8 July 2015, 19:51

Торговый сбор: московская сага

Фото: East News

Размытые формулировки в законе о торговом сборе и сложности при его исполнении в самый разгар кризиса грозят окончательно уничтожить мелкую торговлю и серьезно ударить по крупному ритейлу.

Новый налог вступил в силу 1 июля. Накануне истек срок постановки на учет всех объектов торговли в Москве для уплаты сбора. Тем предпринимателям, кто не успел зарегистрировать все свои торговые точки за пять рабочих дней, грозит штраф в размере 10% от оборота, но не менее 40 тысяч рублей. Впрочем, форма заявления для постановки на учет даже не была готова к 1 июля. И это лишь одна небольшая коллизия с самым противоречивым налогом последних лет.

Кто платит?

В поправках в налоговый кодекс, принятых Думой в ноябре прошлого года, говорится о четырех видах объектов, с которых придется платить вмененный налог: стационарные магазины с торговыми залами и без них, нестационарные объекты (киоски, палатки), склады, на которых производится торговля, а также розничные рынки. Федеральный закон предполагает введение сбора в Москве, Санкт-Петербурге и Севастополе, где размер ставки устанавливается местным законом.

В Москве он был принят минувшей зимой, и в нем сразу обнаружились расхождения с федеральным законом. Так, например, в московском законе появились «объекты разносной и развозной розничной торговли». Этот вид деятельности вообще не упоминается в Налоговом кодексе. В таких случаях бухгалтерам следует пользоваться другими правовыми актами (этот термин, например, есть в приказе Росстандарта). Впрочем, что помешало московским законодателям прописать новый вид деятельности в своем законе, остается неясным. Вместе с тем из московского закона исчезла торговля со склада. Владельцев складов это еще сильнее запутало. По сути, вопрос с торговлей со склада отдается на откуп налоговикам на местах — наличие торгового зала на складе, установка кассового аппарата или даже теоретическая возможность торговли со склада в розницу может быть (а может и не быть) расценена налоговым инспектором как деятельность, подпадающая под торговый сбор. Неясно, как быть предприятиям, оказывающим услуги, но продающим сопутствующие товары (например, парикмахерским, торгующим шампунями), и если они попадают под сбор, то следует ли считать «торговым залом» весь зал обслуживания клиентов или только непосредственно прилавок? Открытым остается и вопрос с общественным питанием. При кафе и ресторанах зачастую есть магазины, продающие продукты, полуфабрикаты, наконец, в большинстве из них можно взять еду или напитки навынос. Эксперты «КонсультантПлюс» (популярная справочная правовая система для бухгалтеров и юристов. — ОР) отмечают, что общепит не должен подпадать под сбор, однако все же рекомендуют обратиться в органы власти для уточнения.

«Я обращалась в конце июня на горячую линию налоговой службы в Москве. Они там сами мало что понимают, но сказали, что общепит под сбор попадает, потому что это все равно продажа товара. Моим клиентам в их районных налоговых говорят, что если вы хоть что-то продаете „физикам“, то вставайте на учет и платите сбор», — Мария Петрова, бухгалтер, обслуживающий около десятка малых предприятий в Москве

В официальных разъяснениях Министерства финансов, которые минувшей весной давал замдиректора департамента налоговой и таможенно-тарифной политики Рубен Саакян, попросту предлагается по каждому объекту спрашивать отдельно: «Для получения информации по вопросу определения объекта налогообложения торговым сбором следует обращаться в указанный орган исполнительной власти города Москвы (Департамент экономической политики и развития Москвы. — ОР)» — из письма Министерства финансов от 29 апреля 2015 года.


Фото: Денис Гришкин / fotoimedia / ИТАР-ТАСС

«Налоговый эксперимент»

Ввести торговый сбор с малого бизнеса в качестве альтернативы налогу с продаж, возрождать который правительство отказалось, предложил еще весной прошлого года премьер-министр Дмитрий Медведев. По первому проекту закона, торговый сбор предполагался сразу для 22 видов предпринимательской деятельности (это касалось практически всех видов услуг — от кафе и ресторанов до химчисток и общественных туалетов) и на всей территории России. При этом глава комитета Госдумы по бюджету и налогам Андрей Макаров объяснял, что главная задача — вывести из серой зоны и заставить платить налоги тех, кто их недоплачивает. Принцип состоит в том, что торговый сбор должен идти в зачет основных налогов. Таким образом, для тех, кто и так их платит, налоговая нагрузка не увеличится, те же, кто «пробивает мимо кассы», будут вынуждены покрыть недоплаченные налоги торговым сбором. Депутат Макаров назвал тогда новый сбор «налоговым экспериментом».

Ставки сбора, предложенные в первом проекте, оказались запредельными. Так, например, с общественного туалета предлагалось собирать 300 тысяч рублей в год. Протесты предпринимателей и бизнес-ассоциаций оказались настолько громкими, что законодатели пошли на попятную и согласились оставить сборы только с розничной торговли и только в городах федерального значения (Москва, Санкт-Петербург и Севастополь, сбор пока ввела только столица). Однако ключевой для бизнеса вопрос о зачете сборов в счет остальных налогов так и остался нерешенным. «По информации, которая есть у нас, инструкция по механизму зачета торгового сбора в счет уплачиваемых налога на прибыль, УСН и НДФЛ будет представлена налоговой службой в июле», — заявил на прошлой неделе РБК представитель департамента экономической политики Москвы. По его словам, до конца октября, когда должна состояться первая оплата, бизнес будет заблаговременно проинформирован о порядке зачета. В итоге сбор уже есть, а гарантий, что он будет зачтен в остальные налоги, пока никаких.

«Интересно, как это будет считаться. Закон вступил в силу, но, как часто бывает, пока непонятно, как это будет работать. Если он будет работать справедливо, и сборы пойдут в счет остальных налогов, то это хорошая инициатива, потому что сейчас огромная часть наших конкурентов практически не платит налогов. Если вычетов не будет или они будут несправедливыми, то этот закон будет серьезной нагрузкой для «белого» бизнеса. У нас в стране есть такая тенденция: когда вводится налог для тех, кто ничего не платит, то в конечном счете за всех платит тот, кто и так все всегда платил«, — Александр Малис, генеральный директор компании «Евросеть»

«Какая-то дань получается»

Московские власти ожидают, что на учет для выплаты торгового сбора встанет около 200 тысяч торговых объектов. При этом, по прогнозам столичного правительства, за оставшиеся полгода в бюджет поступит дополнительно около двух миллиардов рублей. При этом объем доходов бюджета города Москвы на 2015 года составил 1,6 триллиона рублей. Таким образом, за счет нового сбора доходная часть вырастет на мизерные 0,12%. Зато негативный эффект для малого и среднего бизнеса, особенно для тех, кто работает «в белую», может быть колоссальным. При этом тяжесть удара обратно пропорциональна размеру бизнеса — чем меньше компания, тем тяжелее экономический ущерб.

«Я владелец небольшого магазина по продаже музыкального оборудования в ЦАО площадью 60 метров. Сейчас мы работаем „в ноль“. Особенно тяжело этим летом, когда продажи резко упали из-за кризиса и скачка цен на наши товары после девальвации. Даже при учете возможного налогового вычета налоговая нагрузка на нас выросла в 1,7 раза — мы платили 140 тысяч рублей налогов, а торговый сбор у нас получается 240 тысяч рублей. Какая-то дань получается: „Вы торгуете, значит должны платить“. Мы работаем „в белую“, у нас много операций по безналу, мимо кассы ничего не проводим. Мы сейчас посчитали, у нас прирост к постоянным расходам получился 20 тысяч в месяц, это примерно зарплата одного продавца. У меня работают три человека, сокращать их бессмысленно, тогда уж нужно сократиться самому. Где могли, мы уже все ужали, но если ничего не изменится, придется увольнять людей. В общем, в самый ответственный момент решили поддержать малый бизнес. Кошмар!» — Андрей Емельянов, предприниматель

Многие московские предприниматели сейчас встали перед выбором: резко сокращать расходы, что в разгар кризиса очень сложно, окончательно уходить в тень и вообще перестать платить какие-либо налоги или же просто закрыться. Отдельным ударом стало то, что приходится платить за каждый объект отдельно. Раньше, имея несколько точек, зарегистрированных на одно юрлицо, и уплачивая налоги по общей для всех объектов декларации, бизнесмен мог, по сути, распределять налоговую нагрузку с менее прибыльных магазинов на более прибыльные. Это дает простор для маневра, что особенно важно в кризис. Теперь же, чтобы сберечь успешные магазины, недостаточно рентабельные точки придется попросту закрыть.

Для крупных ритейлеров последствия не так катастрофичны и зависят в первую очередь от того, как будет рассчитываться налоговый вычет. В любом случае, новый налог серьезно отразится на планах развития бизнеса.

"Все зависит от того, как будет считаться налоговый вычет. При хорошем варианте дополнительная налоговая нагрузка будет не очень большой. При плохом — налоги для нас вырастут примерно на 20%. При этом в бюджет Москвы в общей сложности мы и так уже платим от 1,5 до 3 млрд рублей в зависимости от года. В кризис при падении спроса цены поднимать нельзя, поэтому придется сокращать торговые площади и закрывать магазины. При самом негативном раскладе нам придется ликвидировать около 15% точек в Москве, не говоря о том, что новые магазины открывать будет просто невыгодно«, — Александр Малис, генеральный директор компании «Евросеть»

Сбор как символ

Закон «О торговых сборах» — редкий случай в современной российской законотворческой практике, когда общественным организациям и экспертному сообществу с помощью публичной дискуссии удалось заставить законодателей сильно исправить первоначальный вариант законопроекта. В конце осени 2014 года, когда он принимался Госдумой, это выглядело как небольшая, но победа бизнеса. Впрочем, и этой победы оказалось недостаточно: несмотря на то, что санкции и антисанкции уже были в силе, а нефть торговалась по 80 долларов за баррель, в тот момент, похоже, мало кто представлял реальный масштаб экономических трудностей, с которым придется столкнутся государству и бизнесу к середине 2015 года.

По злой иронии Госдума приняла закон 21 ноября, за три недели до «черного вторника». Мэр Москвы Сергей Собянин подписал московский закон «о торговых сборах» 17 декабря, на следующий день после того, как доллар на московской бирже продавался по 80 рублей. В итоге именно розничная торговля стала первой жертвой кризиса-2014 и девальвации. Оборот розницы в Москве по итогам января-мая рухнул на 10,8% (таких цифр не было даже на самом дне кризиса 2008-2009 годов). Импорт в первом полугодии сократился на 40%. Арендные ставки в Москве, традиционно рассчитываемые в валюте, резко подскочили, в результате доля свободных торговых площадей в столице сегодня на максимальном уровне с начала 2000-х годов. Однако никто из представителей экономических властей, депутатов и экспертов даже не попытался поставить вопрос о том, чтобы отложить новый налог до лучших времен.

На запредельно негативную экономическую конъюнктуру наложилось катастрофически низкое качество московского закона. Документ, предполагающий введение принципиально нового вида сбора, уместился на шести страницах, из которых половину занимает таблица с размерами ставок. Несмотря на расхождения с федеральным законом «О торговом сборе» и использование ранее не встречавшихся в федеральном законодательстве терминов, в столичном законе полностью отсутствует понятийный аппарат. Все это породило двусмысленность в ключевом вопросе: кто должен уплачивать сбор, а кто нет. К этому стоит прибавить практически полную неготовность исполнительной власти к вступлению в силу нового налога: Минфину, Федеральной налоговой службе и правительству Москвы не хватило шести месяцев на то, чтобы закрыть оставленные законодателями «правовые дыры» подзаконными актами и инструкциями и даже подготовить необходимые формы документов. Все это с одной стороны рождает идеальные условия для коррупции и чиновничьего произвола, с другой — создает полную неопределенность для предпринимателей.

Фото: East News

В итоге, новый торговый сбор по праву можно назвать главным символом бездумной и разрушительной экономической политики в области малого и среднего бизнеса, неэффективности исполнительной власти и полной правовой некомпетентности в федерального и московского парламентов. Особенно показательно, что этот символ возник именно в тот момент, когда государство объявило о ставке на развитие предпринимательства.

util