9 Января 2015, 12:35

Как сиделось оппозиционерам под домашним арестом в Горьком, Янгоне и Минске

Дом, в котором живет Алексей Навальный. Фото: Sefa Karacan / Anadolu Agency / AFP

Алексей Навальный сидел под домашним арестом 10 месяцев — и сам себя освободил от него 5 января, срезав браслет с ноги. Академика Сахарова держали под домашним арестом 6 лет. Освободил его Михаил Горбачев.

Андрей Сахаров, советский диссидент, ученый

Рубеж 70-х-80-х — время краха политики «разрядки» в отношениях между СССР и США и нового ужесточения как внешнеполитического, так и внутриполитического курса Кремля. В декабре 1979 года советские войска вошли в Афганистан. С этого события началась «последняя битва» холодной войны между Советским блоком и НАТО, и с этого же события началась ссылка академика Сахарова.

4 января 1980 года Сахаров дал интервью газете Tne New York Times о ситуации в Афганистане, а 14 января об афганской интервенции он говорил с корреспондентами ABC. Такая активность в критический для Кремля период разозлила политбюро и Лубянку. 22 января Сахарова задержали оперативники КГБ. Вместе с женой Еленой Боннер его отправляют в ссылку, в город Горький (Нижний Новгород), никакого судебного разбирательства не проводится. В этом городе, и так закрытом для иностранцев, Сахарова помещают под домашний арест.

Андрей Сахаров. Фото: Лев Шерстенников / East News, архив

В 1985 году Сахаров провел голодовку с требованием разрешить его жене выезд в США для лечения и встречи с родными. Тогда академика поместили в больницу и начали принудительно кормить. В письме президенту советской Академии наук Анатолию Александрову Сахаров описывал процедуры, которым он подвергался в больнице: «Меня насильно держали и мучили 4 месяца. Попытки бежать из больницы неизменно пресекались сотрудниками КГБ, круглосуточно дежурившими на всех возможных путях побега. С 11-го по 27 мая включительно я подвергался мучительному и унизительному принудительному кормлению. Лицемерно все это называлось спасением моей жизни. 25–27 мая применялся наиболее мучительный и унизительный, варварский способ. Меня опять валили на кровать, привязывали руки и ноги. На нос надевали тугой зажим, так что дышать я мог только через рот. Когда же я открывал рот, чтобы вдохнуть воздух, в рот вливалась ложка питательной смеси из бульона с протертым мясом. Иногда рот открывали принудительно — рычагом, вставленным между деснами».

Андрей Сахаров был возвращен из горьковского заточения в Москву Михаилом Горбачевым в 1986 году.

Аун Сан Су Чжи, мьянманский оппозиционный политик

Лидер демократических сил Мьянмы Аун Сан Су Чжи была помещена под домашний арест военными властями страны 20 июля 1989 года. Военные были обеспокоены растущей популярностью женщины-политика, и предлагали ей покинуть страну, но Аун Сан Су Чжи предпочла остаться под арестом. В 1990 году правящая военная хунта решилась на проведение свободных парламентских выборов, но их результаты жестоко разочаровали генералов: возглавляемая Аун Сан Су Чжи партия «Национальная лига за демократию» завоевала 82% мест в парламенте. Итоги выборов были аннулированы, Аун Сан Су Чжи осталась под арестом в столице Мьянмы Янгоне.

Триумфально одержанная на выборах и беспардонно украденная победа приковала к Аун Сан Су Чжи внимание мирового сообщества. Интерес к борьбе за гражданские свободы в Мьянме усиливался тем, что в конце 80-х — начале 90-х демократические революции были мировым трендом. Рухнули коммунистические режимы в Восточной Европе, происходил демонтаж тоталитаризма в СССР, после череды сменявших друг друга военных режимов к демократии пришла Южная Корея, в Чили ушел в отставку генерал Пиночет, даже в Китае начались демократические выступления, остановить которые удалось лишь танками. Аун Сан Су Чжи стала лицом ненасильственного гражданского сопротивления не только Мьянмы, но и всей Юго-Восточной Азии. Оппозиционерка становится лауреатом премий имени Торолфа Рафто и Андрея Сахарова, а также Нобелевской премии мира. Выехать в Европу для получения Нобелевской премии Аун Сан Су Чжи не смогла из-за продолжавшегося ареста. Премию получали ее сыновья.

Аун Сан Су Чжи. Фото: Manuel Ceneta / AFP, архив

В 1995 году Су Чжи освободили из-под ареста, но она так и не покинула страну, опасаясь, что ей не позволят вернуться обратно. В 2000 году ее еще раз отправили под домашний арест, в 2002-м — вновь освободили, в 2003-м — вновь арестовали.

На Западе начала разворачиваться кампания за освобождение Аун Сан Су Чжи. В 2004 году в США выпустили посвященный ей музыкальный альбом For the Lady. В альбом вошли композиции, записанные Боно, Полом Маккартни, Эриком Клэптоном. В 2006-м заместителю генсека ООН Ибрагиму Гамбари удалось добиться от властей Мьянмы разрешения на встречу с Су Чжи в ее доме в Янгоне.

С 2007 года в Мьянме начались массовые выступления против правящего режима — уличные акции были спровоцированы ухудшающимся экономическим положением, в том числе ростом цен на бензин. Власти разгоняли демонстрации вновь и вновь, но протесты с каждым месяцем лишь усиливались. ООН пыталась организовать переговорный процесс между режимом и Аун Сан Су Чжи. Глава хунты генерал Тан Шве отказался садиться за стол переговоров с лидером оппозиции, объяснив это тем, что Су Чжи поддерживала введение Западом санкций против Мьянмы.

В 2009 году в доме Су Чжи произошел инцидент, похожий на спланированную провокацию: американец Джон Уильям Йеттоу проник в дом, что дало властям повод тут же обвинить Су Джи в нарушении условий домашнего ареста. Это случилось незадолго до окончания очередного арестного срока. За нарушение условий ареста Су Чжи была приговорена к трем годам исправительных работ, но генерал Тан Шве сразу после вынесения приговора заменил его своим личным распоряжением еще на 18 месяцев домашнего ареста.

В 2010 году правительство под давлением оппозиции и мирового сообщества вынуждено было провести новые свободные выборы, Аун Сан Су Чжи была освобождена. Всего с 1989 по 2010 год (с перерывами) Аун Сан Су Чжи провела под домашним арестом 15 лет.

Ирина Халип, белорусская журналистка, жена экс-кандидата в президенты Белоруссии Андрея Санникова

Ирина Халип была арестована после массовых протестов, прошедших в Минске в декабре 2010 года. Протесты были вызваны масштабными фальсификациями на президентских выборах. После разгона оппозиционных акций сотни демонстрантов были задержаны. Многие, в том числе и Ирина Халип, оказались в СИЗО. 29 января 2011 года журналистку отправили под домашний арест, где она находилась до суда. 16 мая 2011 года суд признал Халип виновной в участии в массовых беспорядках и приговорил ее к двум годам лишения свободы с отсрочкой исполнения наказания на два года. На протяжении всего это времени Халип не имела права покидать Минск, обязана была каждую неделю отмечаться в милиции и находиться дома после 22.00.

Ирина Халип. Фото: RFE/RL

В интервью «Радио Свобода» Ирина Халип с горечью говорила о том, что общество не понимает, что домашний арест — тоже лишение свободы, и подчас еще более унизительное: «Когда я оказалась под домашним арестом, меня крайне удивила европейская реакция. Уже 31 января европейские структуры стали говорить: мы приветствуем освобождение Ирины Халип (из СИЗО. — Открытая Россия). И я, сидя под надзором двух кагэбешных офицеров, думала: они что, полные идиоты? Какое освобождение? А потом поняла — они просто не знают. Потому что на Западе домашний арест — это браслет на ноге. У нас домашний арест выглядит так: в квартире постоянно дежурят два офицера КГБ, мне запрещено подходить к окнам, к дверям, разговаривать по телефону, пользоваться компьютером, любая связь с миром запрещена. Полный запрет на выход из квартиры, я не могла даже вынести мусор. Полный запрет на посещение меня кем бы то ни было. Только маме и папе было дано разрешение меня посещать. Понятное дело — иначе, кто мне воды принесет и хлеба? Моему сыну было три с половиной года, и послать в магазин его я уж точно не могла. Это невероятно тяжело, бесчеловечно. Вместе со мной узником оказался мой маленький сын, который не мог понять, почему мама не может с ним погулять, почему мама не может открыть ему дверь, почему какие-то дяди в доме вместо папы появились. Это морально было гораздо тяжелее, чем тюрьма. В тюрьме ты знаешь, что это тюрьма, там другие правила, там ты не хозяин. А тут ты не хозяин в собственном доме, в доме появляются оккупанты, ключи от твоего дома находятся у них. Я спрашивала, что будет, если я заболею, вдруг что-то срочное. Оказывается, даже „скорую“ вызвать они не имеют права, они сначала должны запросить начальство».

В июле 2013 года Ирина Халип за «примерное поведение» во время отсрочки приговора была освобождена судом от уголовного наказания.

util