3 Января 2015, 14:17

«В новогоднюю ночь чувствуется, что можешь прикоснуться к свободе»

Фото: Bernd Wustneck / DPA / AFP

Алексей Курцин — о том, как он восемь лет подряд встречал Новый год не на воле.

Новый год считается праздником надежды, потому что всем хочется, чтобы наступающий год был лучше предыдущего. В тюрьме более чем где-либо хочется надеяться. На справедливый приговор, на выход поправок, смягчающих наказание, но особенно сильно надеются на амнистию. В некотором роде это можно сравнить с детскими ожиданиями игрушек под елкой и разочарованиями, что подарили совсем не то.

Почти на сто процентов уверен, что ощущения каждого заключенного и под Новый год, и после новогодних праздников очень индивидуальны и зависят от десятков факторов: хода судебных заседаний, вынесенных приговоров, связей с семьей, поддержки друзей и т. д.

Во многом поэтому все мои новогодние каникулы в местах не столь отдаленных были очень разными. А встречал я там Новый год в общей сложности 8 раз. 2005-ый год в изоляторе 99/1, пять последующих в знаменитой «Матросской тишине», два последних — в колонии, в Рязанской области.

Конечно, последние годы сохранились в памяти получше, но тем не менее очень хорошо запомнил и первый Новый год в тюрьме. Скорее всего это объясняется присутствием на тот момент некоторой наивности, ведь разве мог хоть кто-то предположить, что уже первый приговор принесет 14 лет?

Тот праздник я отметил в четырехместной камере, в компании с очень разными людьми, причем разными и в плане их дальнейшей тюремной судьбы. Сумели сделать салат, были и мясные нарезки (с продуктами в 99/1 было лучше, чем в других учреждениях). Но гвоздем программы была «настольная» елка, которую умелец-сокамерник Виталий изготовил из бумаги и раскрасил зеленкой. Хорошо помню, что все прошло весело, до приговоров всем было далеко (лишь один выезжал тогда на суд, остальным и обвинительного заключения еще не предъявили).

Новогодние праздники в «Матросской тишине» запомнились меньше, настроение было явно другим. 28 ноября 2005 года я получил первые 14 лет и, наверное, в большей степени переваривал приговор, нежели новогодние яства. Кстати, и второй и третий приговоры я получал как новогодние подарки от российской судебной системы: 25 декабря 2008 года от Таганского суда, 28 декабря 2009 года — от Преображенского. В Таганском суде к имевшимся 14 мне добавили год, что дало возможность газете «Коммерсантъ» поострить: статья о завершении моего второго процесса называлась «С Новым годом, ЮКОС!»

,

Алексей Курцин Кадр: видео Youtube

По ряду причин основным новогодним продуктом в «Матросской тишине» был винегрет, его приготовить было проще, чем «оливье» или «столичный». Были и простые сыры, и колбасы, и сладкие блюда (тут арестанты проявляют недюжинные кулинарные способности, в ход идут сливочное масло, сгущенка, шоколадная крошка). Запомнилось, что если всю ночь разрешали смотреть телевизор, то предпочтение отдавалось «Дискотеке 80-х» и «Легендам Ретро FM».

Один раз была попытка встретить Новый год со спиртным: сокамерник ехал с суда и вез в пластиковой бутылке водку, но бдительные стражи ее отобрали. В некоторых камерах гнали самогонку, но мне с этим столкнуться не пришлось. Гораздо проще было «затащить» в камеру ганджубас. Это удавалось, конечно, не очень часто, но иногда получалось. По-моему, один раз это произошло как раз на Новый год и по определению придало дополнительного веселья. Сам я ни разу не попробовал, но тоже веселился, наблюдая, как сокамерники по поводу и без повода покатывались со смеху и сметали все запасы сладостей.

На Новый год состоялось и первое мое нарушение режима в «Матросской тишине»: решил, наконец, воспользоваться довольно часто имевшейся в камере мобильной связью. Однако сеанс как-то не вызвал особого энтузиазма у жены, а сразу после новогодних праздников технику отшмонали (мы нерасчетливо спрятали аппарат в холодильнике).

Один раз, прямо 31 декабря, у меня началось сильное воспаление с зубной болью, как потом выяснилось, образовалась киста. Лишь 4 января мне сделали укол, а зуб удалили только в середине января. Ничего не поделаешь — в праздники зубные врачи не дежурят. Так и ходил больше двух недель с перекошенным лицом, да и боль удалось снять лишь частично.

В зоне, конечно, много своих особенностей. Хотя осужденные, так же как и в СИЗО, пытаются самостоятельно изготавливать какие-то блюда (мы вот с товарищем освоили салат «мимозу»), затаскивать побольше сладостей, шипучих жидкостей (спиртного в колонии, где я отбывал наказание, не было уже несколько лет, а ранее, по рассказам, лилось рекой). Можно было ходить друг к другу в гости, а по договоренности с дежурной сменой (за сигареты), — даже в другой барак.

Но основное отличие в том, что в любое время можно было выйти в локальный сектор, похрустеть по снежку, посмотреть на звезды и луну, вдохнуть свежего морозного воздуха. Да даже если на дворе туман и слякоть, это все равно симпатичнее толстых тюремных стен и решеток на окнах. Потому что, несмотря на колючую проволоку, обшарпанные строения, постоянно матерящихся сотрудников, за заборами все равно чувствовалась свобода. А в новогоднюю ночь казалось, что к ней можно прикоснуться.

Алексей Курцин, бывший заместитель управделами компании ЮКОС, был осужден на 12, 5 лет лишения свободы за хищение средств, освобожден по УДО в августе 2012 года

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Новый год в тюрьме. Рассказывают Даниил Константинов, Зара Муртазалиева

util