20 Ноября 2015, 18:16

Екатерина Шульман: «Федеральное собрание лишь напомнило, что оно существует»

Совместное заседание Госдумы РФ и Совета Федерации РФ в Москве. Фото: Анна Исакова / ТАСС

Основной целью «срочного собрания» обеих палат парламента была обычная политическая игра, считает Екатерина Шульман, политолог, доцент Института общественных наук РАНХиГС:

Совместные заседания двух палат парламента, по нашему законодательству, устраивают для выслушивания ежегодного послания президента или его экстренных обращений, как это было в марте 2014 года в связи с присоединением Крыма. То, что было 20 ноября, — это не заседание, а собрание, неформализованное мероприятие.

С самого начала, как об этом было объявлено, стало более-менее ясно, что мероприятие будет, в общем, символическим, поскольку никаких действий в пределах полномочий парламента от него сейчас не требуется. Разрешение на использование войск за пределами России Совет Федерации уже дал, причем в этом разрешении не указано ни временных, ни географических ограничений, в отличие от предыдущего разрешения, которое было дано в марте прошлого года, — там упоминалась Украина. В новом разрешении никаких стран и континентов не указано; это фактически бессрочное разрешение — пока оно не отозвано, как было отозвано предыдущее, президент России как Верховный главнокомандующий может эти полномочия осуществлять. От Федерального собрания больше ничего не требуется.

Никаких радикальных законодательных предложений они внести тоже не могли, потому что у нас антитеррористическое законодательство совершенствуется последние 10 лет. За это время спецслужбы все, что хотели получить, уже получили. Если вы обратите внимание, Сергей Иванов прокомментировал это мероприятие довольно иронически, сказав, что после каждого теракта слышит разговоры об усилении роли спецслужб, а в чем оно должно заключаться — не очень понятно. При всем уважении к парламентариям, сказал он, следовало бы в этом вопросе ориентироваться на мнение специальных ведомств, а не законодателей.

Тут он прав; действительно, в рамках нашей политической системы антитеррористические меры — не дело парламентариев.

Единственное из сказанного, что привлекло хоть какое-то общественное внимание, — это очередное предложение вернуть смертную казнь. Как и во всех предыдущих случаях, это позволило Кремлю немедленно заявить о том, что он против, и на фоне свирепых и кровожадных парламентариев выглядеть гуманно и даже по-европейски.

Это все довольно элементарная, не первый раз разыгрываемая партия. По итогам все остаются довольны: Федеральное собрание показало, что оно существует, что оно тоже причастно к большим разворачивающимся процессам, а Кремль проявил гуманизм, что выгодно на нынешнем этапе наших торгов с Западом.

Что касается возможных новых антитерористических и антиэкстремистских инициатив: в Госдуме каждый день появляется огромное количество законопроектов, и чем ближе к выборам, тем их больше их вносят депутаты. Для них это один из немногих способов привлечь к себе внимание общественности и своего собственного партийного начальства. Я думаю, что могут в очередной раз внести проект поправок в Конституцию о применении смертной казни. Это предложение никогда не пройдет, но даст повод снова оживить тему с «правительством — последним европейцем в России», которое как-то сдерживает зверские порывы депутатов и, расширительно, народа. Вообще теракт — всегда замечательная возможность для спецслужб что-нибудь себе усилить и расширить, но у нас все, что можно, в этой сфере уже сделано. Даже усиление ответственности за пособничество террористам было прописано еще после Беслана («закон о стирке белья»). Можно прогнозировать какие-то точечные ужесточения контроля спецслужб в сфере интернета и СМИ. Возможно. Но это уже не такие принципиальные вещи.

Текст принятого двумя палатами заявления о борьбе с терроризмом опубликовал в своем твиттере депутат Дмитрий Гудков.

util