24 Августа 2015, 09:00

Sueddeutsche Zeitung: «Процесс Сенцова и Кольченко — предупредительный сигнал всем в Крыму»

Российские военные проходят мимо штаба батальона морской пехоты ВМС Украины в Феодосии, 23 марта 2014 года. Фото: Дмитрий Серебряков / AFP

Корреспондент немецкой газеты — о крымском контексте, в котором происходит показательная расправа над Сенцовым и Кольченко

С последним словом, как всегда, выступали обвиняемые. В среду на прениях в военном суде Ростова-на-Дону украинский кинорежиссер Олег Сенцов процитировал русского писателя Михаила Булгакова: «Трусость — самый главный грех на Земле». Украинский народ, сказал он, на Майдане освободился от своего страха перед властью. «Я желаю россиянам научиться не бояться», — заявил Сенцов в российском военном суде.

У самого Сенцова были все причины бояться. Минутами ранее прокурор попросил назначить ему 23 года тюрьмы и 12 лет — обвиняемому по тому же делу Александру Кольченко. По версии обвинителя, они создали террористическую группу, планировали и осуществили диверсию. Весной 2014 года в столице Крыма Симферополе были подожжены офисы организации «Русская община» и кремлевской партии «Единая Россия». Это привело к имущественному ущербу, а огонь был быстро потушен.

Один из свидетелей заявил, что давал показания под пытками

Прокурор утверждает, что за этими событиями стоят Сенцов и Кольченко. Также, по его словам, они планировали взорвать памятник павшим воинам и статую Ленина в Крыму. Доказательств, однако, суду было не представлено, рассказывает адвокат Сенцова Дмитрий Динзе. Вместо этого весь процесс был построен лишь на заявлениях еще двух задержанных персон, которые сотрудничали со следователями, благодаря чему отделались незначительным наказанием. Ни один из этих двоих свидетелей обвинения не захотел повторять свои заявления в суде. Более того, один из них утверждал, что дал свои показания под пытками.

Суд имеет черты показательного процесса, который должен запугать противников России в Крыму.

О пытках рассказывал и сам 39-летний Сенцов. После ареста спецслужбой ФСБ в мае 2014 года его били, заявил он в начале судебного разбирательства. Во время допроса следователи надели ему на голову пластиковый пакет и угрожали задушить. А происхождению гематом на теле Сенцова, наличие которых было констатировано, ФСБ дала циничное объяснение: дескать, обвиняемый имеет мазохистские склонности и нанес себе увечья сам.

Как и в предшествовавшие дни заседания, в среду на Сенцове была майка с традиционными украинскими узорами. Он родился в крымском Симферополе и горд быть украинцем. Сначала он присоединился к Майдану в Киеве. Когда российские войска блокировали базы украинской армии в Крыму, он вернулся обратно на полуостров и вместе с другими активистами снабжал украинских солдатов едой.

Баррикады на Майдане в Киеве, январь 2014 года. Фото: Сергей Супинский / AFP

Предупредительный сигнал инакомыслящим

По версии российской спецслужбы, Сенцов был членом националистического «Правого сектора». И он, и сам «Правый сектор» говорят, что это неправда. Второй обвиняемый по этому делу — 22-летний Кольченко — до аннексии был активистом антифашистской группы.

Процесс против Сенцова и Кольченко служит цели послать предупредительный сигнал всем в Крыму, кто недоволен его присоединением к России. По данным доклада Amnesty International, ситуация с правами человека на полуострове после аннексии стремительно ухудшилась. Это признала и ООН. Крымскотатарские активисты исчезают. И уже совсем немногие люди решаются публично сказать о том, что они воспринимают действия России критически.

Кремль подозревает американские фонды в финансировании смуты

Что происходит с такими людьми, показывает случай Леонида Кузьмина. 25-летний молодой человек в очках, кажется, почти стесняется, когда рассказывает, что с ним случилось после 9 марта этого года, когда он организовал акцию ко дню рождения украинского нацонального поэта Тараса Шевченко. За то, что на ней демонстрировались украинский флаг и лозунг «Крым относится к Украине», суд приговорил его к 40 часам общественных работ и к штрафу, эксивалентному €150. На следующий день учитель истории был уволен из школы. «В сфере своей деятельности — неквалифицирован», — сказано в выданной ему характеристике. «После этого меня не возьмет ни одна другая школа в России», — говорит Кузьмин. Несколькими днями спустя после увольнения на него напали и сильно избили у его собстенного дома.

Такие случаи, как эти, едва ли трогают публику. В Крыму больше нет свободных СМИ, и подобные инциденты поднимаются на волны иностранного общественного внимания. Чтобы их документировать и поддерживать пострадавших, активисты из разных стран бывшего СССР создали «Крымскую полевую миссию по правам человека». Эта сеть включена в «патриотический стоп-лист», с помощью которого российское государство запрещает любую деятельность «нежелательных иностранных организаций», а за всякое сотрудничество с ними сильно шрафует.

«Полевая миссия» занимает особое место в списке: в большинстве остальных случаев речь идет об учреждениях США, которые Кремль подозревает в финансировании смуты. В отличие от них, «Полевая миссия», строго говоря, — вообще не организация, а объединение. Но ее оценкой ситуации с правами человека в Крыму пользуются как раз Amnesty International и ООН для составления своих документов, что очень не нравится Кремлю. И запугивание действует: «Мы временно прекращаем свою работу в Крыму», — сказал представитель «Полевой миссии Андрей Юров».

Оригинал: Юлиан Ханс, Москва, «Как Россия запугивает инакомыслящих», Süddeutsche Zeitung, 21 августа

util