21 Октября 2015, 09:00

FT Magazine о Константине Малофееве и его православном телеканале

Кадр: «Царьград ТВ»

Московский корреспондент Financial Times Кортни Уивер — о новом российском телеканале «Царьград ТВ», по сравнению с которым государственное телевидение кажется умеренным, и его владельце — православном магнате

Солнечный московский полдень. Российский магнат Константин Малофеев в окружении почитателей появляется в студии своего собственного, недавно запущенного телеканала «Царьград ТВ». Малофеев одет в дизайнерский костюм, из нагрудного кармана выглядывает голубой шелковый платочек. У него над головой декорация в виде церковного купола в полтонны весом. За спиной — семиметровые окна, через которые открывается вид на кремлевские башни с блестящими стеклянными красными звездами.

Малофеев, по щекам и фигуре которого можно предположить, что он любит хорошо поесть, пребывает в жизнерадостном настроении. Он только что пообедал с двумя богатейшими олигархами из списка Форбса; это явный знак его растущей влиятельности. Елена Мизулина, видный консервативный сенатор, пришедшая в офис «Царьграда», терпеливо ждет, когда сможет переговорить с бизнесменом наедине, прежде чем он отправится в летний отпуск.

За последние несколько лет 41-летний Малофеев стал одним из самых влиятельных в России бизнесменов и лоббистов, отчасти благодаря своей приверженности православию и консервативным ценностям, которые снова входят в моду в третий президентский срок Владимира Путина. Как основатель частной инвестиционной компании Marshall Capital Partners Малофеев нажил значительное состояние, в основном благодаря инвестиции в телекоммуникационный гигант «Ростелеком»; его друг и единоверец Игорь Щеголев, ныне советник Путина, прежде занимал пост министра Связи и массовых коммуникаций. Теперь Малофеев создает себе имидж православного филантропа и идеолога, поддерживающего Путина.

Для этого Малофеев и создал «Царьград ТВ», свой собственный православный телеканал, который предлагает консервативный и в то же время современный взгляд на мировые новости. В июне «Царьград» в дополнение к онлайн-вещанию начал ежедневно выходить в эфир на принадлежащем РПЦ канале «Спас». Как говорит Малофеев, ближайший иностранный аналог «Царьграда» — американский канал Fox News; таким образом, он предстает в качестве российского Роджера Эйлса.

Константин Малофеев. Фото: Сергей Авдуевский / ИДР-ФОРМАТ / ТАСС

«Когда канал Fox News в сезоне 1996–97 годов появился на американском рынке, он коренным образом отличался от CNN или ABC. Fox говорил о том, что люди обсуждали между собой на кухнях, но другие телеканалы боялись или не хотели высказывать в эфире, — с воодушевлением говорит Малофеев. — Во многом „Царьград“ похож на Fox News. Мы начали с идеи о том, что есть много людей, приверженных традиционным ценностям и им необходим свой голос».

Кивок в сторону Fox News не случаен. Для запуска канала Малофеев нанял Джека Ханика, работавшего на Fox News со дня основания. Они познакомились на московской конференции, посвященной нравственности в СМИ, где оба выступали. «Нас собрали в одном зале, и я подумал: вот еще один оратор, прекрасно, — говорит Ханик. — Он выглядел очень скромным. Я и представить не мог, что у него такая власть и политическое влияние. Я до сих пор до конца не знаю, что у него есть».

Малофеев родился в пригороде Москвы в 1974 году. Он учился на юридическом факультете, но в конце 1990-х переключился на инвестиционный бизнес. В 2005 году, когда ему был 31 год, он основал свою частную инвестиционную компанию Marshall Capital Partners. Как он говорит, еще в студенческие годы он пришел к Богу, и на протяжении всей своей карьеры в бизнесе он поддерживал имидж православного христианина.

Связи Малофеева с ведущими российскими и зарубежными консерваторами — это что-то вроде ультраправой православной разновидности игры в «шесть шагов до Кевина Бэйкона» (популярная в США игра, участники которой должны найти связь между актером Кевином Бэйконом и любым другим актером по принципу «шести рукопожатий». — Открытая Россия). В кремлевских кругах Малофеев считается близким к Щеголеву и Владимиру Якунину, бывшему главе РЖД. На Западе у него есть контакты с лидером французских национал-консерваторов Марин Ле Пен; он также знаком с кандидатом в президенты США Рэндом Полом. В его загородном поместье гостил бывший министр обороны Греции Панос Камменос (лидер правой партии «Независимые греки». — Открытая Россия).

Малофеев приобрел большую известность в 2014 году, во время украинского конфликта, когда он стал одной из ключевых фигур, связывавших пророссийские силы востока Украины с московским политическим истеблишментом. Один из его бывших служащих, Александр Бородай, одно время был премьер-министром самопровозглашенной ДНР; другой, Игорь Гиркин, недолгое время командовал вооруженными силами пророссийских мятежников. Из-за этих связей Малофеев в прошлом году попал под санкции Евросоюза и США. Министерство внутренних дел Украины обвинило его в финансировании «незаконных вооруженных формирований» и назвало «спонсором террористов».


Малофеев отрицает эти обвинения, но в России они принесли ему немалую пользу. По словам Сергея Маркова, прокремлевского аналитика со связями в верхах, эти обвинения упрочили его репутацию эффективного лоббиста и идеолога: «Малофеев оказался в центре этих событий достаточно случайно, как я думаю. Но, когда это произошло, он, безусловно, был этому рад. Это означало, что его деньги были потрачены не напрасно».

Новый телеканал — пример того, как Малофеев делает то, что у него получается лучше всего: он пользуется своим состоянием и репутацией верующего христианина, чтобы оседлать волну актуальных тенденций российской политики. Некоторые олигархи, пытавшиеся заняться телевидением, с приходом Путина к власти были изгнаны из страны или даже попали в тюрьму, но Малофеев получил карт-бланш на создание своего канала. Он хвастается, что «Царьград ТВ» еще более патриотический, чем государственные каналы: «Мы всегда стоим на наших православных, патриотических, имперских позициях. Мейнстримовые каналы — не всегда».

Главная цель «Царьграда», как утверждает Малофеев, — обращение в православную веру. «Есть много людей, которые носят кресты, называют себя христианами, но при этом не ходят в церковь или ходят раз в год, на Пасху. Наша работа — дотянуться до этих людей и построить для них дорогу к храму».

В то же время канал занял настолько определенную антизападную геополитическую позицию, что государственное телевидение по сравнению с ним выглядит умеренным. Рассказывая о ситуации с беженцами в Европе, один из корреспондентов канала высказал предположение, что кризис искусственно создан либо Джорджем Соросом, либо семьей Ротшильдов. «Ротшильдов называют хозяевами денег, — спокойно сообщил телезрителям ведущий. — Их средство — это деньги, а их цель — мировое господство».

В другом сюжете тему процентных ставок по кредитам в России использовали, чтобы запустить дискуссию о сомнительной морали американской монетарной политики. Новость о планировании семьи превратилась в разоблачение «американских сатанистов», которые «открыто поддерживают детоубийство».

Идейный вдохновитель «Царьграда» — Александр Дугин, ультраправый идеолог, который с 1997 года призывает к воссозданию евразийской империи, «основанной на фундаментальном принципе общего врага» — прежде всего, США и экспортируемых ими идеалов либерализма. Чем-то напоминающий Достоевского, с пронзительным взглядом и длинной, с проседью, бородой, Дугин говорит, что многие русские возвращаются к консерватизму, разочаровавшись в либеральных иллюзиях, которые насаждал Борис Ельцин в 90-х.


Александр Дугин на «Сербском марше», 2008 год. Фото: Андрей Лукин / ТАСС

«Либерализм полностью дискредитирован политикой Запада», — говорит Дугин. «Царьград», по его утверждению, отражает мнение молчаливого большинства. «Наша цель — вывести патриотический дискурс из гетто, в которое его загнали в советские и либеральные времена. Если людям редко дают возможность выразить свое мнение, они забывают, как говорить, и только ворчат или корчат рожи. Очень важно дать этим людям язык».

Как утверждает Дугин, один из слоев, для которого характерен этот возврат к консерватизму, — это молодые россияне. Вот один из них — Андрей Афанасьев, 26-летний ведущий новостей «Царьграда». Прежде он работал на англоязычном канале Russia Today, свободно говорит по-английски, много путешествовал. Афанасьев рассказывает, что опыт учебы за границей, в Испании, избавил его от иллюзий в отношении Запада: «Образ жизни и ценности молодежи, которую я там встречал, не близки мне. Это нездоровый гедонизм, потребительство, тяга к развлечениям. Все это очень вульгарно».

В «Царьграде» Афанасьев, как он сам говорит, нашел новое сообщество людей, которые разделяют его православную веру и консервативные ценности. «Концепция нашего канала заключается в том, что все мы единомышленники. Это прекрасно! — говорит он. — Вы можете мне завидовать: за год журналистской работы я ни разу не пошел против своего сердца».

В первый раз я увидела, как формируется внутренняя идеология «Царьграда», когда побывала в его студии на одной из главных улиц Москвы в апреле, еще до официального запуска канала. Ханик, в прошлом один из руководителей Fox, помогал другим продюсерам подготовиться к интервью с Алексеем Вайцем, одним из лидеров «Ночных волков», пропутинской команды байкеров, ставшей одним из символов нового русского национализма. Атмосфера напоминала пандемониум.

Ханик — опытный телевизионный продюсер, но в русском языке он не силен. «Женя, можешь это подсветить? — обращался он к не владеющему английским языком сотруднику. — Как ты говоришь... „Купол! Свет! По-жа-луй-ста!“» — выговаривал он с тяжелым нью-йоркским акцентом.

Купол, о котором он говорил, — работа Ивана Глазунова, известного православного художника. Пока продюсеры готовились к интервью, Глазунов наблюдал, как один из его помощников раскрашивает фанерную колонну под античный мрамор. Когда настало время съемки, обоих художников грубо прогнали из кадра. «Для художника это компромисс», — сухо сказал Глазунов.

Концепция студии, как сформулировал Ханик, — это «встреча Византии с XXI веком». Высокие окна и естественный свет — не самое простое решение для телевизионной студии. «Любой, кто хочет создать телестудию, скажет, что это ночной кошмар», — говорит Ханик. Но он отмечает, что естественный свет придает всему некий оттенок святости.

Кадр: «Царьград ТВ»

Ханик воспитан в католической вере, но говорит, что он и его жена теперь надеются крестить своего сына в русской православной церкви, так воодушевила их работа в «Царьграде». Он рассказывает, что во время его первой поездки в Россию ему показали несколько церквей в Москве. «Был февраль, шел сильный снег, но все церкви были полны людей, — говорит он. — Люди стояли снаружи в снегу и слушали проповедь. И я подумал, что в Америке такого не увидишь».

У России непростые отношения с православной церковью. В советские времена религия была почти что запрещена и почти вся церковная собственность была конфискована. С 1917 года и до распада Советского Союза более трехсот тысяч священнослужителей были казнены или заключены в тюрьму. Но после падения советской власти православие стало не просто популярным, а модным, рассказывает Джеральдина Фейган, автор книги «Вера в России. Религиозная политика после коммунизма». Состоятельные россияне стали носить на шее кресты. Большинство ресторанов в больших городах России предлагают постные меню.

Во времена третьего президентского срока Путина у православия появилась новая роль — оно стало политическим инструментом, используемым, чтобы объединить преимущественно христианское население против западного либерализма, в котором власти видят причину антиправительственных протестов 2012 года. В ответ на эти протесты Кремль в 2013 году добился принятия закона, запрещающего так называемую пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, и приговорил к тюремному заключению участниц панк-группы Pussy Riot за их протест в московском храме в 2012 году. В программах государственного телевидения появилась националистическая идеология.

Главная забота Российской Православной Церкви сейчас — это замещение веры «религиозным, идеологическим, националистическим диалогом», — говорит петербургский священник Георгий Митрофанов. — «Современные православные христиане в России не столько религиозно мотивированы церковной жизнью, сколько ищут новую авторитарную идеологическую систему», — предупреждает он.

Заметно, что «Царьград» стремится привлечь широкую группу зрителей. Директором канала недавно назначен Юрий Грымов, ведущий российский режиссер и продюсер, прежде работавший на единственном российском оппозиционном телеканале «Дождь»; за ним пришли и некоторые другие сотрудники «Дождя». «Я был продюсером „Дождя“ полтора года, но наши пути разошлись, потому что мы поняли, что мы разные, — говорит Грымов. — Я дружу с людьми разных вероисповеданий, я работаю с ними. Но недавний опыт показал мне, что люди, которые ходят в церковь, — не такие, как атеисты, они лучше».

Для Малофеева все это хорошие новости, и он считает, что во многом это заслуга одного человека. «При Путине построили 25 000 церквей. Можете в это поверить? Двадцать пять тысяч церквей! — восклицает он. — Плюс к этому восстановлено 800 монастырей, а в этом году на Пасху в Москве в церкви пришли полтора миллиона человек, новый рекорд. Все это происходит у нас на глазах. Путин стал историческим лидером, лучшим из правителей России за сто лет, с дореволюционных времен. Нам очень повезло».

Оригинал статьи: Кортни Уивер, «Божье телевидение по-российски», FT Magazine, 16 октября

util