13 Августа 2015, 09:09

Newsweek: «Необходимы новые методы не только борьбы с дезинформацией, но и ее идентификации»

Студия визуальных эффектов телеканала RT. Фото: Зураб Джавахадзе / ИТАР-ТАСС

Эксперты Центра анализа европейской политики Энн Эпплбаум и Эдвард Лукас в статье для Newsweek рассуждают о том, что российская пропаганда пробирается все глубже на Запад, а ее примеру могут последовать Китай и Иран

После падения Берлинской стены Запад перестал задумываться над тем, как объяснить и продвинуть свою политическую систему в России и по всему миру. Казалось, отпала необходимость как в защите, так и в нападении.

Длительное использование пропаганды и дезинформации советским блоком даже на родине имело дурную славу. Советский лидер Михаил Горбачев на одной из пресс-конференций пошутил, что ответа на вопрос «Би-би-си» не требуется, «так как вы все уже знаете».

Журналисты из России и других коммунистических стран начали копировать западные модели СМИ. В постсоветском мире западные СМИ были уже не гиенами буржуазного национализма, а воплощением честности, достоинства и правды. Западный мир счастливо с этим согласился.

Но золотая эра посткоммунистических СМИ ушла еще до ее начала. В таких странах, как Белоруссия и бывшие советские государства Центральной Азии, власти попросту подмяли под себя все значимые СМИ. В России плюрализму удалось прожить 10 лет, хотя коррупция и собственническое вмешательство запятнали, а затем и уничтожили идеалы еще в начале 1990-х.

Владимир Путин, возможно, справедливо возражал против контроля олигархов над СМИ. Но его решение — поместить все основные СМИ под контроль либо государства, либо его близких — лишь ухудшило ситуацию.

Ничего из этого не беспокоило внешний мир, по крайней мере, не больше, чем натиск Путина на российскую Конституцию или его захват командных высот в экономике страны. Большинство западных стран также не волновала хрупкость СМИ в странах, которые мы привыкли причислять к Восточной Европе.

Не имея сильной рекламной базы, множество СМИ в таких странах, как Польша, Чехия и балтийские государства, начали страдать от того же коммерческого давления и цинизма, что и их коллеги в бывшем Советском Союзе.

Идея, что путинский режим сможет вести эффективную пропагандистскую войну против Запада, вызывала недоверие, даже когда эта война вовсю шла, — причем как у власти, так и медиа-профессионалов.

Что Кремль может сказать вразумительного, способного повлиять на опытную аудиторию западных СМИ и менее опытную из Центральной Европы? Почему кто-то будет прислушиваться к каналам пропаганды, содержащимся за счет денег из бюджета зарубежных стран? Уж не говоря о том, чтобы верить им.

Фото: Зураб Джавахадзе / ИТАР-ТАСС

Первая часть ответа на этот вопрос состоит всего из двух букв — RT. Поначалу высмеиваемая за свою неуклюжую прокремлевскую линию, станция, ранее известная как Russia Today, переросла в изощренный многоязычный телеканал, фокусирующийся не на восхвалении Путина, а на порицании Запада. Их девиз звучит так: «Задавайте больше вопросов», хотя правильнее было бы добавить: «Если это не касается России».

На первый взгляд, RT выглядит, как любой другой телеканал. Его ведущие безупречно владеют английским и другими языками, где идет вещание (к примеру, немецким). Контент можно охарактеризовать следующим образом: смесь скандалов и полемики.

Взятые по отдельности, многие темы RT не выглядят неуместно на западном телевидении: страшилки о вспышках болезней и стихийных бедствиях, «разоблачения» лицемеров, коррупция и злоупотребление властью, а также ужасающе негативные доклады о перспективах мировой экономики.

Но RT крайней избирателен. Он рассказывает о скандалах, но не о попытках разобраться с ними. В своем освещении он опускает самую существенную особенность западных демократий: состязательность.

Время от времени все может пойти не так, но в западных системах власти тебе дают шанс исправиться. Ты можешь пожаловаться своему выборному представителю, подать в суд на обидчиков (включая государство), запустить публичную кампанию, организовать группы давления, греметь в СМИ и, если потребуется, воспользоваться избирательной системой для достижения цели.

Несомненно, западная система не безупречна, но в ней присутствуют сдержки и противовесы, независимые суды и выборные должности. Ничего этого в путинской России нет.

Систематически выделяя беды Запада и игнорируя гораздо более важные недостатки на родине, RT помогает распространять идею о том, что критика России Западом выборочна и несправедлива.

Он усиленно продвигает мысль, что истина относительна, а факты бывают весьма гибкими.

Но RT — лишь одна небольшая часть российской империи дезинформации. Второй столп — система «фабрик троллей», описанных в недавней статье в The New York Times. 11 сентября прошлого года сотни аккаунтов в твиттере начали «сообщать» о крупном химическом взрыве в округе Сент-Мери, штат Луизиана. Ничего из этого на самом деле не происходило, но обилие отчетов «очевидцев» предоставляло «войне миров» кредит доверия.

Вот что писала по этому поводу газета: «Мощный взрыв, который можно было услышать за многие мили, прогремел на химическом заводе в Сентервилле, Луизиана #ColumbianChemicals, твитил человек по имени Джон Мерритт. По хештегу #ColumbianChemicals можно было найти множество аккаунтов очевидцев происшествия в Сентервилле. Пользователь @AnnRussela выложила видео огня, пылающего над заводом; @Ksarah12 запостил запись видеокамеры с местной заправки, на которой был запечатлен момент взрыва. Другие опубликовали видео с кадрами черного дыма, поднимающегося вдалеке».


Сеть из 2900 ботов, обнаруженная после смерти Бориса Немцова. Изображение: Лоренс Александер / Global Voices

Это был не просто розыгрыш. Это было тщательно спланированное упражнение, в котором задействовали клоны сайтов, вымышленные сообщения, фейковые видео на YouTube, фальшивые скриншоты и сотни аккаунтов в соцсетях, которые ведут кремлевские «тролли».

Другие мистификации, связанные со вспышкой «Эболы» и полицейской стрельбой, появились в последующие недели.

Конечно, это были разовые трюки, но они доказывают, что Кремль тренирует свои способности в этой сфере, готовясь к более крупным задачам.

Этот тип дезинформации стал важной частью того, что военные аналитики называют «гибридной войной», — использования невоенных средств для подрыва силы воли противника, ограничения возможности принятия решений, снижения уровня общественной поддержки, конечная цель которого — победа без единого выстрела. Так и вела себя Россия по отношению к Украине. Теперь Россия пытается опробовать эти методы на Западе, причем как в странах Центральной Европы, так и в якобы неприступных странах Западной Европы и Северной Америки.

Пока что фальшивые рассказы, сайты и «эксперты» — редкий феномен в крупных западных странах. Но в небольших государствах, где СМИ слабы и легко управляемы, Россия начинает помогать в формировании общественного мнения и влиянии на результаты выборов.

Нынешний президент Чехии был избран при помощи российских денег — они шли напрямую от «Лукойла» — и пророссийских сайтов. В Болгарии российский олигарх пытается купить крупнейшую телестанцию. Даже в Франции российская финансовая поддержка ультраправого «Национального фронта» Марин Ле Пен — часть согласованного плана по влиянию на результаты выборов в крупной европейской стране.

Хоть и с опозданием, но западные страны начали вплотную с этим бороться. НАТО открыла в Риге центр совершенствования в «стратегических коммуникациях» (то есть информационной войне). Сами коммуникационные усилия НАТО в Брюсселе приобретают более острые края и включают в себя пробивную инфографику, подрывающую российские «мифы» об окружении страны Западом.

Великобритания возобновила военную пропаганду, создав новый отряд — 77 бригаду, — куда вошли 1,5 тысячи солдат с опытом работы в соцсетях. США расширяют действия Госдепартамента по борьбе с дезинформацией, однако действия эти не менялись с советских времен.

Но все эти попытки представляются крошечными, учитывая, что проблема со временем будет становиться более и более сложной: к России присоединятся Китай, Иран и другие страны, стремящиеся воспользоваться открытым пространством западных СМИ для манипулирования общественным мнением.

В мире, где социальные сети становятся орудием дезинформации, а журналисты могут быть обмануты фальшивыми «экспертами», необходимы новые методы не только борьбы с дезинформацией, но также ее идентификации, объяснения и понимания, как это работает.

В ближайшие месяцы Центр анализа европейской политики надеется запустить этот длительный процесс.

Оригинал статьи: Энн Эпплбаум, Эдвард Лукас, «Путинская сеть лжи — это только начало», Newsweek, 11 августа

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

«Угроза нереальности»: доклад Института современной России о кремлевской пропаганде

util