7 Мая 2015, 08:50

300 тысяч рублей за трое суток: активист из Костромы добился компенсации за незаконный арест

Виктор Епифанов (слева). Фото: «Интернет-журнал 7×7»

Председатель Альтернативной общественной палаты Костромы Виктор Епифанов добился компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к административному аресту, в размере 300 000 рублей. Еще 15 000 рублей будет взыскано в его пользу для компенсации юридических расходов

13 декабря 2011 года Виктор Епифанов вместе с активистами Ларисой Колбасовой и Евгением Осокиным пришел в городскую администрацию Костромы для подачи уведомления о проведении митинга по поводу ранее прошедших выборов. О том, что случилось дальше, Епифанов рассказал Открытой России:

— Стали ждать работницу, которая должна была забрать уведомления, зарегистрировать их у себя в специальном журнале, а затем вынести нам зарегистрированный экземпляр. При этом бывает, что они мошенничают: оставляют в журналах места, потом кого-то туда вписывают и говорят, дескать вы опоздали, до вас уже подано уведомление. Это известная махинация.

Работница все не выходит и не выходит. По телефону звоним — аппарат тоже не работает, там западает какая-то кнопка. Один из нас попросил вахтера пропустить его, чтобы попросить работницу выйти, а то время на подачу уведомления истекает, оно ограничено. У нас ограничивают и по времени, и по порядку принятия этих уведомлений. В общем, охране это не понравилось, и один из них сказал, что у него вот есть красная кнопка, на которую он сейчас нажмет и вызовет полицию. Наш активист ответил, мол, «ну вызывай, что мы сделали-то, мы ничего не нарушаем». Охранник вызывает полицию. Они приезжают, заходят, пытаются что-то выяснять.

За это время работница администрации успела к нам все же выйти и зарегистрировать документы. После чего мы хотим уйти, однако нас не выпускают. Приехали еще полицейские, потом еще опергруппа, начальник городского УВД. Говорят, поехали в отдел полиции, там будем разбираться.

Заявители митинга выразили недоумение по поводу действий полиции и пытались объяснить сотрудникам правоохранительных органов, что никаких законных оснований для их задержания нет. Однако полицейские все равно доставили активистов в отделение. При этом к отказавшемуся добровольно ехать Виктору Епифанову применили физическую силу.

— Меня стащили с дивана на пол, за руки, за ноги, в машину погрузили и привезли в городское УВД... Один из доставлявших меня в городское УВД полицейский, старшина Голышев, обзывал меня и четыре раза ударил. Свидетелям этого стал находящийся в тот момент в отделении задержанный гражданин. Он мне тогда сказал: «Все равно ничего не докажешь». Я, конечно, подумал, что буду заниматься этим и трудно сказать, чем закончится. Но он оказался прав. В отношении этого Голышева на сегодня дело ничем не закончилось. До сих пор даже не опрошен очевидец произошедшего, хотя я написал заявление о привлечении полицейского к уголовной ответственности. Но я это так, естественно, не оставлю. Буду добиваться справедливости.

У Ларисы Колбасовой сахарный диабет. При этом ей по ее требованию не давали воды, не давали сходить в туалет в нормальных условиях.

В полиции на активистов были составлены протоколы, проведен личный обыск. После чего их доставили в мировой суд. За нарушение общественного порядка Осокину присудили 500 рублей штрафа, Колбасовой вынесли замечание. С Епифановым все оказалось сложнее.

— Судья Уханова сначала хотела назначить судебное заседание по мне в двадцатых числах декабря, однако у меня была назначена операция по замене хрусталика глаза на 27 декабря, я представил соответствующие документы и попросил отложить. Заседание было назначено на 12 января.

Я продолжаю готовиться к операции по замене хрусталика глаза. Сдаю анализы. Потом прихожу к судье за копией протокола. И она предлагает мне провести заседание пораньше. Я согласился, исходя из того, что это займет немного времени. Назначили на 22 декабря. Прихожу 22 числа в 11 часов (как раз сдал анализ крови: у меня еще вата на сгибе, из вены брали кровь). Судья что-то мечется, полицейские появились. Сначала я не совсем понимал, что происходит. Все это тянется до трех-четырех часов и потом она объявляет: трое суток ареста — за то, что я якобы не выполнил законные требования полиции встать и идти с ними.

Ясно было, что это политически мотивированное мероприятие. Неожиданно изменили время рассмотрения дела с января на более ранний срок, чтобы именно 24 декабря я сидел в камере. Это очень важная дата. Нам ведь отказали в проведении митинга. И во время обжалования отказа судья мне пыталась объяснить, что я все равно не принял бы участие в этом митинге, поскольку находился под арестом. Однако затем областной суд указал, что совершенно неважно, где я в тот момент находился (я был первым организатором), к тому же находился под незаконным арестом. И отказ главы администрации в согласовании уведомления тоже был признан незаконным.

С 11:00 до 15:00 я находился в распоряжении мирового судьи, а потом меня привезли в спецприемник для административно арестованных, где, естественно, никакого питания на вечер для меня заказано не было. А по распорядку у них очередной прием пищи в 7 утра. Таким образом, в течение 20 часов я был лишен питания. Я потом просил суд признать это как отдельный вид нарушения — жестокое обращение, поскольку Европейский суд по правам человека считает такие обстоятельства, как длительное лишение питания, воды, сна и так далее жестоким обращением.

В феврале 2012 года Свердловский районный суд отменил постановление мирового суда об аресте в связи с тем, что в действиях Епифанова нет состава административного правонарушения.

23 октября 2014 года суд решил удовлетворить исковые требования Виктора Епифанова и взыскать в его пользу в качестве компенсации морального вреда 60 000 рублей, а также в качестве компенсации оплаты юридических услуг — 5 000 рублей.

А уже 18 марта этого было оглашено апелляционное определение судебной коллегии Костромского областного суда, который в пять раз увеличил размер компенсаций. Коллегия учла, что суд первой инстанции не в полной мере оценил все обстоятельства дела, в частности длительность ограничения свободы и лишения пищи.



Снятия обвинений и взыскания компенсаций добились и другие заявители митинга.

— Сначала мы занимались делом Ларисы Колбасовой. Хотя она содержалась в полиции с момента доставления и до рассмотрения мировым судом, дело тоже заняло продолжительное время. Во-первых, нужно было отменить постановление мировой судьи Ухановой о замечании, объявленном Колбасовой. Все равно это считается признанным правонарушением. Мера наказания тут не имеет значения. В результате районный суд отменил это постановление. Уже после этого можно было продолжать дальше и требовать компенсацию морального вреда. Ей за почти 8 часов незаконного задержания, лишение питания, воды, туалета, районный суд присудил 5 тысяч, а после обжалования в областном — 25 тысяч рублей компенсации морального вреда. Районные суды вообще всегда присуждают очень мало. Свобода и достоинство в нашем городе не особо ценятся. Но нужно добиваться.

Лично в моем деле большую роль сыграло решение ЕСПЧ от 3 октября 2013 года в отношении Гарри Каспарова ( «Каспаров и другие против России», жалоба N 21613/07. — Открытая Россия). Я этим делом оперировал, приводил в качестве примера: во-первых, незаконное задержание, во-вторых, я был арестован именно по политическим мотивам как организатор публичного мероприятия и, тем самым, был лишен возможности принять в нем участие.

Ну и кроме того, я едва не пропустил операцию, пропустил два суда, в которых был представителем, и так далее — областной суд все это учел.

util