28 Января 2015, 02:30

Журналист Светлана Гаврилина: «Мужики не ходят на митинги, потому что не хотят сидеть за воздушные шарики»

Светлана Гаврилина (в центре). Фото: Евгения Литвинова / Facebook

Журналистам, которые удивляются 85-процентной поддержке власти среди населения России, в первую очередь стоило бы обратить внимание на самих себя. О разрыве между народом и теми, кто по профессиональному долгу должен быть проводником мнения общества, но в силу самоцензуры или самолюбования не может справиться с этой функцией, рассуждает обозреватель петербургской «Независимой газеты» Светлана Гаврилина:

— Почему-то все говорят о 85%, поддерживающих власть, при этом абсолютно не зная настроений населения России.

Когда к человеку обращается журналист, он обычно думает: вот городские из столиц, им нужно сказать то, что они хотят от тебя услышать — или «на, отвяжись», или что-то приятное, вроде того, как в телевизоре говорят.

Если ты не журналист или очень обтекаемо объясняешь, что ты, допустим, занимаешься составлением информационного продукта — так, чтобы не наврать и одновременно не испугать людей, — то тогда слышишь от людей совершенно другое.

Я никогда никому не рассказываю, что я журналист. И в этом случае я слышу от людей такое, что вот я, считающаяся экстремисткой, чувствую себя едва ли не слугой власти. Я слышу от людей очень много радикального: мужики говорят, что они не ходят на митинги, потому что неохота сидеть за воздушные шарики. А вот если бы автоматы дали — другое дело.

Конечно, бывает мракобесие, но достаточно вытащить из человека за ниточку его логику и объяснить ее отклонения. При этом человека вовсе не надо поучать, указывая, что он работяга из провинции, а я аж целый журналист. Ведь журналист — по сути, работа не лучше и не хуже, чем сантехник или какая-то иная профессия. А испортить человеку настроение, унизить его может кто или что угодно — хоть, извините, дерьмо из унитаза или идеологическое дерьмо.

Мы учим людей защищать свои права, тогда как своих прав не защищаем.

Вот из одного информагентства уволили девушку за ее блог. Она очень хороший социальный журналист, абсолютная труженица, каких мало, у нее двое взрослых детей. Но в своих блогах она пишет то, что думает.

Ее вызывает начальник: «ты тут ненависть разжигаешь». Она возражает: «да какую я ненависть разжигаю — я против войны!» И она пишет заявление об увольнении по собственному желанию.

Да какого черта? Хотя бы деньги у них отсуди — это, кстати, можно сделать очень легко за несколько месяцев, просто надо нормально составить иск.

Мой муж проходил через это, и он выиграл иск о незаконном увольнении и отсудил деньги. Естественно, он не стал возвращаться на это место работы. Но, по крайней мере, он не ушел рабом.

А когда нам перестают платить зарплату, разве мы защищаем свои права? Понятно, если люди делают общее дело и вместе переживают проблемы. Но когда никакого общего дела нет, а тебя и так терпят, потому что ты очень обтекаемо напишешь, что был митинг оппозиции, и это будет большой, нечеловеческой смелостью, и при этом тебе еще не платят зарплату. И ты еще боишься обратиться, заявить: «ребята, я за бесплатно не работаю, я вас не кредитую».

И как, не отстаивая собственных прав, не отстаивая свое право голоса, — как же нам, журналистам, можно учить людей, учить народ? Чего же вы хотите? Кто тогда, простите, 85%? Если мы не можем защитить свои права даже не перед ФСБ, Бастрыкиным или кем-то еще, а перед каким-то шавкой-редактором, который сам шестерка?

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Встреча журналистов в Пскове: «Если мы будем молчать, получим гораздо более страшные вещи»

Дмитрий Муратов: «Мы — патриоты России»

util