27 Марта 2015, 17:07

Главный редактор «Эха Перми» об увольнении: «Я не готова работать в формате беспрекословного исполнения приказов»

Анастасия Сечина. Фото: личная страница в Facebook

Сегодня исполняющий обязанности главного редактора «Эха Москвы в Перми» Анастасия Сечина и еще пятеро журналистов покинули радиостанцию. Они объяснили свое решение неподобающей политикой руководства холдинга, владеющего радиостанцией

Топ-менеджмент «Актив-Медиа» уволил Сечину за то, что она отказалась ставить материал, который она посчитала политическим и заказным. После этого пятеро журналистов — Юрий Бобров, Владимир Соколов, Юлия Балабанова, Юлия Хлобыст и Михаил Данилович — сами написали заявление на увольнение. Они подчеркнули, что уходят не столько в поддержку Сечиной, а сколько из-за действий руководства «Актив-Медиа», противоречащих принципам профессионализма, объективности и уважения личного достоинства.

Управляющий холдинга Тимур Мардер назвал их увольнение «обычной, штатной ситуацией» и отметил, что журналисты поступили «некрасиво». Главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов призвал журналистов не покидать радиостанцию, «если они могут по-прежнему работать». Он уточнил, что «Эхо Перми» не является дочерней компанией «Эха Москвы» и работает по франшизе и по своему уставу.

Анастасия Сечина рассказала Открытой России, как возник конфликт редакции с руководством холдинга и в чем он заключался:

— Началось все с того, что радиостанция «Эхо Перми» вошла в холдинг «Актив-Медиа». После этого начались различные сложности. В новую фазу все это вошло месяц назад, когда радиостанцию покинули три сотрудника: главный редактор Роман Попов, генеральный директор Ксения Злобина и редактор-координатор службы информации Игорь Лазарев. Тогда они ушли спокойно, поскольку оставался другой коллектив и поскольку исполняющим обязанности главного редактора назначили меня (до этого я была программным директором). Они написали заявление об уходе по собственному желанию, однако по факту уйти их вынудили. Формально здесь придраться не к чему, но, по сути, имел место личный конфликт руководства холдинга и руководства радиостанции, который вылился в то, что генеральный директор и главный редактор ушли.

С 1 марта я была исполняющим обязанности главного редактора. 24 марта произошли события, которые вылились в то, что радиостанцию покинули еще шесть человек. Журналист газеты, входящей в холдинг, написал текст, и этот текст я как главный редактор не приняла, поскольку, на мой взгляд, он был написан некачественно, он был написан непрофессионально, и единственная задача этого текста была куснуть губернатора Виктора Басаргина.

Мы сами не против критиковать губернатора, когда мы имеем для этого аргументы и факты, что называется. Там этого ничего не было, поэтому я посчитала текст профессионально непригодным для эфира. Поговорила с автором, предложила ему превратить это во что-то нормальное, приемлемое либо заменить автора рубрики. В ответ на это мне пришел жесткий приказ шеф-редактора холдинга. Приказ звучал следующим образом: «Ставь, и это не обсуждается».

После этого я приняла решение его все-таки не ставить, и на следующий день руководство холдинга вызвало меня к себе, объяснило формат взаимодействия с редакцией. Он заключается в том, что я должна выполнять с первого раза то, что мне говорят, и это не обсуждается. Я была не готова взаимодействовать в формате беспрекословного исполнения приказов, на что мне сказали, что я могу передавать дела. Я приехала в редакцию, рассказала ребятам, что произошло, показала тот текст. На самом деле этот текст стал всего лишь поводом, а дело в том, какой формат взаимодействия выбрало руководство холдинга,— пропихивать то, что оно считает возможным. Я объяснила ситуацию, а дальше каждый принял решение самостоятельно, решение уйти. Еще один журналист редакции принял решение уйти две недели назад, до этих событий. В итоге из 11 человек в редакции решили остаться лишь четверо.

Ранее произошел конфликт на радиостанции «Эхо Москвы в Петербурге». В январе руководство «Эха Москвы» выразило несогласие с выбранной миноритариями кандидатурой нового генерального директора «Эха Петербурга». Представители «Эха Москвы» предлагали свою кандидатуру, которая, по их мнению, поможет избежать убыточности подразделения. В результате «Эхо Москвы» разорвало отношения с компанией «Музыкальная фактория» — вещателем радиостанции с 1998 года. В качестве альтернативы «Эхо Москвы» запустило свое петербургское бюро, которое возглавила бывший главный редактор «Эха Петербурга» Ольга Бычкова. В бюро перешли шесть журналистов, работавших в петербургском подразделении радиостанции.

С 17 марта вещание «Эха Петербурга» должно было прекратиться, однако миноритарии приняли решение его продолжить. 20 марта «Эхо Москвы» подало иск на 5 млн рублей за использование собственного логотипа.

Помощник главного редактора «Эха Москвы» Леся Рябцева пояснила Открытой России, как сейчас развиваются взаимоотношения головной радиостанции и ее бывшего подразделения:

— Надо понимать, что «Эхо Петербурга» — это наш филиал, у них своя структура, свой главный редактор, но они должны следовать лицензии, уставу, которые написаны нами. Соответственно, мы не вмешиваемся в их менеджерскую, так скажем, составляющую, но контентные истории и репутационные — они, конечно же, за нами. Когда они сейчас нарушают лицензию и продолжают использовать наши материалы, на сайте используют наш логотип, контент,блоги, то наносят репутационный удар по нам.

Что сейчас происходит на «Эхе Петербурга»? Как я знаю, там осталось не очень много ребят из старой команды. Недавно общалась с сотрудниками, которых либо уволили, причем с нарушением Трудового кодекса, либо ребят просто уговаривали, чтобы они писали заявление об уходе по собственному желанию без скандала. В основном, это были ребята, которые поддерживали Ольгу Бычкову или помогали нам держать какие-то свои позиции по «Эху Петербурга». Мы не можем продолжать работу с «Эхом Петербурга», так как нарушено лицензионное соглашение, к тому же они сами отказались от сотрудничества. Как я понимаю, никаких предупреждений им вынесено не было, но заниматься этим должны не мы, а Роскомнадзор.

util