7 April 2015, 09:00

ФСИН закрывает колонии, население протестует

Фото: пресс-служба ГУФСИН России по Свердловской области

ФСИН России в этом году планирует закрыть сразу несколько, а может быть, и несколько десятков колоний по стране. Но оказывается, колонии превратились в градообразующие предприятия, от которых слишком много зависит

ЛИУ-10 ГУФСИН России по Нижегородской области

Лечебно-исправительное учреждение № 10 предназначено для лечения осужденных, больных активной формой туберкулеза, в том числе с множественной лекарственной устойчивостью.

История колонии начинается с 1936 года. Поселок Черемушки даже не является муниципальным образованием, он считается частью Восходовского сельского поселения Варнавинского района Нижегородской области. До районного центра более 40 километров. В самих Черемушках рабочих мест нет, кроме колонии, детского сада и школы в соседнем поселке Кайск. В последние годы количество содержащихся в колонии постоянно уменьшалось, в результате численность сотрудников администрации практически сравнялась с количеством осужденных.

ИК-4 УФСИН России по Республике Бурятия

Исправительная колония № 4 расположена в селе Выдрино на берегу озера Байкал. Ее история начинается с 25 октября 1958 года. Колония № 4 предназначалась для обеспечения Байкальской лесоперевалочной базы рабочей силой. База перерабатывала круглый лес, доставлявшийся из северных районов водным путем по Байкалу.

До 2003 года Выдрино было поселком городского типа, а в настоящее время является селом. От Выдрино до Улан-Удэ 300 километров, а до Иркутска ― 190. В самом Выдрино проживает чуть больше 4 тысяч человек. Около 250 жителей работают в закрывающейся колонии. Из потенциальных рабочих мест после закрытия колонии останутся школа, детский сад и небольшой фельдшерский пункт.

ИК-15 и ИК-18 ГУФСИН по Свердловской области

Обе колонии расположены в поселке Сосьва в 100 километрах от районного центра. Население немногим меньше 9000 человек. В последние месяцы там проходят постоянные акции протеста против закрытия колоний, которые давали работу большинству местных жителей.

ИК-20 УФСИН по Мурманской области

Исправительная колония № 20 в поселке Зеленоборский Мурманской области. Является единственным в области учреждением общего режима. Сам поселок образовался в 1951 году. Поселок находится в 50 километрах от районного центра. Численность населения 6 тысяч человек.

Эти учреждения объединяет одна важная черта ― все они расположены далеко от других населенных пунктов, а некоторые и вовсе в труднодоступных местах. Численность осужденных во всех этих учреждениях падает год за годом, а сами здания в большинстве своем находятся в аварийном состоянии, причем проведение ремонтных работ признано неэффективным.

Своим решением о закрытии колоний ФСИН вскрыла «гнойник», оставшийся ей в наследство от ГУЛАГа. Ведь основная цель строительства колоний в тайге и болотах была одна ― бесплатная рабочая сила. Наверняка тогда думали, что многие колонии будут там стоять недолгое время, но «нет ничего более постоянного, чем временное».

И так год за годом охранники тюрем обзаводились семьями, строились городки вокруг колоний для проживания тюремщиков и их семей, появлялись объекты социальной инфраструктуры. Фактически так получилось, что населенные пункты были при колониях, а не наоборот. В колониях находились и инженерные объекты, такие, как котельные, которые отапливали служебные жилые дома, ― так сказать, социальный пакет.

С 90-х годов ведомственные квартиры стали передаваться в муниципальную собственность, а квартиры приватизироваться и переходить по наследству. Но по-прежнему дома отапливались котельной колонии.

Сомнительно, что в небольшом поселке, в который надо добираться несколько часов и где живут в основном либо тюремные пенсионеры, либо работники тюрьмы, могли бы появиться новые предприятия и рабочие места.

Не попали эти поселки и в программу помощи так называемым моногородам.

ФСИН официально заявляет, что сотрудников не бросят, им предложат рабочие места в учреждениях региона. Идея, конечно же, верная. Но в скором времени она приведет к вымиранию самих этих отдаленных сел и поселков.

Дело даже не в том, что сотрудники, устроенные в другие тюрьмы, уедут практически сразу же. Дело в том, что из этих населенных пунктов уйдут «живые деньги».

И это не только зарплаты сотрудников, которые они несли в местный магазин, это местные налоги. Часть налога на доходы физических лиц, по закону, идет в местный бюджет. Земельный налог, который полностью идет в местный бюджет и который оплачивала ФСИН, также перестанет поступать.

Сокращение численности населения и отъезд молодых жителей приведут к сокращению сначала детсадов и школ, а затем больниц, почты и закрытию магазинов.

Все это приведет к непригодности для жизни бывших приколониальных поселков.

Это прекрасно понимают жители поселков, которые выходят на митинги и пикеты, пишут письма во все инстанции от местных депутатов до президента страны. Но ведь проблема и в другом ― у половины этих жителей нет возможности переехать, так как стоимость их имущества, скорее всего, уже упала и в последующем будет продолжать падать.

Однако остается парадоксом то, что жители требуют не закрывать колонии. А могли бы требовать принятия программы содействия их переселению в более крупные населенные пункты.

util