4 Декабря 2014, 19:35

Ксения Туркова о языковом Зазеркалье Путина

Впечатления журналиста, кандидата филологических наук Ксении Турковой о послании президента к Федеральному собранию

Сегодняшнее обращение Владимира Путина к Федеральному собранию во многом построено на принципе, который раньше уже был неоднократно опробован. Этот принцип структурирования действительности я называю, чтобы было понятнее, детской присказкой «говоришь на меня, переводишь на себя». Путин, по сути, переворачивает ролевую структуру того дискурса, в котором сейчас существует Россия. Вот несколько примеров:

В отношении России в последние месяцы все чаще звучат слова «железный занавес», «изоляция» и «страна закрывается», — а Путин в своем обращении заявляет, что это другие страны выстраивают железный занавес вокруг России.

«Мы сами никогда не пойдем по пути ксенофобии, подозрительности и поиска врагов», — говорит Путин, упоминая именно то, в чем Россию и обвиняют. Особенно ярко это тут демонстрирует словосочетание «поиск врагов».

В ту же копилку — и упоминание Гитлера, который так и не смог победить Россию. Ведь именно с Гитлером сравнивали Путина и некоторые мировые лидеры (президент Литвы, например), и ряд общественных деятелей, и зарубежные СМИ. Это, если использовать стиль самого российского лидера, такая «обратка». Снова принцип перевернутой структуры.

Если же говорить о лексике, которую использовал президент, тут можно отметить несколько стилистических пластов.

Во-первых, это штампы и идеологемы, такие как «братский народ», «труженики села», «принять вызов времени», «переданные нам предками традиционные ценности», «сокрушить врага» и так далее.

Во-вторых, это любимые Путиным разговорные (на грани жаргонных) вкрапления. «Ободрали как липку», «нас послали подальше», «из-за бугра». Особенно интересно тут именно выражение «из-за бугра». Оно отсылает нас к 90-м, кажется, что сейчас президент скажет еще и про «бакс», который «попёр вверх». С одной стороны, это отражает пренебрежительное отношение к Западу. С другой, на мой взгляд, выдает и некую зависть, ведь это выражение, если вспомнить, как оно произносилось раньше, имеет именно такие коннотации. «Свалил за бугор» — так говорили о том, кому все-таки немного завидуют.

Наконец, в-третьих, Путин использует и новую метафорику. Например, говорит о том, что надо «перевернуть офшорную страницу в истории экономики». Вспоминает и мем этого года «вежливые люди»: «Наша армия вежливая, но грозная».

Отдельно, конечно, надо сказать о метафоре Крыма, который Путин сравнил с Храмовой горой в Иерусалиме, сказав, что полуостров имеет для России сакральное значение.

Употребив слово «сакральный», Путин, по сути, переместил проблему Крыма из национальной и политической плоскости в плоскость религиозную. Крым присоединили, так как он имеет сакральное значение. А все сакральное иррационально, тут и объяснять ничего не нужно. Надо просто верить в то, что так нужно. Мне кажется это важным смещением акцентов.

В целом же структура речи Путина, те слова и средства языковой экспрессии, которые в ней были использованы, говорят об одном: о том, что курс страны останется неизменным. А все обвинения в адрес России будут опять и опять попадать в языковое Зазеркалье, в мир перевернутых структур, и возвращаться из него обратно по адресу отправителя.

util