16 Февраля 2015, 19:34

Члены ОНК про закон Минюста об их допуске в психбольницы: «Это будет прорыв»

«Дом для сумасшедших», Франсиско Гойя, 1812-19 года. Изображение: Wikipedia

Общественно-наблюдательные комиссии пустят в закрытые психиатрические учреждения и конвойные помещения в судах. Опрошенные Открытой Россией члены ОНК считают, что эта инициатива могла бы помочь решить актуальные проблемы, но предупреждают о произволе в правоприменительной практике

Минюст внес на рассмотрение правительства законопроект, согласно которому в перечень мест принудительного содержания, инспектируемых общественными контролерами, будут включены судебно-психиатрические экспертные и медицинские организации, оказывающие психиатрическую помощь. Также члены ОНК получат полномочия посещать конвойные помещения судов. Сейчас к доступным для членов ОНК местам относятся только колонии, следственные изоляторы и камеры предварительного заключения.

Анна Каретникова, член ОНК Москвы:

— Если члены ОНК смогут посещать психиатрические больницы — это можно только приветствовать. Ведь когда приезжают люди из психиатрической больницы Бутырки (СИЗО-2), дальше мы вообще не знаем, что с ними происходит там, где они находятся на лечении. Например, одна из больших проблем заключается в том, что психически больные люди, в отношении которых судом вынесено постановление о принудительном лечении, просто не могут уехать из этой Бутырки, потому что их без паспортов не принимают эти специализированные учреждения. Колонии принимают людей без паспортов, а они нет. И люди месяцами сидят в Бутырке, объявляют голодовки, пытаются покончить жизнь самоубийством, но их никто никуда не везет. И эта проблема никак не решается. Но возможно, проблему удастся разрешить теперь, и после вмешательства общественных контролеров таких людей будут наконец принимать.

Грандиозным достижением будет и то, если членов ОНК начнут пускать в конвойные помещения. За последний год, и в частности, за последнюю неделю в ОНК Москвы поступило огромное количество жалоб конкретно по нарушениям в конвойных помещениях, просто какой-то шквал — идут десятки заявлений об избиениях, угрозах, оскорблениях, пытках и применении спецсредств, в том числе наручников. Люди жалуются на конвойные помещения в Мосгорсуде, в Преображенском, Измайловском и других районных судах.

Раньше нас пускали в конвойные помещения, а потом почему-то перестали, и эту проблему было невозможно решить. Если такой законопроект будет принят, то это будет очень большой прорыв, я буду очень рада.

Ольга Дианова, член ОНК Свердловской области:

— В Свердловской области очень серьезная проблема с психиатрией. В 2011 году мы у нас был суд по поводу того, что в СИЗО нас не пускали в камеры, где находятся психиатрические больные. Этот суд мы выиграли, у нас есть соответствующее решение, но ситуация не изменилась: попасть в такие в камеры мы практически не можем — нас туда просто не пускают, камеры не открывают, а ребят там привязывают и колют препаратами.

Например, вот случай, по которому у нас есть подтверждающие бумаги. Мы нашли двух подростков, привязанных в камерах с взрослыми. Нас туда час не пускали, пока не приехал начальник СИЗО: только тогда нам открыли камеру и мы увидели этих подростков. Один человек был вообще здоровый, его сейчас освободили из-под стражи, он нормально работает — вот на каком основании ему кололи психотропные средства?

У меня есть документ, где следователь опрашивает врача-психиатра, и та прямо говорит, что сотрудничает со следственными органами. Для чего людей кладут в психиатрию и колют? Вы взрослые люди и понимаете это, и я это тоже понимаю.

Такие случаи у нас встречаются постоянно. Раньше у СИЗО вообще не было сертификата на психиатрию; я не знаю, решен ли этот вопрос в настоящий момент, но ситуация не изменилась: людей кладут, колют и так далее. Недавно мы проверяли одного осужденного: его адвокат рассказал, что это был абсолютно нормальный человек, а вытащили его уже просто овощем.

Попасть же в само психиатрическое учреждение члену ОНК просто нереально, психиатры не пускают туда.

Поэтому это очень важно — чтобы члены ОНК имели доступ к психиатрии. Но я не могу ответить, будет ли этот закон выполняться, если будет принят. Например, закон разрешает члену ОНК проносить с собой фотоаппарат в места принудительного содержания, но на практике в одной колонии с фотоаппаратом пускают, а в другой — нет. Когда им выгодно, они разрешают снимать, но не разрешают снимать побои — и закон тут ничего не значит. Несмотря на то, что у нас уже были судебные решения, нам все равно препятствовали.

util