13 Декабря 2014, 19:43

Смертный приговор в день Конституции

Здание СИЗО № 1, «Матросская тишина». Фото: East News

В Москве судья Зоя Орлова отказалась освободить осужденного, который не выживет без трансплантации сердца и которому остается надеяться только на Страсбургский суд

12 декабря в СИЗО «Матросская тишина» состоялось выездное заседание Преображенского районного суда Москвы. Рассматривалось ходатайство осужденного К.С. об освобождении из-под стражи по болезни. Ему требуется срочная трансплантация сердца. Суд в освобождении отказал. Несмотря на то, что тюремные врачи признали: в условиях СИЗО спасти тяжелобольного заключенного они не смогут.

«Трансплантация сердца — это вам не прыщ на попе! — возмутилась Юля, гражданская жена К.С., когда адвокат Светлана Сидоркина передала ей, что судья Преображенского суда Зоя Орлова отказала ему в освобождении из-под стражи.

В надежде спасти своего мужа Юля обошла все специализированные кардиологические клиники Москвы, консультировалась со многими специалистами. Все они в один голос говорили, что в тюрьме ее муж долго со своим диагнозом не протянет: его может спасти только трансплантация сердца. Было уже три инфаркта; после четвертого он вряд ли выживет.

На заседании суда в СИЗО Юля не пошла: они с мужем решили, что это будет лишним испытанием для обоих — на положительный исход дела оба не надеялись.

Судья без мантии, прокурор без мундира

Выездные судебные заседания в тюрьме проводятся в крайних случаях — когда вывоз подсудимого в суд может ухудшить его состояние здоровья. Вот и на этот раз судья Зоя Орлова приехала в «Матросскую тишину» со своей секретаршей и молодой прокуроршей Матвеевой. Процесс происходил в следственном кабинете. Обстановка самая аскетичная: два стола и два стула. Только после настойчивых просьб членов ОНК Москвы, наблюдавших за судебным заседанием, удалось добиться того, чтобы сотрудники принесли стулья для всех участников процесса.

Прокурор все заседание просидела в пальто, крепко прижав к груди Уголовный кодекс РФ, который она ни разу не открыла. Судья возмущаясь, что не было создано условий для работы; теплое пальто все-таки сняла и начала процесс. Привели подсудимого. По документам ему 48 лет, а выглядит он на все 60. Он предприниматель, осужден на четыре года по самой популярной статье УК РФ — 159, части 4-ой («мошенничество в особо крупном размере»). Свою вину на суде он признал, часть исков — несколько миллионов рублей — уже погасил, и ему осталось заплатить еще несколько миллионов рублей долгов.

Понятно, что, отбывая наказание в колонии, оставшиеся иски К.С. не «погасит»: по состоянию здоровья работать на зоне он не сможет. Выплатит ли он их когда-нибудь, неизвестно.

По словам осужденного, во время консультации в Бакулевском кардиологическом центре профессор Ринат Акчурин сказал, что, если не провести трансплантацию сердца, жить ему останется не более полутора лет.

Адвокат Светлана Сидоркина подробно рассказала суду о том, что за время содержания под стражей, с 6 декабря 2012 года, состояние здоровья ее подзащитного сильно ухудшалось: «Согласно медицинским документам, показатели сердца К.С. свидетельствуют о чрезвычайной изношенности сердца. Так, показатель ФИЛЖ (фракция изгнания левого желудочка) сердца резко падал: в 2011 году он составлял 45%, в 2013 году — 40%, а в 2014-м — 25-26%. У здорового человека такой показатель обычно составляет 80%. Мой подзащитный срочно нуждается в операции по трансплантации сердца, которую могут провести только в Москве, при условии его освобождения из-под стражи. Если он будет этапирован в районный центр, декомпенсация сердца может наступить в любой момент и спасти его будет невозможно!»

Фото: Денис Синяков / AFP

Сидоркина спросила своего подзащитного, как он себя чувствует.

«Врач СИЗО запретил мне выходить на прогулки: чтобы попасть в прогулочный дворик, надо подниматься по лестнице, а я задыхаюсь даже при подъеме на один этаж. Ем я очень мало, иначе появляется одышка», — ответил К.С.

Судья перечислила целый букет заболеваний, которыми страдает осужденный, после чего скороговоркой зачитала решение врачебной комиссии «Матросской тишины»: «Не может быть представлен к освобождению от отбывания наказания в связи с заболеванием в соответствии с постановлением правительства РФ № 54 от 06.02.2004 года».

Прогноз жизни — неблагоприятный

Адвокат попросил выслушать специалиста, кандидата медицинских наук, доцента кафедры судебной медицины Леонида Петрова из Первого Санкт-Петербургского медицинского университета им. Академика И.П. Павлова, который дал заключение о состоянии здоровья осужденного К.С.

«Речь идет о тяжелом заболевании и массивных поражениях сердца. Без специализированной помощи прогноз — неблагоприятый, — говорил доцент Петров. — Необходима трансплантация сердца, а такие операции проводятся только там, где возможна высокотехнологическая помощь. СИЗО не входит в перечень таких учреждений».

Адвокат Сидоркина спросила: «Согласны ли вы с выводами врачебной комиссии СИЗО „Матросская тишина“, что мой подзащитный не может быть освобожден из-под стражи согласно 54-ому постановлению правительства?»

— По формальным критериям согласен, — доцент Петров обстоятелен, но даже он не скрывает своего возмущения тем, что из-за несовершенства закона человека не удастся спасти: — Это настолько тяжелое заболевание, что если не будет проведена трансплантация, то ни один доктор не возьмет на себя смелость сказать, что сможет спасти такого больного.

«Мне осталось жить полтора года»

Судья попросила врача «Матросской тишины» объяснить, почему комиссия не рекомендовала К.С. к освобождению из-под стражи.

Врач Княжевская, немолодая женщина в белом халате, говорила тихим голосом, заглядывая в бумаги: «Мы руководствуемся перечнем заболеваний, указанных в 54-м постановлении.

Там среди заболеваний, при которых показано освобождение из-под стражи, значится: недостаточность кровообращения, необратимые изменения в органах, отеки нижних конечностей и другие. В настоящее время у К.С. недостаточность кровообращения компенсирована. Отеков нет. Болезнь тяжелая. Но по своим осложнениям не соответствует перечню заболеваний, по которым его можно было бы рекомендовать к освобождению. Учитывая то, что заболевание тяжелое, мы его на этап не отправляли».

Закончив зачитывать медицинские документы, врач Княжевская вдруг произнесла вполне человечные слова, как бы пытаясь оправдаться: «То, что может произойти катастрофа, в этом перечне не оговорено. И мы с этим ничего поделать не можем».

— Значит, вы признаете, что его состояние тяжелое? Сможете ли вы ему провести трансплантацию сердца? — спросила адвокат Сидоркина.

— Что вы такие некорректные вопросы задаете? Не понимаю, что вы от меня хотите услышать. Мы не может отступать от документов, — возмущалась врач Княжевская.

Сидоркина попросила судью назначить комплексную судебно-медицинскую экспертизу, поскольку имеется два противоречивых мнения: врачебной комиссии «Матросской тишины» и специалиста — доцента Леонида Петрова. Сидоркина говоорила о том, что в состав врачебной комиссии «Матросской тишины» входил только один врач-кардиолог, а для того, чтобы оценить ситуацию, нужны были бы мнения кардиохирурга и других узких специалистов.

Фото: Максим Мармур / AFP

Судья спросила осужденного К.С., что он обо всем этом думает.

— Я понимаю, что согласно 54-му постановлению я не могу быть освобожден. Но профессор Акчурин сказал, что без операции мне осталось жить всего полтора года. А сидеть мне еще два года, — сказал К.С.

Судья спросила мнение прокурора.

Девушка-прокурор Матвеева, все так же прижимая к груди Уголовный кодекс РФ, не меняя скучающего выражения лица, произнесла: «Я возражаю против ходатайства об освобождении. Возражаю и против проведения судебно-медицинской экспертизы. Ее проведение направлено на затягивание процесса».

Занавес.

Судья Орлова попросила всех выйти из следственного кабинета, чтобы написать решение. И буквально через 10 минут зачитала это самое решение: отказ в ходатайстве о назначении судебно-медицинской экспертизы и в ходатайстве об освобождении К.С. из-под стражи.

Член ОНК Сергей Сорокин возмущенно сказал врачу Княжевской что-то о клятве Гиппократа: «Это ведь смертный приговор, вы подумали, кто за это будет отвечать?»

Ноль реакции. Прокурор Матвеева отказалась называть свое имя: «Я не обязана вам представляться». Ее, похоже, тоже угрызения совести не беспокоят.

Ущербное постановление правительства

Что же произошло?

Если верить специалистам — медикам, осужденный К.С. может не пережить этапа и пребывание в колонии без специализированной медицинской помощи и без срочной операции по трансплантации сердца. За его смерть никто не понесет никакой ответственности: ни врачи «Матросской тишины», отправившие его на этап, ни девушка-прокурор с прижатой к груди УК РФ, ни судья Зоя Орлова. Виновными в его смерти можно считать только составителей перечня заболеваний, по которым в России от отбывания наказания могут быть освобождены только те арестанты, которые находятся уже в полутерминальном состоянии.

«Это перечень заболеваний надо срочно поменять, — говорит доцент кафедры судебной медицины Первого Санкт-Петербургского государственного медицинского университета имени академика И.П. Павлова Леонид Петров. — В таком перечне не должны быть конкретные заболевания, а должны быть указаны состояния, угрожающие жизни. Ведь заболевания К.С. находятся в таком состоянии, при котором риск их развития чрезвычайно высок. Чрезвычайно высока угроза жизни. Через несколько месяцев его состояние резко ухудшится. Тогда он будет формально подпадать под 54-е постановление. Но может быть уже поздно».

История осужденного К.С. из «Матросской тишины» — одна из тысяч историй по стране. Известен случай парализованного осужденного Владимира Топехина, которого в той же «Матросской тишине» отказались освобождать из-под стражи, этапировали в Костромскую область, где врачи тюремной больницы, намучавшись с его лечением, через несколько месяцев представили его к освобождению в суд, и Костромской суд его освободил.

Другой случай: члены Хабаровской комиссии по помилованию обнаружили в ИК-3 заключенного без рук и без ног, которые были у него ампутированы после обморожения. Он был осужден за мелкую кражу на два с половиной года условно. Ему нужно было отмечаться в административной комиссии, но ходить он туда физически не мог. Вот суд и приговорил его заочно к реальному наказанию и его отправили по этапу на носилках. Теперь он отбывает наказание в колонии.

Фото: Максим Мармур / AFP

Вполне может оказаться, что и этот осужденный без рук и без ног под правительственное постановление № 54 не подойдет и суд его не освободит.

Возвращаясь к истории осужденного К.С., который просил не называть в статье его фамилию, можно сказать, что спасти его жизнь могло бы решение Страсбургского суда, куда адвокат Светлана Сидоркина собирается обратиться в срочном порядке. Если ЕСПЧ примет решение, что жизни К.С. угрожает опасность, то в Мосгорсуде, где через месяц-два должна рассматриваться апелляция на решение Преображенского суда, могут призадуматься: а не стоит ли провести судебно-медицинскую экспертизу, о которой просила адвокат Сидоркина?

Может, негоже российскому суду выносить смертный приговор осужденному в день Российской Конституции?

util