12 Ноября 2015, 22:15

Суд над Надеждой Савченко: в ожидании Плотницкого

Участники эксперимента с биноклем. Фото из материалов следствия / Медиазона

Что происходило на заседании 12 ноября: эксперимент с биноклем, колыбельная прокурора и самолет Фейгина

В Донецком городском суде завершилось оглашение письменных доказательств стороны обвинения. Прокурор приступил к демонстрации вещественных доказательств, сначала спровоцировав своими действиями скандал, а потом чуть не выключив подсудимую из процесса. Защита пыталась сократить заседание насколько могла — видимо, предвкушая запланированный на следующую неделю допрос главы самопровозглашенной ЛНР Игоря Плотницкого. Он проходит по делу свидетелем и уже пообещал явиться на процесс.

Заседание началось с оглашения двух следственных экспериментов: с помощью переодетых в военную форму с бронежилетами статистов и консультантов из Министерства обороны обвинение выясняло, может ли человек отличить военного от гражданского, глядя в армейский бинокль с расстояния в три километра.

«Консультант объяснил следователю, как пользоваться биноклем Б7×35, объяснив, что в наименовании ’’Б’’ — означает слово ’’бинокль’’, а ’’7’’ — его увеличение; таким образом, все предметы, на которые может посмотреть человек через этот бинокль, приближаются в семь раз», — бесстрастно зачитывал прокурор итоги экспериментов, согласно которым единственный шанс гражданского быть опознанным с такого расстояния — это не носить бронежилет и не ходить в темной одежде.

Только таких статистов следователю удалось без особых проблем отличить от людей в военной форме. Впрочем, распознать через бинокль видеокамеру в руках одного из участников эксперимента у него не получилось.

После этого были следствие зачитало показания сотрудника украинского сотового оператора life:) Михаила Помазана о работе станций связи в Луганске, в городе Счастье и в поселке Обозное. Свидетель рассказывал о работе луганского филиала оператора, о количестве базовых станций под Луганском и о технической невозможности получить из Луганска сведения о телефонных соединениях абонентов.

Защита требовала личного допроса Помазана, заявив, что хочет убедиться в его квалификации. «Так может написать любая тварь», — сказала Савченко, вынудив судью сделать ей замечание. Суд от этого предложения отказался, и адвокат Савченко Марк Фейгин попытался приобщить к делу документы о том, что Помазан никогда не работал в life:) — так, по крайней мере, компания написала в официальном ответе защите подсудимой.

«Этот свидетель нужен обвинению только для того, чтобы опровергнуть данные биллинга мобильного телефона Надежды Савченко, согласно которым она попала в плен раньше, чем начался обстрел, из-за которого погибли журналисты ВГТРК,— пояснил Фейгин и пообещал вернуться к вопросу квалификации Помазана в ходе процесса. Суд в ответ заявил, что справку от сотового оператора защита Савченко получила непроцессуальным путем, а значит, ее нельзя приобщить к уголовному делу. Обрадованный прокурор перешел к демонстрации вещественных доказательств.

Правда, показывать их он изначально собирался только судье — заявив, что если Фейгин или Савченко хотят посмотреть на вещдоки, то они могут сами подойти к столу. «У нас так не принято — что-то под нос себе показывать, — дискутировал с судьей адвокат. — Если вы не хотите показывать защите доказательства, зачем я тут нужен? Может, я тогда поеду?»

Незадолго до этого Фейгин уже попросил судью сократить судебное заседание, чтобы успеть на самолет. Кажется, он очень боялся опоздать и готов был воспользоваться любым шансом уехать пораньше. Судья объявил технический перерыв и попросил приставов поставить еще один стол рядом с «аквариумом», в котором сидит Савченко.

Обвиняемая попросила у судьи заменить прокурора, представляющего доказательства, другим. «Не будет ли это оскорблением? А то голос этого прокурора меня убаюкивает», — сказала она. «Пусть поспит», — кинул судья переводчику. Прокурор, без особого успеха, попытался говорить бодрее.

За время заседания он успел показать только несколько вещдоков, и по каждому из них у защиты возникали вопросы. Были представлены карта местности в районе Луганска, якобы принадлежавшая Надежде Савченко, листы с записанными телефонными номерами и брелок с флешкой, который обвиняемая купила во время военной командировке в Ирак. Савченко настаивает, что большая часть представленных документов не ее, — в частности, она не знает, чей почерк на листочках, а карта на чистом листе бумаге «явно никогда не была в бою».

Карту следствию передал свидетель — глава самопровозглашенной республики ЛНР Игорь Плотницкий. «Я хочу напомнить, что это вещественное доказательство собрано ненадлежащим образом. То, что свидетель Плотницкий передал эту карту, не значит, что он получил ее у Савченко. Плюс изъятие на территории другого государства должны были проводить законные органы — то есть прокуратура Украины», — язвил Фейгин. Судья попросил у него в ответ «вернуться к этому вопросу на судебных прениях», еще раз получил напоминание о самолете Фейгина и прервал рассмотрение дела до понедельника.

Свидетель Плотницкий в интервью «Комсомольской правде» пообещал явиться в суд на следующей неделе. Бойцы именно его батальона «Заря» взяли Савченко в плен в июне 2014 года.

Обвинение утверждает, что после этого Плотницкий приказал отпустить Надежду из плена, и она, выйдя на свободу, незаконно проникла на территорию России. Савченко говорит, что из луганские ополченцы передали ее российским спецслужбам.

Кроме незаконного пересечения границы Савченко обвиняется в причастности к гибели сотрудников российского ВГТРК Игоря Корнелюка и Антона Волошина. 17 июня прошлого года они попали под артиллерийский обстрел блокпоста ополченцев ЛНР. Обвинение уверено, что Савченко была корректировщиком огня и видела, что на блокпосту, кроме военных, есть и гражданские лица. Она отрицает эти обвинения и утверждает, что на момент гибели российских журналистов уже была в плену у ополченцев.

util