13 Апреля 2015, 17:53

Как судья Криворучко заинтересовался фонарями на Манежке

Манежная площадь. Изображение: Яндекс.Карты

Тверской суд должен был вынести второй приговор по делу Ивана Белоусова, которого обвиняют в подрыве фонарного столба на Манежной площади 27 декабря 2007 года. Но судья Алексей Криворучко неожиданно перенес приговор на 6 мая

Иван Белоусов, которого Мосгорсуд освободил под залог, пришел на оглашение приговора с небольшим рюкзаком, всем своим видом демонстрируя надежду, что ему не придется возвращаться в Бутырку, где он уже сидел во время следствия и куда вернулся из колонии, когда первый приговор отменил Верховный суд.

13 апреля должен был быть оглашен уже второй в его жизни приговор по делу о взрыве фонарного столба на Манежной площади.

27 августа 2009 года судья Тверского суда Елена Сташина приговорила Белоусова к 6 годам лишения свободы. Она была солидарна с прокурором Макаровой, не сошлись они только по срокам: прокурор просила 7 лет.

Приговор был отменен Верховным судом РФ, и дело направили на новое рассмотрение. Вторая судья Тверского суда Александра Ковалевская не дошла до прений — отправила дело в Московскую прокуратуру «для устранения препятствий его рассмотрения судом».

Заместитель прокурора города Москвы Александр Козлов утвердил новое обвинительное заключение, причем, вопреки действовавшей тогда законодательной норме, новое обвинение ухудшило положение Белоусова — на это раз его обвиняли не только по статье 213 УК РФ («хулиганство»), но и по статье 222, части 2 («хранение взрывчатых веществ в составе группы по предварительному сговору»). Группой, как водится, стали «неустановленные лица».

И вот дело снова поступило в Тверской суд — его передали судье Алексею Криворучко.

3 апреля состоялись прения сторон. Пять с половиной лет спустя прокурор Макарова все так же стояла на своем: Иван Белоусов виновен, его следует осудить на 6 лет лишения свободы.

Ваша честь, вам теперь отдуваться за следствие!

Адвокат Анна Ставицкая попросила суд оправдать ее подзащитного: «Ваша честь! На самом начальном этапе нашей с вами встречи, а именно на предварительных слушаниях, я достаточно подробно изложила позицию защиты, почему следствие не могло ухудшать обвинение Белоусову. И в принципе я считаю, что Белоусова в этой ситуации надо оправдывать, потому что он реально невиновен. Это бывает не так часто, но этот человек реально невиновен, и он подлежит оправданию, но я прекрасно понимаю, в какое положение вас, ваша честь, загнали эти самые органы следствия. Потому что вам, извините за такую фамильярность, теперь за них отдуваться, — потому что вы принимаете решение, а не гособвинитель и не следствие.

Может быть, это выход из сложившейся ситуации: сделать ровно то, что не сделало следствие. И тогда даже мы не будем никуда жаловаться, потому что уже нет сил.

Белоусова (первоначально. — Открытая Россия) обвиняли по статье 222, части 1, и статье 213, части 2.

Срок давности привлечения по статье 222, части 1 истекал в декабре 2013 года, и следствие могло прекратить за давностью и амнистировать Белоусова по статье 213, части 2 (эта статья подходила под объявленную в декабре 2014 года амнистию, но следствие утяжелило Белоусову статью и вменило ему 222, часть 2 („хранение взрывчатых веществ, совершенное группой лиц, по предварительному сговору“. — Открытая Россия).

А вообще я считаю, что Белоусов подлежит стопроцентному оправданию. И все доказательства, которые имеются в деле, — они ровно об этом и свидетельствуют».

Если фонари зажигают...

И вот 13 апреля перед кабинетом судьи Криворучко собралось много людей. Пришли его друзья, пришла Ольга Романова — глава движения «Русь сидящая», приехала съемочная группа НТВ из передачи «ЧП», корреспондент телеканала «Дождь».

Все ждали приговора. Обвинительного, оправдательного — любого.

На утро 13 апреля у судьи Криворучко было несколько вариантов.

Первый — осудить Белоусова и дать ему «за отсиженным» — 5 лет и 4 месяца.

Второй — осудить Белоусова и отправить его за решетку по крайней мере на 6 лет (то есть, поскольку 5 лет и 4 месяца Белоусов уже отсидел, ему оставалось бы сидеть еще 8 месяцев), как просила прокурор Макарова.

Третий — исправить ошибку следствия и прокуратуры, переквалифицировав обвинение Белоусова по статье 222-й со второй части на первую и прекратить производство по этой статье. По статье 213-й — Белоусова амнистировать.

Четвертый — оправдать Белоусова.

Непонятное началось с самого начала: судебный пристав объявил, что в зал заседаний смогут попасть только те, на кого хватит сидячих мест. Это показалось удивительным: приговор обычно слушают стоя, лавки и стулья из зала заседаний убирают.

Судья Криворучко вошел в зал — в руках у него не было папочки с приговором.

Судья сел и объявил, что не собирается сегодня оглашать приговор.

По залу пронесся вздох изумления.

Криворучко же спокойным и будничным голосом произнес: «В связи с сообщением защиты о вновь открывшихся обстоятельствах суд постановил возобновить судебное следствие. Обсуждается вопрос о необходимости истребования документа о графике включения фонарей на Манежной площади 27 декабря 2007 года».

Иван Белоусов. Фото: Новая газета

Криворучко предложил направить запрос в ГУП «Моссвет» и узнать, когда в тот вечер зажигались фонари на Манежной площади.

Ответ должен быть получен судом до 22 апреля, поэтому следующее заседание суда назначено на 22 апреля, а приговор должен быть оглашен 6 мая.

Слегка обалдевшая публика вышла из зала, не понимая, что же произошло и что же за новые обстоятельства сообщила в прениях суду защита Белоусова.

Обратимся к речи адвоката Анны Ставицкой в прениях 3 апреля 2015 года: «В материалах дела имеется доказательство, и именно об этом говорила сама представитель государственного обвинения: она огласила бумагу в ходе судебного разбирательства. А именно ответ из ГУП „Моссвет“ (том 10, лист дела 224). Из этого ответа следует, что 27 декабря 2007 года фонари на Манежной площади зажглись в 16 часов 14 минут по московскому времени. На основании этого документа и на основании видеозаписи защита очень легко доказывает, что часы на видеокамере № 10014 (видеокамера, установленная на доме рядом со зданием Госдумы на Охотном Ряду и смотрящая на место взрыва. — Открытая Россия) не имели погрешности вообще и показывали реальное время <...> При просмотре видеозаписи в ходе судебного заседания было видно, что сначала камера направлена на Тверскую улицу, а затем она делает поворот и показывает Манежную площадь. И мы видели, что когда камера делает поворот, то время, отмеченное на этой видеокамере, — 16 часов 15 минут 36 секунд. При этом отчетливо видно, что фонари на Манежной площади уже горят. И я обращала внимание, ваша честь, на это обстоятельство».

Обвинение же на протяжении семи лет, с момента ареста Белоусова, утверждало, что часы на видеокамере спешили и опережали реальное московское время на 2-3 минуты. И, по версии обвинения, Белоусов мог заложить взрывное устройство и уйти в метро. Судье Криворучко предстояло решить, есть ли у Белоусова алиби и кто прав: защита или обвинение.

Из речи адвоката Анны Ставицкой: «Получается, что 16 часов 15 минут 36 секунд — это тот самый момент, когда камера начинает показывать Манежную площадь. И по предположению обвинения, если считать, что часы на камере спешили на 2-3 минуты, это значит, что реальное время было 16 часов 13 минут, 36 секунд при погрешности в 2 минуты, а при погрешности в 3 минуты — 16 часов 12 минут 36 секунд. Но если бы это было так, ваша честь, фонари на Манежной площади бы еще не горели: согласно ответу из ГУП „Моссвет“, фонари зажигаются в 16 часов 14 минут».


Судья хочет разобраться

Судья Алексей Криворучко решил сам запросить бумагу из ГУП «Моссвет», чтобы проверить доказательство алиби Ивана Белоусова.

Что это значит? И каким может быть приговор по делу, который судья Криворучко собирается выносить 6 мая?

Адвокат Ставицкая, чьи доводы о бесспорном алиби Белоусова решил проверить судья Криворучко, так же, как и все присутствующие на процессе, не ожидала такого поворота в деле.

Вот как она прокомментировала ситуацию Открытой России: «Вся наша защита выстроена на алиби Белоусова, на доказывании, что в то время, когда, как считает следствие, Белоусов стоял возле фонарного столба, он уже находился в метро. И у нас есть масса подтверждений его алиби и, в том числе, и ответ из „Моссвета“. Это очень важно, потому что если фонари и правда зажглись в 16 часов 14 минут, то время, выставленное на видеокамере (на изображение которой строится все обвинение), соответствует реальному времени, а это значит, что Белоусов не мог в это время находиться возле фонарного столба и закладывать взрывчатку.

То, что сегодня судья вернул дело на стадию судебного следствия, означает, что он хочет разобраться.

В моей практике вообще не было такого дела, как это: когда одна судья не захотела вынести обвинительный приговор и направила дело на дополнительное расследование, а потом другой судья не стал оглашать приговор, а возобновил судебное следствие».

Каков будет ответ «Моссвета» на запрос суда — подтвердит ли его руководство то, что оно уже дважды отвечало на запрос защиты: " 27 декабря 2007 года фонари на Манежной площади зажглись в 16 часов 14 минут"?

util