22 July 2015, 09:00

EUobserver: «ШОС всегда была коалицией стран, не желающих сотрудничать»

Президент Киргизии Алмазбек Атамбаев, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, президент России Владимир Путин, председатель КНР Си Цзиньпин и президент Узбекистана Ислам Каримов (слева направо) на церемонии совместного фотографирования глав государств-членов ШОС, 10 июля 2015 года. Фото: Станислав Красильников / ТАСС

Аналитик Гаагского центра стратегических исследований Сейбрен де Йонг и директор Лёвенского центра изучения глобального управления Ян Ваутерс в статье для интернет-издания EUobserver описали ШОС как альянс стран, не имеющий общих интересов, но очень важный лично для Путина

10 июля в Уфе президент России принимал саммит лидеров стран Шанхайской организации сотрудничества — политической, экономической и военной организации, основанной в 2001 году лидерами Китая, России, Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана для урегулирования пограничного вопроса между Китаем и его соседями по Центральной Азии.

Западные аналитики обычно придерживаются той точки зрения, что форум был задуман как акт противодействия НАТО. Основным событием саммита стало подписание документа о начале процесса по вступлению в ШОС Индии и Пакистана. Лидеры саммита также поддержали потенциальное вхождение в состав организации и Ирана.

Расширение ШОС задумывается как основа для сотрудничества в сфере безопасности в громадном географическом регионе, где ни США, ни Европа не имеют какого-либо существенного влияния. Это — по крайней мере, по мнению Путина — и был основной месседж.

В реальности же организация до сих пор представляет собой коалицию государств, не имеющих подлинных общих интересов.

Не пария

Несмотря на это, Путин рассматривает расширение организации как важнейшее дипломатическое достижение. Это его способ показать миру, что Россия — не международный изгой; что она до сих пор способна пользоваться своей силой за рубежом.

Но принятие Индии и Пакистана вызывает серьезные вопросы о том, насколько могут сочетаться интересы отдельных стран — членов ШОС, учитывая многолетнюю враждебность и конфликты между этими двумя государствами.

Премьер-министр Индии Нарендра Моди, Нурсултан Назарбаев и Владимир Путин на церемонии совместного фотографирования глав государств — членов ШОС, глав государств и правительств стран — наблюдателей в ШОС и глав делегаций международных организаций, 10 июля 2015 года. Фото: Станислав Красильников / ТАСС

Альянсы по безопасности крепки настолько, насколько широки общие интересы их членов. Россия делает все возможное для расширения ШОС по большей части потому, что Кремль страстно стремится показать свою возможность противостоять Западу. И этот интерес поддерживается остальными членами ШОС далеко не столь безоговорочно. Китай, даже учитывая его стремление к борьбе с США за доминирование в Азиатско-Тихоокеанском регионе, пытается не отталкивать Вашингтон, так как их финансовые рынки тесно связаны.

Члены ШОС из числа бывших советских стран, особенно Казахстан, опасаются намерений Москвы после того, как в прошлом году Путин аннексировал Крым. Астана боится, что Россия однажды начнет «защищать национальные интересы» в Северном Казахстане. Таджикистан и Киргизия, с другой стороны, сильно страдают от авантюризма Москвы: экономический кризис в России привел к тому, что многие мигранты потеряли свою работу и вернулись домой.

Денежные переводы — важнейшая часть экономик обеих стран — значительно сократились. Еще хуже то, что большое число безработных среди молодежи делает ее все более поддающейся вербовке радикальными экстремистскими организациями.

Узбекистан, после саммита перенявший от России председательство в ШОС, предупредил, что организация никогда не должна становиться военным блоком, противостоящим любой группе или стране.

Важно еще и то, что Иран, поддерживаемый недавним ядерным соглашением, похоже, более заинтересован в ухаживании за Западом, Китаем и Россией. Ему очень нужны инвестиции в углеводородную отрасль, и поэтому он не может позволить себе заводить врагов, вступая в региональные организации по безопасности. Соответственно, вряд ли стремление ШОС принять в свои ряды Иран обернется чем-то реальным.

Си Цзиньпин в Уфе, 8 июля 2015 года. Фото: Xie Huanchi / Xinhua / ZUMA / ТАСС

Объединенные недоверием

В атмосфере всеобщего недоверия в ШОС остается недостаток общих интересов. Россия и Китай — самые влиятельные члены организации — имеют давнюю историю взаимной враждебности, максимально заметной в период советско-китайского раскола в 1960-1989 годах. Ситуация начала меняться лишь недавно благодаря попыткам Путина укрепить связи с Азией. Тем не менее многое из «азиатской оси» России следует принимать с недоверием.

Партнерство России и Китая далеко не равноправное. Более того, Китай пользуется дешевым доступом к российским энергетическим ресурсам, учитывая слабую переговорную позицию России. Под давлением Европы, связанным с ролью России в украинском кризисе, Москва вынуждена заводить новых друзей. Пекин прекрасно понимает, что Китай нужен России гораздо больше, чем она нужна ему.

Демонстрацией этого недоверия между двумя нациями стал общественный резонанс, вызванный планами России передать участок удаленной сибирской территории китайским инвесторам. Российские политики и СМИ сразу начали предупреждать, что это может закончиться аннексией российских земель Китаем.

За все время своего существования ШОС была коалицией стран, не желающих сотрудничать. Многое будет зависеть от дальнейшей динамики как внутри организации, так и за ее пределами. Какими бы необузданными ни были члены организации, ШОС может иметь важный потенциал для дальнейшей региональной интеграции на этой обширной территории. Если каким-то путем ей удастся привнести стабильность в регион путем включения в свой состав Индии и Пакистана, то лишь это можно будет считать крупнейшим вкладом в международное сотрудничество.

Оригинал статьи: Сейбрен де Йонг, Ян Ваутерс, «Россия и коалиция незаинтересованных», EUobserver, 20 июля

util