23 Ноября 2015, 21:00

Суд над Надеждой Савченко: допрос бывшего командующего артиллерией ВДВ

Надежда Савченко.

Надежда. Спецпроект Открытой России

В Донецком городском суде Ростовской области возобновился процесс по делу украинской летчицы Надежды Савченко. На заседании 23 ноября по видеосвязи допросили трех соавторов криминологических экспертиз, предоставленных следствием.

Начали с допроса бывшего начальника артиллерии Воздушно-десантных войск России, генерал-майора в отставке Александра Грехнева. Он руководил артиллерией ВДВ 11 лет — с 1991 по 2002 год. Сначала он об этом умолчал, скромно представившись пенсионером. Прокурорам генерал рассказывал, как готовят корректировщиков артиллерийского огня. Оказалось, что специальных знаний такая работа не требует: «В своей практике мы рядовых и солдат в течение суток подготавливали в условиях определенных боевых действий». С точки зрения ветерана, Савченко с такой работой тоже бы справилась. «Штурман вертолета — хорошо топографический человек», — сказал Грехнев, показав, что отлично помнит военную специальность подсудимой. Эксперт заявил, что артиллерия украинской армии не могла действовать без корректировки, — а самое удобное расположение для корректировщика огня по блокпосту, где погибли российские журналисты, должно было быть в районе Стукаловой Балки, где, по версии следствия, и располагалась Савченко на момент обстрела.

Отвечая на вопросы адвоката Савченко Ильи Новикова, Грехнев признал, что о современном состоянии украинской армии и о событиях на востоке Украины знает преимущественно из телевизора. Правда, заявил, что на его компетенции это никак не сказывается. «Я участвовал во многих конфликтах. Командующий артиллерийским объединением. Пенсионеры — они бывают разные, — заметил генерал. — Я на том свете буду артиллерийское дело помнить».

Несколько вопросов Савченко, начинавшая службу в украинской армии также в ВДВ, задала сама.

— Здравия желаю, товарищ генерал-майор, — обратилась она к эксперту.

— Здравия желаю, — только не знаю вашего звания, — четко ответил эксперт. На экране видеотрансляция стало видно, как Грехнева на время покинула старческая сутулость.

— Вы простите, что я в звании старшего лейтенанта экзаменую генерал-майора, но судят здесь меня, вынуждена задавать вопросы, — продолжила Савченко.

Экзамен генерал выдержал. Артиллерийское дело он, по всей видимости, и правда помнит неплохо. Эксперт свободно сыпал спецификациями военной техники, легко цитировал военные методички, рассказывал о разных стандартах расходования боеприпасов (выяснилось, что в российской армии есть даже норматив траты снарядов при обстреле мирного населения) и на ходу рассчитывал кучность стрельбы батареи и траектории разлета осколков при обстреле. Память подвела его только один раз — когда он отвечал на вопрос Новикова: «Когда следователь допрашивал вас по делу?».

Грехнев ответил, что в октябре. Адвокат огласил письменные показания специалиста; оказалось, что допрашивали его еще весной. Можно предположить, что в октябре следователь напоминал Грехневу материалы дела, чтобы тот не забывал, что говорить на допросе адвокатам.

Следующим экспертом оказался инспектор штаба ВДВ Игорь Ржищев. С ним также говорили об артиллерийском деле — например, о том, могла ли Савченко физически наводить огонь с той вышки связи, на которую указывает следствие.

— На высоте 40 метров диаметр вышки — 30 сантиметров, — зачитал Новиков. — Можно на такой удержаться?

— Зависит от боевой обстановки, — осторожно ответил эксперт.

— Обстановка такая: в зоне прямой видимости — порядка 80 вооруженных противников, — уточнил Новиков.

— Я затрудняюсь ответить на этот вопрос, — грустно вздохнул российский военный.

— Конечно затрудняется такой бред представить, — бросила в сторону Савченко.

По мнению Ильи Новикова, в ходе допроса военные эксперты по больше части подтвердили линию защиты. Осторожно признав, что украинская артиллерия могла атаковать не журналистов, а позиции ополченцев. И что корректировщик для таких целей был особо не нужен. Еще большую поддержку Новиков нашел в показаниях третьего эксперта, сотрудника мобильного оператора МТС. Его экспертизу обвинение использует в качестве доказательства того, что Савченко не была в плену на момент артобстрела.

Защита утверждает, что местоположение украинской военной на момент обстрела можно отследить по ее сотовому телефону. Эксперт говорил, что биллинг может давать сбой, а неправильный монтаж сотовых вышек не дает возможности установить местоположение Савченко. Правда, в ходе допроса выяснилось, что с большой вероятностью установить местонахождение украинской военной все-таки можно, но такой задачи перед экспертами следствие не поставило. Новиков пообещал ходатайствовать перед судом, чтобы в МТС все-таки проверили биллинг.

Эксперт в ответ нашел несколько причин, чтобы в такой экспертизе не участвовать.



Надежда Савченко обвиняется в причастности к гибели съемочной группы российского российского ВГТРК. 17 июня прошлого года они попали под артиллерийский обстрел блокпоста ополченцев ЛНР. Обвинение уверено, что Савченко была корректировщиком огня и видела, что на блокпосту, кроме военных, есть и гражданские лица. Она отрицает эти обвинения и утверждает, что на момент гибели российских журналистов уже была в плену у ополченцев.

util