25 Ноября 2014, 09:12

«110 человек контролируют 35% богатств России»: американский политолог о путинской клептократии

Фото: Алексей Дружинин / AFP

Обозреватель The Economist обращает внимание на книгу, которую побоялись печатать английские издатели

«Путин — вор! Путин — вор!», — кричали демонстранты во время маршей, которые прошли по Москве, когда Владимир Путин избирался на третий президентский срок. С тех пор смолкли многолюдные митинги, мгновенная аннексия Крыма и последовавшая за ней гибридная война на юго-востоке Украины сделали из Путина национального героя в глазах многих россиян, в том числе и тех, кто ходил протестовать против него. Но эти же события вызвали санкции Запада против близких друзей Путина, и в центре внимания снова оказались воровство и коррупция, которым посвятила свою новую книгу Карен Давиша, политолог из Университета Майами в городе Оксфорде (штат Огайо).

"Путинская клептократия« — это каталог персоналий санкционных списков Америки и ЕС, это путеводитель по клановому капитализму, выросшему из семени плутократических интенций Путина, его темного прошлого и авторитарного настоящего.

Когда Путин стал президентом, на него смотрели, как на прозападного политика и сторонника либерализма в экономике. Он обещал покончить с олигархами, властвовавшими в 1990-х годах, и вернуть государству роль главного арбитра. Вместо этого, пишет Давиша, он превратил «олигархию, независимую от государства и превосходящую его мощью, в корпоративистскую структуру, в которой олигархи обслуживают интересы чиновников. Те, в свою очередь, достигли высшей экономической власти, которую они употребляют... как во благо страны, так и во благо самим себе». В результате, по данным Давиши, 110 человек контролируют 35% богатств России.

Олигархи-разбойники 1990-х были умными, самостоятельно всего достигшими людьми, которые без зазрения совести использовали любые возможности, которые предоставляла им переходная экономика. Не таков клан Путина. Он по большей части состоит из скрытных, ничем не примечательных, серых людей, выходцев из спецслужб. Их путь к успеху лежал не через построение собственного бизнеса, а через удушение бизнеса, созданного другими, они преуспели, подбирая все, что плохо лежит, и высасывая деньги из государства.

В середине 1990-х Егор Гайдар, архитектор рыночных реформ в России, опасался, что репрессивная советская бюрократия трансформируется в мафиозную систему.

«Союз мафии и [бюрократической] коррупции при самом становлении капитализма может дать такой ужасный гибрид, аналогов которому в русской истории, пожалуй, не было —... всемогущее мафиозное государство, подлинный спрут», — писал он в 1994 году. Десять лет спустя опасения Гайдара начали сбываться. В своей книге Карен Давиша описывает порождение тайной полиции, мафии и олигархов, запустившее свои щупальца почти во все сферы жизни в России и даже за ее пределами.

Автор книги прослеживает историю этого явления от последних дней советской империи, когда люди из КГБ получили в управление зарубежные банковские счета Коммунистической партии и начали создавать совместные предприятия с западными компаниями. После того, как партия сошла с политической сцены, эти люди точно знали, где лежат ее деньги. В конце 1980-х Путин был младшим офицером. К 1990 году он официально заведовал внешнеторговыми отношениями в администрации мэра Петербурга. Это означает, что мимо него не проходила ни одна торговая сделка с иностранцами.

Затем Путин переехал в Москву, оказавшись сначала в кремлевской администрации, а потом — во главе ФСБ, пришедшей на смену КГБ, впереди были посты премьер-министра и президента. Его друзья последовали за ним, в управлении страной Путин полагался на своих бывших партнеров. Некоторым из них предстояло стать миллиардерами, контролирующими распределение нефтяной ренты. Путин не преминул воспользоваться и традиционными связями между КГБ и организованной преступностью.

Карен Давиша называет много имен. В издательстве Cambridge University Press были так напуганы ее разоблачениями, что отказались печатать книгу, опасаясь возможных судебных исков.

(Впоследствии издательство Simon and Schuster перекупило книгу и выпустило ее, но только в США.) Страхи британских издателей, несомненно, подогревали законы Великобритании об ответственности за распространение клеветы. Благодаря этим законам российские олигархи, казалось, могли вздохнуть с облегчением, но вскоре многие из них оказались в санкционных списках, которые закрыли им дорогу в Европу и Америку. В 2009 году журнал The Economist уладил тяжбу о клевете, которую Давиша упоминает в своей книге: иск был подан Геннадием Тимченко, экс-владельцем энергетического трейдера Gunvor. Теперь он в американском санкционном списке.

В своей работе Давиша широко опирается на открытые источники, расследования российских и иностранных журналистов, опубликованные в российских газетах, журналах и книгах. Недостаток этого метода состоит в том, что автор не может проверить надежность своих источников, и это делает ее уязвимой по отношению к болезням, поразившим российские медиа, с их склонностью к догадкам, теориям заговора и утверждениям, основанным не на документах, а на предположениях и косвенных данных. Какие из выводов, которые делает Давиша, можно считать обоснованными, неизвестно.

Главный тезис ее книги — восхождение Путина к вершинам власти не было случайным, это часть продуманного плана. Более того, система, возникшая в России, была создана группой людей, следовавших за Путиным. «Эта группа не заблудилась на пути к демократии. — считает автор. — Просто они никогда не шли этим путем».

Но ретроспективные суждения могут быть обманчивыми. Карен Давиша проецирует свое видение сегодняшней России на то время, когда Путин пришел к власти. В действительности превращение России в корпоративистское, националистическое государство нельзя назвать предопределенным.

В плюралистическом государстве скандальные, шокирующие истории о Путине и его дружках вызвали бы правительственный кризис. В России они не производят сколь-нибудь заметного эффекта.

Отчасти это объясняется тем, что Кремль полностью контролирует телевидение — главный источник информации для большинства россиян. Заметный рост доходов, особенно в крупных городах, сделал людей менее чувствительными к проявлениям коррупции. От роста цен на нефть выиграли не только Путин и его команда, но и те, кто за него голосовал. Российская агрессия в Украине и сопровождающая ее пропаганда пришлись по душе тем, кто мечтает о возрождении империи. Но с замедлением роста экономики и снижением реальных доходов внимание общества снова может переключиться на проблемы, которые привели к массовым протестам в 2011 году. И если это случится, истории, рассказанные Карен Давишей, могут обрести новое звучание.

Обзор книги «Путинская клептократия: кому принадлежит Россия?» профессора политологии Карен Давиши, директора Центра российских и постсоветских исследований им. Вальтера Э. Хавигхерста Университета Майами (Огайо, США) опубликован на сайте The Economist 22 ноября

util