4 June 2015, 09:00

Евгений Гонтмахер о «других деньгах» — от колиона до биткоина

Фото: kobilanskaia.livejournal.com

В Егорьевском суде Подмосковья началось рассмотрение иска к местному фермеру Михаилу Шляпникову, создавшему собственную валюту — колионы. Прокуратура требует запретить изготовление и оборот этих купюр. Открытая Россия поговорила с заместителем директора Института мировой экономики и международных отношения Евгением Гонтмахером о денежных суррогатах, криптовалютах перспективах появления новых валют


— До Шляпникова был введен запрет на башкирские «шаймуратики», которые также создал владелец сельхозпредприятия. Какую цель преследуют эти фермеры?
— Случаи, которые вы привели, являются чистой воды экзотикой. Такие вот своеобразные эти фермеры. У нас сложное экономическое положение, они не могут получить кредит, у них завышенные тарифы на электроэнергию. Это известная ситуация, фермеры, конечно, бедствуют.

Но введение собственной валюты для внутренних расчетов я бы назвал стебом. Никаких далеко идущих экономических выводов из того, что они вводят валюту, не стоит делать. Главное — другое. Главное, что этот сектор у нас сам по себе находится в бедственном положении, это правда. Кто-то валютой развлекается, кто-то переходит на бартер и обменивается натуральными продуктами и услугами, кто-то закрывает свое дело. Я бы не стал вокруг введения параллельной валюты делать какие-то выводы. Надо иметь в виду, что на территории Российской Федерации, да и любой другой страны, невозможно введение параллельной валюты без санкции самого государства. Если он попытается на свою валюту перевести свой район, то ему сильно дадут по рукам, потому что это будет нарушение основополагающих законов экономики, даже в нашей стране.

— Существует ведь мировая практика введения региональной валюты. В тех же США, например. Самая известная из них — berkshare, выпущенная жительницей Массачусетса. В последние пару лет подобная тенденция появилась в маленьких городах Франции.

— В Соединенных Штатах доллар ведь, вы что. Я много раз там бывал и общался с американцами, и никогда такого не слышал. Может быть, у них есть какие-то древние законы, принятые во время борьбы за независимость. Возьмите Великобританию, возьмите Германию. В Великобритании есть своя специфика: там Шотландия печатает свой собственный фунт. Но это тоже реликт их федеративной по сути страны. Ни в одной стране, претендующей на звание развитой, такого нет. Насчет Франции я тоже не слышал, чтобы отдельные какие-то города вводили свою валюту. Во Франции же евро, и это нарушение каких-то основ финансовой политики еврозоны. Может быть, это что-то туристское, но в реальном хозяйственном обороте не использующееся.

Фото: Lauren Fuller

Вы, кстати, имейте в виду, что сейчас в развитых странах наличность вообще мало ходит. Там все расчеты, особенно между предприятиями, ведутся безналично. Там вообще понятие введения параллельной валюты невозможно. В США, если вы пойдете в магазин со ста долларами, то на вас посмотрят, как на какого-то странного человека: вы либо наркотиками торгуете и получаете кэш, либо сутенер, либо грабитель. Это экзотика, так что какая параллельная валюта... Вообще единственная параллельная валюта — это биткоин, который ходит в интернете.

— Кстати по поводу биткоина. Во всем мире эту валюту приняли, почему российские власти стремятся ее запретить? Центробанк вообще едва ли не связывает биткоин с терроризмом.

— Наша денежная и валютная политика в стране — она довольно неплохая. С точки зрения профессионализма неплохая. Центробанк и Минфин работают неплохо, но все равно это очень консервативные организации. Существование биткоина требует каких-то неординарных подходов, ведь надо как-то совместить его с существованием собственной валюты. Это требует какой-то согласованной политики на уровне Европейского Центробанка. У нас же другие задачи, ведь мы отстаем. Перед нами стоит задача финансовой стабилизации: опустить инфляцию ниже 10%, создать нормальную банковскую систему. В этом смысле появление биткоина можно сравнить с появлением инопланетянина. В этом смысле наша финансовая система просто не готова к адаптации этой криптовалюты. Я думаю, что через какое-то короткое время у нас биткоин будет ходить, но в ограниченных очень объемах и ограниченных сферах, и уж точно не заменит национальную валюту, как и в США, и в Европе. Улучшение экономической ситуации и большая интеграция в мировые процессы приведет к тому, что и биткоину место найдется.

— Как вам кажется, появится ли тенденция к созданию новых наднациональных валют, таких, как евро?

— Я думаю, что в ближайшее время этого не будет. Сам евро пока не дошел до стабильного положения с точки зрения функционирования. Скорее, на первый план выйдет юань, который станет конвертируемым и его курс будет гибким (сейчас ведь он полностью регулируется государством). Может быть, он станет резервной валютой, на что китайцы вполне могли бы претендовать. Поэтому пока единственным примером останется евро.

***

По данным прокуратуры, колионы — это денежные суррогаты, создающие угрозу монополии России на эмиссию денег и дезориентирующие население в условиях экономического кризиса. Сам же фермер утверждает, что колионы задумывались как «красивая расписка в шутливой форме». По его словам, в деревне валютой пользуются около 100 человек, а примерный ее курс — один колион за литр молока, пять — за ведро картошки. Шляпников отмечает, что колионы не обмениваются на рубль и этой валютой он пользоваться никого не заставляет.

Михаил Шляпников. Фото: kobilanskaia.livejournal.com

В 2011 году аналогичный эксперимент прошел в башкирской деревне Шаймуратово. Там глава местного сельхозпредприятия Артур Нургалиев ввел в оборот валюту «шаймуратики», которой выдавал часть зарплаты, причем ей можно было расплатиться в местных магазинах. Нургалиев утверждал, что был вынужден ввести альтернативную валюту, так как закупщики не могли с ним расплатиться, в результате чего накопились долги. Нургалиев из-за этого не мог в полном объеме выдавать зарплаты своим сотрудникам. Предприниматель утверждал, что введение собственной валюты спасло его от банкротства и увеличило товарооборот в 12 раз. Несмотря на это, суд запретил «шаймуратики».

Эрзац-деньги были широко распространены в России в 1990-х годах. Тогда был подписан циркуляр, оговаривавший оборот «местных денег». Подобные валюты появились в нескольких регионах, включая Татарстан, Хакасию, Нижегородскую область и другие. Самым ярким примером стал «уральский франк», который был напечатан, но так и не введен в оборот. В Татарстане выпускались купоны, жетоны и социальные чеки. Власти Хакасии выпустили свои деньги, чтобы как-то выплатить пенсии. К выпуску собственной валюты присоединились и предприятия. Большинство называлось в народе по фамилии главы предприятия, к примеру, «степашки», «хряповки». К концу 1990-х оборот подобной валюты полностью прекратился.

Сейчас в мире существует, по разным данным, от 2,5 до 4 тысяч различных локальных или просто альтернативных валют. В Конституции США нет запрета на выпуск собственной валюты, но есть два исключения: нельзя чеканить монеты, а эмиссию купюр не могут проводить власти штатов. Любой населенный пункт или фирма могут создать свои деньги, но главное условие состоит в том, что купюры не должны быть похожи на настоящие доллары. В США насчитывается несколько десятков таких валют. Французский департамент Приморская Шаранта в прошлом месяце выпустил свою региональную валюту — бенез, — ставшую уже сороковой местной валютой в стране. Аналогичная тенденция уже несколько лет существует в Бельгии, Италии и других европейских странах.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Михаил Шляпников: «Ну какой нормальный фермер повезет из деревни в город говно?»

util