2 Июня 2015, 13:15

«Цыгане в нашей стране попали в порочный круг». Что власти делают с этническими поселениями

Цыгане-котляры в поселении в Иркутске. Фото: Святослав Хроменков

В Иркутске могут снести стихийный поселок, где живут более 50 цыган-котляров, включая женщин и детей. Поселки, подобные иркутскому, появились и разрослись на территории страны после 1956 года, когда был принят так называемый указ об оседлости, запретивший цыганам кочевать. С тех пор у них так и не появилось путей легализовать свое нахождение в том или ином месте. Правозащитники пытаются оспорить решение суда, которое может оставить на улице десятки человек в Иркутске

Иркутск

Цыгане-котляры получили свое называние благодаря традиционному занятию мужчин этой национальной группы — работе с металлом. Их поселение в Иркутске — одно из многих подобных, разбросанных по России. Они жили в этом городе не один год, пытаясь легализовать свою недвижимость и даже своих детей.

Об их жизни Открытой России рассказала эксперт антидискриминационного центра «Мемориал» Ольга Абраменко:

— Я лично посещала этот поселок в 2009 году, знакома с ситуацией и с жителями-цыганами. Они несколько лет назад приехали в Иркутск из Читы. Как обычно бывает при переезде, люди начинают искать жилье, участки — вот один из членов этой общины купил дом частным образом, а потом вокруг уже началась какая-то другая застройка: кто-то женился, выходил замуж, и так далее. И возникло несколько домов.

Насколько я понимаю, к первой сделке есть какие-то вопросы, возможно, она была заключена устно, но люди жили там все эти годы. Есть вопросы по легализации всех домов в поселке. В 2009 году, когда я там была, у людей были большие проблемы с личными документами. Они пытались оформить паспорта, прописку — не получалось (какие-то документы надо было оформлять в Чите, но ехать туда они не могли — далеко и дорого), а у детей были проблемы со свидетельствами о рождении.

Поселение цыган-котляров в Иркутске. Фото: Святослав Хроменков

Нельзя сказать, что это какие-то асоциальные люди, которые игнорировали все законные процедуры. Нет, они пытались и навести порядок в документах, и устроить детей в школу — я это наблюдала в 2009 году. Я встречалась с директором школы, куда ходили цыганские дети. Школа помогала с оформлением документов и принимала детей, у которых документов недоставало. Действительно был создан особый класс для них, что мы вообще-то не приветствуем, потому что отделение цыганских детей от прочих не ведет к интеграции.

Это поселение очень маленькое, около 50 человек. А у нас есть подобные таборы, где живут тысячи людей, и там те же проблемы с легализацией домов и с отправлением детей в школы, где создают отдельные классы. Эта ситуация очень типична, к сожалению.

Иркутский юрист и правозащитник Святослав Хроменков опубликовал видеообращение цыган-котляров, в котором они просят помощи и говорят, что все имеют российское гражданство.

Хроменков рассказал Открытой России, что не сразу согласился представлять интересы поселенцев, но, съездив к ним, убедился в правоте экспертов из антидискриминационного центра:

— Полагаю, органы муниципальной власти считают, что это земля ликвидная, поэтому им проще ее отдать под какую-то коттеджную или точечную застройку. Цыганское поселение — это почти центр города, 15 минут езды до центра, отличный район на берегу реки. Именно из-за этого цыган хотят отсюда выгнать. Ведь не секрет, что такие поселения цыган есть и в других районах города. Однако надо как-то цивилизованно решать этот вопрос и предоставить им место, обеспеченное инфраструктурой. При этом, во-первых, надо разобраться в наличии у цыган прав на занимаемую землю в порядке очного, а не заочного судебного производства, тщательно изучив все обстоятельства дела, а уже во-вторых — решать вопрос о выселении и сносе жилья. Выселение возможно только по решению суда. Сейчас такого решения — о выселении — нет. Есть только заочное решение суда о сносе. Получается, сносить будем с жильцами, в том числе с малыми детьми, которых там 30 человек?


Поселение цыган-котляров в Иркутске. Фото: Святослав Хроменков

По словам Хроменкова, сейчас жители компактного поселения и правозащитники ждут ответа от местных властей, чтобы принять решение о дальнейших действиях:

— Мы сейчас получили ответ администрации города Иркутска: они ссылаются на программу по цыганам, согласно этой программе их все-таки должны расселить. Резюмировали так: да, действительно, где-то в Иркутске или в Иркутском районе им должны землю предоставить, — но никакой конкретики нет. К этому вопросу подключился уполномоченный по правам человека в Иркутской области. Вместе мы ждем какого-то конструктивного ответа на вопрос: что будет предпринимать власть по этому вопросу; ответ должен прийти 4 июня. Наш омбудсмен также готовит по этому вопросу доклад уполномоченному по правам человека в России Элле Памфиловой.

Федеральный (виртуальный) план

Программа, на которую ссылаются в иркутской администрации, действительно существовала. Но ее действие закончилось в 2014 году. Да и оно, как говорит Ольга Абраменко, было только на бумаге:

— Конечно, нужна государственная программа. И во многих странах, в том числе постсоветских, есть так называемые планы действий по интеграции цыган в общество. Мы очень долго лоббировали такую программу у нас в стране. И она появилась, но, к сожалению, не в той форме, в которой нам бы хотелось.

На 2013–2014 годы был принят «Комплексный план мероприятий по социально-экономическому и этнокультурному развитию цыган в Российской Федерации». Ответственным за его реализацию было Министерство регионального развития. Министерство, как вы знаете, было расформировано. Вместе с планом. Теперь вообще непонятно, кто будет этим заниматься. У нас создано Федеральное агентство по делам национальностей, который возглавил бывший командир «Альфы», но пока о цыганской теме в рамках агентства не слышно.

Поселение цыган-котляров в Иркутске. Фото: Святослав Хроменков

Совсем недавно, когда рассматривался отчет Российской Федерации в комитете по правам человека ООН, там была огромная российская делегация. И бывшая сотрудница бывшего министерства доложила о том, что план полностью выполнен, больше ничего делать не нужно, — такой можно было сделать вывод. О сносах цыганских домов она сказала, что у нас они бывают, но только в рамках закона, все четко по жилищному кодексу. А понимания, что вот эти цыганские поселки — это наследие советской эпохи, с которыми новая власть, как преемница Советского Союза, обязана что-то делать, — вот этого понимания, к сожалению, нет.

Конечно, необходим нормальный план. К документу, который был, у нас тоже было множество вопросов, потому что он отражал представления его создателей о цыганах. То есть этот план был иллюстрацией предрассудков, которые существуют у среднего человека о цыганах. Самой главной проблемой была названа проблема наркотиков, которая совсем не главная в цыганской жизни. Что касается проблемы образования, которая действительно очень важна, то там было запланировано, что будет создана азбука цыганского языка и учебник русского языка для цыганских детей. И, кстати, вот эта сотрудница из бывшего Минрегионразвития рапортовала, что такие книги якобы созданы. А их никто не видел, и представить себе, что тысячи цыганских детей уже обучаются грамоте по таким книгам, я не могу. А еще план предусматривал для цыганских детей, которые живут в этих компактных поселениях — своеобразных гетто, из которого дети редко выходят, — им предписано планом заниматься традиционными цыганскими ремеслами в кружках. Например, коневодством, вышиванием и плетением. Представьте, дети и так варятся в своем соку, нуждаются в интеграции, а им предлагают не компьютерную грамотность, не дополнительные часы русского языка, а почему-то коневодство. К счастью, на местах это так и не было введено.

Поселение цыган-котляров в Иркутске. Фото: Святослав Хроменков

Реальность

Ольга Абраменко рассказывает:

— Данные последней переписи говорят о том, что цыган в России больше 200 тысяч. Мы, правозащитники, думаем, что их общее число больше, до 500 тысяч. Потому что, например, в эти компактные поселки переписчики не приходили, я это точно знаю. Видимо, просто переписали какие-то данные из паспортных столов; понятно, что людей значительно больше, чем прописано. Не все цыгане живут компактным образом, как эти котляры. Цыганское сообщество очень неоднородно по образу жизни, диалектам, одежде. Котляры живут компактным образом, таких поселков более ста. Их размер от 50 человек до трех тысяч человек по всей стране.

Это действительно наследие советской эпохи, когда власть в лице председателей колхозов указывала рукой: «Товарищи цыгане, садитесь на землю вот тут». Но нет никакого документального подтверждения того, что им приказывали селиться тут или там. Понятно, что в советские годы никто не был озабочен проблемой легализации домов, собственности, нельзя было покупать-продавать землю. Потом люди женились, рожали детей, поселки разрастались. И одновременно до них стали докатываться уже города. Раньше это были полные выселки. Власть, конечно, можно понять: когда почти в центре города возникает такая стихийная застройка, с современной точки зрения это уже «не по закону». Но люди же не вчера появились.

Поселение цыган-котляров в Иркутске. Фото: Святослав Хроменков

Цыгане в нашей стране находятся в ситуации структурной дискриминации. Это означает, что они попали в порочный круг, который надо разрывать в любом месте. Вот у людей нет нормальных жилищных условий — из всех домов поселка по правилам оформлены единицы, в которых их и прописывают десятками или сотнями. То есть по документам в доме живут, допустим, двести человек. Органы власти возражают против такой ситуации, стараются не давать законной регистрации в этих домах.

Если у ребенка нет регистрации, то возникают проблемы при приеме в школу, где требуют так называемую форму № 9 — справку о «прописке», — и паспорт родителя тоже требуют. Если ребенок и попадает в школу, то часто только в так называемые цыганские классы, где очень низкое качество образования, дети «отпадают» от школы, как правило, после окончания начальной школы. Без образования невозможно трудоустроиться, невозможно нормально зарабатывать, огромная бедность. И поехали по кругу.

Вот эту ситуацию нужно разрывать в любом месте. В месте регистрации, в месте школы, где нужно детей перемешивать и создавать условия, чтобы они туда ходили. В месте трудоустройства: если люди не квалифицированы, значит нужна какая-то программа, чтобы они могли найти неквалифицированную работу.

Единственный положительный опыт, который мы видели, — это добрая воля бизнеса, который, застраивая такой цыганский участок, переселил целый поселок в другое место, построив новые дома. Это случилось в Тюмени, там было более 50 домов. Причем, пока строились дома, образовались какие-то новые цыганские семьи, но домов все равно построили даже больше, чем обещали. Но вот это единственный пример, когда просто хорошие люди проявили добрую волю и построили новые дома.

Поселение цыган-котляров в Иркутске. Фото: Святослав Хроменков

Правозащитник Хроменков добавляет:

— Как граждане Российской Федерации они имеют право и на социальную помощь, и на медицинскую, и на образование. Сейчас они ничего этого не получают. Эти люди не пошли по пути криминала, у них есть свое ремесло, которым они зарабатывают, но это изменится, если мы сломаем их жизненный уклад.

По словам правозащитников, соблюдение прав цыган-котляров, конечно, не входит в первую сотню государственных приоритетов. Поэтому, когда местная администрация подает в суд, он легко «приговаривает» такие поселки к сносу. После чего бульдозеры приезжают делать свою работу и в холода, и по ночам. Эти процессы запустить быстрее и дешевле, чем легализовать на федеральном уровне несколько тысяч человек.

util