодуют по поводу того, что Европа недостаточно помогла, когда рухнула советская система. Это возрождающийся национализм. Есть некоторое сходство с Германией после Первой мировой войны, где народ был недоволен выплатой репараций.

— И результатом этого недовольства стал Гитлер.

— Да.

— Вы считаете, что есть сходство. Что говорит Путин, чего он хочет? Хочет ли он воссоздать нечто вроде Советского Союза? Мы знаем: он говорил, что день крушения Советского Союза был самым грустным днем в его жизни. Думаете, у него это на уме?

— Он хочет воссоздать Российскую Империю. И еще он думает, что россиянам нужен царь. Поэтому он реконструирует модель царизма, и это заметно по многим признакам. Есть даже фильм, в котором царская Россия показана в цвете, а все, что было после нее — черно-белое. То есть показано восстановление прошлого России.

— Вы говорили о европейской реакции. А как насчет американской? В своей статье вы говорите, что Россия может быть полезна в каких-то других горячих точках мира. Ирак, Сирия, может быть, Иран? Это своего рода обмен на «свой путь» в так называемом «ближнем зарубежье»? Как вы считаете, Обама и США это примут?

— Конечно, скрытое предложение со стороны Путина таково, что он может помочь против «Исламского государства», если ему дадут свободу действий на том пространстве, которое он называет «ближним зарубежьем». Принять его — было бы исторической ошибкой для Обамы.


Интервью Джорджа Сороса вышло на канале France 24 11 ноября
util