16 Января 2015, 18:00

Анастасия Станко: «Полковник Федчук хорошо знает, как руководить избиением людей»

Анастасия Станко. Фото: Olena Dub / Facebook

Журналист украинского канала «Громадьске ТВ» («Общественное ТВ») Анастасия Станко об одиозном полковнике украинской милиции Петре Федчуке, по некоторым данным перешедшем на службу в российскую полицию, и о том, за кого сегодня воюют бойцы расформированного спецподразделения «Беркут».

—  Недавно появилась информация о том, что бывший полковник украинской милиции Петр Федчук служит в российском МВД и занимается в Москве тем же, чем раньше занимался в Киеве — борется с гражданскими уличными протестами. Вы помните этого офицера?

— Да, я хорошо помню полковника Федчука. В киевской милиции он отвечал за обеспечение общественного порядка в городе. На всех акциях протеста, в том числе задолго до Евромайдана, он всегда присутствовал. И помню я его именно потому, что лично его видела множество раз, так как освещала в качестве журналиста акции протеста, и многие журналисты его помнят. Я посмотрела московское видео — я уверена, что на нем именно он, Федчук. Это подтверждается и нашей, журналистской информацией о том, что Федчук бежал именно в Москву.

Интересно, что было много случаев, когда он присутствовал на акциях в штатской одежде. Были, например, протесты из-за застройки Андреевского спуска компанией Рината Ахметова — это историческая часть города, а там ради строительства коммерческих объектов снесли старые здания. Протестовать против этого вышли до десяти тысяч человек. И на одну из этих акций пришел господин Федчук в штатском. И они с еще одним сотрудником МВД устраивали там провокации, зацепили, она упала и ударилась о бордюр головой, ее госпитализировала скорая. Это не единичный случай. В 2011 году, возле Печерского суда, когда судили Юлию Тимошенко, люди возмущались, почему «Беркут» ограничивает им доступ в здание суда. И Федчук толкнул одну из вступивших с ним в спор женщин — при том, что тогда он как раз-таки был в форме, при погонах.

—  Но основные неприятные события, связанные с Федчуком, как я понимаю, относятся к периоду Евромайдана?

— Его обвиняют в том, что он командовал «Беркутом» во время разгона студенческого Евромайдана 30 ноября 2013 года — беркутовцы тогда разгромили палаточный лагерь и жестоко избили студентов, находившихся там. Формальным поводом для такой спецоперации была установка новогодней елки на Майдане; якобы именно ради этого нужно было устроить зачистку площади. Как мы помним, именно эти события привели к массовому выходу людей на улицы 1 декабря — десятки тысяч украинцев вышли уже не за евроинтеграцию, а против такого зверского избиения, против жестокости милиции. А спусковым крючком всех этих событий стал приказ, отданный Федчуком «Беркуту».

Некоторое время спустя было объявлено, что Федчука якобы отстранили от исполнения обязанностей. Но 22 января 2014 года он был зафиксирован на видео на улице Грушевского — он командовал силами МВД. Это было, напомню, в разгар столкновений между протестующими и милицией на улице Грушевского, как раз когда «Беркут» пошел в наступление, и именно в эти дни появились первые погибшие — Сергей Нигоян, Михаил Жизневский... Сейчас ведется следствие, и есть информация, указывающая, что именно под руководством Федчука находились силовики на Грушевского.

В конце февраля, после бегства Виктора Януковича, Федчук был отстранен, так как именно его подозревали в том, что он отдавал приказы разгонять Майдан 30 ноября и стрелять по людям на улице Грушевского в январе.

Федчук отличался жестокостью. При Януковиче обычным делом были провокации и нападения со стороны титушек на активистов во время проведения акций, и люди часто пытались обратиться к Федчуку за помощью — в тех случаях, когда он был в форме с погонами полковника милиции. Он всегда уворачивался, врал, говорил что «вы сами виноваты, это вы нападаете». Я никогда не видела, чтобы он, человек, отвечающий за общественную безопасность в городе, кого-то защитил — все избиения активистов, журналистов были на его глазах. А будучи в штатском, думаю, он руководил провокациями.

— Вы были удивлены, узнав о том, что он находится в Москве?

— Абсолютно нет. Этот человек знает, что не уйдет от ответственности здесь, в Украине. Может быть, у него есть очень хорошие связи в российской полиции, раз его «умения» были так высоко оценены. Ну что ж, он хорошо знает, как руководить избиением людей, устраивать провокации, это правда.

— Все-таки одно дело  просто сбежать, спасаясь от уголовной ответственности, спрятаться. И совсем другое — пойти служить чужому государству, принять новую присягу, встать под чужое знамя. Вот Федчук теперь, скорее всего, российский полицейский. Мы знаем о том, что есть беркутовцы, которые тоже перешли на службу в российское МВД. Как вы думаете, много в структурах украинского МВД людей, которые готовы вот так уйти служить другой стране?

— Если бы вы мне задали этот вопрос год назад, или в феврале 2014-го... Я видела, как тогда относилась украинская милиция к гражданскому обществу — это было ужасно. Я сама не раз, освещая те или иные события, попадала под раздачу, хотя они прекрасно видели, что я работаю, что у меня микрофон.

Но потом, в апреле-мае, началась война, и многие милиционеры, многие представители бывшего «Беркута» пошли воевать за Украину, и в зоне АТО на блок-постах можно увидеть рядом надписи «Слава Беркуту!» и «Слава Украине!»

И я понимаю, что где-то внутри у них начались перемены. В мае, еще когда Славянск не был освобожден, под ним стояли вместе 1-й батальон Национальной гвардии, укомплектованный вчерашними участниками Самообороны Майдана, и беркутовцы. То есть стояли рядом люди, еще недавно воевавшие друг против друга. И со временем они как-то нашли общий язык и начали понимать друг друга. И сейчас, когда спрашиваешь беркутовцев, почему они здесь, в зоне АТО, они отвечают: «Все же просто — я давал присягу украинскому народу».

Я думаю, что украинское общество и украинская милиция начинают меняться. Конечно, не на 100%, а, может быть, процентов на 60, но есть позитивные перемены. Да, многие беркутовцы бежали в Россию и в Крым и служат там. Но большинство все же, мне кажется, изменили свою позицию. Я знаю, что многим беркутовцам во время революции их руководство промывало мозги, поливало Майдан ложью. Один из беркутовцев, разговаривая под Славянском с бойцами Нацгвардии, недавними майдановцами, сказал им: «Нас уверяли, что вы — отбросы общества. А вы — воины». Так что все меняется. Но, к сожалению, изменения происходят через войну.

— А много силовиков Януковича бежало в Россию? Мы можем как-то оценить их количество? Пятьдесят, cто, пятьсот?

— Конечно больше. Я думаю, что до тысячи.

Нужно еще учесть, что некоторая часть бывшего «Беркута» воюет в составе вооруженных формирований так называемых ДНР и ЛНР. Такие тоже есть. Есть беркутовцы, которые заняли нейтральную позицию в этой войне.

Однажды во время одной из командировок в зону АТО я попала в плен к сепаратистам в Луганске. И когда они нас отпустили, нас охранял для предотвращения повторного захвата луганский «Беркут». Он был ни на чьей стороне, он пытался сделать так, чтобы соблюдался хоть какой-то порядок. В Луганске же уже тогда, в конце июня — начале июля, была анархия, постоянные перестрелки между группировками, но беркутовцы в основной массе пытались соблюдать нейтралитет и не считали себя частью «Луганской народной республики».

Но некоторая часть луганских беркутовцев действительно воюет за ДНР и ЛНР — я думаю, процентов десять. И примерно процентов десять луганского, донецкого, харьковского и даже киевского отрядов «Беркута» убежали в Крым.

— Если оглянуться назад, посмотреть на события одиннадцатимесячной давности, не кажется ли вам, что расформирование «Беркута» было ошибкой? Да, многие в его рядах запятнали себя преступлениями, но, с другой стороны, это была отлаженная, неплохо подготовленная силовая структура. Как показали дальнейшие события, в начале 2014 года у Украины было не так много таких структур.

— Я думаю, что может быть и да, возможно, это и ошибка. Это было горячее и во многом политическое решение, обусловленное тем, что после того, что случилось во время Майдана, после убитых невинных людей украинцы просто ненавидели «Беркут» и даже не могли видеть эту форму — камуфляж с синими и серыми пятнами.

Но те же бойцы луганского «Беркута», который нас охранял, говорили нам летом: «Зачем же нас было расформировывать, мы всего лишь выполняли приказы». Я считаю, что эти приказы были преступными, незаконными, но вот эти беркутовцы говорят о том, что вынуждены были как подневольные люди выполнять приказ, говорят о том, что в их рядах во время революции тоже были погибшие.

Возможно, действительно можно было бы тогда, в феврале, после победы революции начать разговаривать с этими людьми. Да, привлечь к ответственности тех, на чьих руках была кровь, но не расформировывать «Беркут» полностью, вести с ними работу, объяснять неправильность их действий. Может быть, в этом случае на стороне Украины потом было бы больше людей из этой структуры.

Но поймите, мы находимся тут в ситуации, когда постоянно происходят события, которые тяжело предугадать. У нас все время происходило и происходит что-то ужасное. И по прошествии какого-то времени можно видеть ошибки, неверные шаги, которые были сделаны, но сталкиваясь постоянно с каким-то историческими вызовами, невозможно действовать безошибочно.

В любом случае все налаживается так, как налаживается. Никто уже, я думаю, не перейдет на «эту сторону» из тех, кто сейчас на «той стороне» и наоборот.


После публикации этого интервью стало известно о том, что российское гражданство получил экс-министр МВД Украины Виталий Захарченко. Об этом сообщило агентство «Крым Медиа». «У меня гражданство РФ, я получил российский паспорт», — заявил Захарченко на брифинге в Севастополе. Захарченко заявил, что «первые лица России» предложили ему работу. На данный момент он работает консультантом в государственной компании «Ростехнологии». Вместе с семьей бывший глава МВД Украины постоянно проживает в Москве. Захарченко утверждает, что не собирается отказываться от гражданства Украины.

Виталий Захарченко был главой МВД Украины во времена президентства Виктора Януковича и бежал из Украины в феврале 2014 года. На родине он обвиняется в организации расправ над участниками Евромайдана. В частности, именно его считают виновным в организации снайперского расстрела десятков людей на Институтской улице в Киеве 20 февраля 2014 года.

util