29 November 2014, 13:00

Эффект нежного кома: к юбилею революции в Чехословакии

Демонстранты в Праге 17 ноября 1989 года. Фото: Lubomir Kotek / AFP

25 лет назад из конституции Чехословакии убрали статью о ведущей роли компартии

29 ноября 1989 года парламент Чехословакии отменил статью конституции о ведущей роли компартии в жизни государства и общества. Это событие стало пиком начавшейся 17 ноября Бархатной революции. И хотя новое некоммунистическое правительство было сформировано 12 дней спустя, а диссидент Вацлав Гавел стал президентом в канун нового, 1990 года, именно вынесенное парламентом 29 ноября решение официально завершило сорокалетний период монопольного права коммунистов на власть.

Самому термину «бархатная революция», означающему сегодня любое бескровное свержение авторитарного режима, мы обязаны чехам и словакам. Хотя в Польше, Венгрии и Восточной Германии демонтаж коммунистических диктатур произошел раньше чем в Чехословакии, именно развернувшиеся в Праге в ноябре 1989 года события были впервые названы «бархатной» («нежной», «вельветовой») революцией.

Как это часто бывает в истории, начало революционных событий (17 ноября) не всеми воспринималось как что-то исторически значимое. Хотя к середине ноября в почти половине стран Варшавского блока уже во всю шли демократические преобразования, чешские коммунисты еще пытались сохранить свою власть, идя на косметические улучшения системы и пресекая уличные протесты. Первое открытое оппозиционное выступление, вошедшее в историю как «демонстрация со свечами», состоялась еще в марте 1988 года в Братиславе. Демонстрация была организована священниками и религиозными активистами. Против оппозиционеров применили дубинки и водометы. На протяжении всего 1988 года акции продолжились. Они были приурочены к различным юбилейным датам национальной истории (возникновение независимой Чехословакии в 1918 году, Мюнхенский договор в 1938 году, подавление «Пражской весны» в 1968 году). Все эти демонстрации разгонялись полицией. В 1989 году шествия и митинги продолжились, государство неизменно отвечало на них полицейским насилием и арестами.

Демонстрация пражских студентов, намеченная на 17 ноября (день международной студенческой солидарности) была формально посвящена памяти студента-антифашиста Яна Оплетала, убитого гитлеровцами в 1939 году. Это мероприятие, которое должно было пройти под чисто студенческими лозунгами, обещало стать лишь очередной уличной акцией — их было уже немало, и они все никак не разворачивались во что-то опасное для системы.

Но за неделю до выхода студентов пала Берлинская Стена в соседней ГДР. Это зрелищное, в корне меняющее Европу, событие видела вся Чехословакия — изолировать страну при помощи информационной блокады слабеющий режим (теряющий к тому же поддержку горбачевской Москвы) уже не мог. И падение Стены придало чехам решимости.

Демонстрацию привычно разогнали. Однако на сей раз оппозиция не отлеживалась несколько недель, зализывая раны, а тут же продолжила активные уличные действия. Градус кипения общества повышали слухи о том, что при разгоне акции 17 ноября один из студентов погиб. Правда, это оказалось инсценировкой — роль погибшего студента сыграл офицер госбезопасности Людвик Зифчак, внедренный в студенческое протестное движение под именем Милана Ружички. Позднее Зифчак утверждал, что получил приказ совершить мистификацию, резко усилившую протесты, от своего руководителя, генерал-лейтенанта Алоиза Лоренца. Эта инсценировка, совершенная спецслужбами, до сих пор является поводом проводить исследования разной степени серьезности — от конспирологических, до вполне научных. Многие историки приходят к выводу, что на революцию работала не только оппозиция, но и реформистское крыло в Компартии Чехословакии и спецслужбах, связанное с Москвой.

Впрочем, и без спектакля Зифчака общество было на взводе, так как силовики в любом случае действовали 17 ноября очень жестко. Чехов неприятно поразило, что полиция расправляется со студентами — вчерашними детьми — почти с такой же жестокостью, как нацисты за пятьдесят лет до этого, во время оккупации.

Как бы то ни было, развитие революционных событий после 17 ноября приобретает необратимый характер. 20 ноября все пражские вузы объявляют забастовку, на улицы под лозунгами демократизации и отстранения КПЧ от власти выходят толпы людей. 21 ноября протестующих граждан официально поддержал кардинал Чехии Франтишек Томашек.

24 ноября под давлением общества руководство компартии складывает с себя полномочия, но протестное движение не останавливается. 26 ноября в Праге состоялся многотысячный митинг, в стране началась общенациональная забастовка. 28 ноября оппозиционный «Гражданский форум» добился в ходе переговоров с правительством принятия решения об отмене конституционной нормы о руководящей роли КПЧ, а на следующий день парламент отменил одиозную статью официально. Вскоре после этого было сформировано новое, коалиционное правительство.

Чехословацкая революция прошла куда более мирно, чем революция в ГДР, где ситуация множество раз балансировала на грани большого кровопролития с применением огнестрельного оружия. Также пражский бархат стал полной противоположностью тому, что случится в декабре 1989 года в другой стране рушащегося соцлагеря — Румынии.

util