16 Ноября 2015, 22:33

Суд над Надеждой Савченко: проблемы конференц-связи и законный отдых судьи

Надежда Савченко. Фото: Антон Наумлюк

На заседании 16 ноября допросили двух журналистов российских телеканалов и был обнаружен тайный посетитель — следователь Маньшин

16 ноября донецкий суд допросил двух журналистов российских телеканалов — корреспондента НТВ Александра Токарева и оператора ВГТРК Виктора Денисова. Во время допроса Денисова выяснилось, что следователь по делу Дмитрий Маньшин тайно посещает заседания суда. Это может помешать адвокатам обвиняемой вызвать его в качестве свидетеля и вызывает у защиты вопросы о возможном давлении на свидетелей.

К зданию Донецкого городского суда Ростовской области пришло в два раза больше охранников, чем на прошлой неделе. На проспекте Ленина выстроились люди в камуфляжной форме российских вооруженных сил. Ждали ключевого свидетеля — главу самопровозглашенной ЛНР Игоря Плотницкого. Ранее он пообещал явиться в суд, подчеркнув, что ему «нечего бояться» на допросах. И хотя Плотницкий заявлен на процессе как свидетель со стороны обвинения, ждала его больше защита: адвокаты Савченко настаивают, что для них он ключевой свидетель.

Но заседание началось с допроса корреспондента НТВ Токарева. Свидетель общался с судом через конференц-связь из Басманного суда Москвы. Соединение пришлось устанавливать несколько минут.

— Добрый день, Басманный суд! — сказал судья.

Басманный суд молчал.

— Вы меня слышите? Вы меня слышите, Басманный суд? — уточнил судья.

Связи не было. «Ваша честь, басманное правосудие глухо!» — сухо ответил защитник Савченко Николай Полозов.

Связь все-таки удалось установить. Автор первого российского интервью с Савченко — Токарев стал отвечать на вопросы прокурора. С его слов, о задержании подсудимой он узнал на следующий день после гибели российских журналистов. Тогдашний руководитель ЛНР Валерий Болотов сообщил о столкновении с украинскими войсками, после которого ополченцам удалось взять пленных, в том числе женщину, профессиональную военную, участницу боевых действий в Ираке. Спустя несколько дней свидетелю удалось записать с ней интервью. Токарев заявил, что Савченко чувствовала себя хорошо и претензий не имела.

О претензиях теперь заявила сама Савченко.

— Да что вы, а то, что вы ранения снимали мои, — вы не помните? — спросила она.

Свидетель не помнил. Правда, признал, что видел на её руке ранку: «я не врач, мало ли у кого какие болячки». В ходе дальнейшего допроса выяснилось, что раненую руку Савченко съемочная группа НТВ все-таки сняла, но не стала давать в эфир. Раной это Денисов признавать все равно отказался. «У раненого человека бинты и кровь идет полгода», — заявил он.

На замечание Савченко, что после пулевого ранения кровь перестает течь через полтора-два часа, он ответил только: «Вы шутите! Ну и я не врач, зачем вы мне это рассказываете?»

С точки зрения защиты, рана Савченко доказывает, что она не смогла бы наводить огонь артиллерии с вышки, как утверждает российское следствие. С простреленной рукой сложно куда-то забраться. Также Токарев заявил, что во время интервью Савченко назвала себя артиллерийским наводчиком. Защита попросила зачитать все исходные материалы интервью с ней, зачитала — и этих слов в тексте не оказалось.

После этого суд вызвал на конференц-связь из Басманного суда одного из потерпевших — оператора ВГТРК Виктора Денисова. Он — единственный выживший из российской съемочной группы, погибшей при артобстреле под Луганском в 2014 году. Его допрос привел к настоящему скандалу.

К моменту, когда Денисов стал давать показания, в здание Басманного суда зашел один из защитников Савченко Илья Новиков. Он обнаружил в зале следователя по уголовному делу — Дмитрия Маньшина. Трансляция допроса свидетеля и потерпевшего его не показывала.

Защита в будущем планировала вызвать Маньшина свидетелем и попыталась добиться от судьи, чтобы он был выдворен из зала. Судья отказал.

— Вы полагаете, что следователь не знает, что говорят участники дела? — съязвил судья.

Адвокаты попытались доказать, что по закону свидетели не должны слышать друг друга. Не получилось — обвинение заявило, что Маньшин на процесс еще не вызван, а значит, может на нем присутствовать.

Предположения адвокатов, что следователь мог незримо для суда присутствовать на предыдущих допросах и оказывать давление на свидетелей и потерпевших, судья также не засчитал.

Денисов на протяжении трех часов рассказывал обвинению и защитникам о событиях июня 2014 года в Луганске. По его словам, в день гибели съемочной группы журналисты не стали надевать бронежилеты и накидки с надписью «Пресса», планируя снять «гуманитарный сюжет» в «безопасном месте». Технику безопасности съемочная группа не изучала; как вести себя в зоне боевых действий, знала только в общих чертах.

— Но вам руководство канала хотя бы медикаменты выдало? — уточнила Савченко.

— Мы купили сами. И два жгута, — ответил Денисов.

— А вы пользоваться жгутами умеете? — уточнила Савченко.

— Нет, — ответил Денисов.

— Капец, — сказала Савченко. Кажется, она так и не поверила, что в зону боевых действий можно сознательно направлять неподготовленных людей.

— Но у вас была техническая возможность забрать бронежилеты? — уточнила она о съемках, когда погибла бригада ВГТРК.

— Нет, мы торопились на эфиры, — сказал Денисов.

— Эфиры вас и убили, — сокрушенно сказала подсудимая.

Удаленный допрос потерпевшего продолжался больше трех часов.

В какой-то момент его прервала сотрудница Басманного суда Москвы: вклинившись в трансляцию, она напомнила председателю суда, что в Басманном суде рабочий день — до шести.

Судья быстро свернул допрос потерпевшего. Рассмотрение дела будет продолжено 18 ноября. Защита по-прежнему уверена, что на этой неделе в суде может оказаться Игорь Плотницкий.

Надежда Савченко обвиняется в причастности к гибели съёмочной группы российского российского ВГТРК. 17 июня прошлого года они попали под артиллерийский обстрел блокпоста ополченцев ЛНР. Обвинение уверено, что Савченко была корректировщиком огня и видела, что на блокпосту, кроме военных, есть и гражданские лица. Она отрицает эти обвинения и утверждает, что на момент гибели российских журналистов уже была в плену у ополченцев.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Надежда. Спецпроект Открытой России

util