2 December 2015, 11:12

Al Arabiya: «Иран и Россия: конфетно-букетный период Хаменеи и Путина»

Владимир Путин и Али Хаменеи, 23 ноября 2015 года.

Маджид Рафизаде, президент исследовательского центра «Международный американский совет по проблемам Ближнего Востока», считает, что интересы России и Ирана совпадают по многом, но не во всем

Высший руководитель Ирана Али Хаменеи редко встречается с мировыми лидерами, но в конце ноября он принимал Владимира Путина, который посетил Иран впервые с 2007 года. Российский президент пообщался как с Хаменеи, так и со своим иранским коллегой Хасаном Роухани.

Москва и Тегеран нацелены на сближение. В качестве жеста доброй воли Россия сняла запрет на импорт в Иран высокотехнологичного оборудования ровно в тот день, когда Путин прибыл в Исламскую Республику, захватив с собой древний том рукописного Корана в подарок для Хаменеи. Но возникает вопрос: как долго продлится эта взаимная симпатия?

Общие интересы

Для визита Путина выбран ключевой момент. Обе страны разделяют стремление нейтрализовать влияние США в ближневосточном регионе. Консервативные правители нуждаются друг в друге больше, чем когда бы то ни было.

После роста напряженности между Россией и Западом, а также санкций, наложенных на Москву главным образом из-за аннексии Крыма, Путин желает заново утвердиться в статусе лидера мирового масштаба. Расширение влияния России в регионе вследствие более тесных связей с Ираном может стать рычагом воздействия на Запад для снятия санкций.

Россия и Иран стремятся усилить военное сотрудничество в Сирии, так как интересам обеих стран угрожают «Исламское государство» и другие группировки повстанцев. В то время как Россия сконцентрирована на авиаударах, иранская армия Стражей Исламской революции и их «подопечные» вроде «Хезболлы» могут обеспечить необходимую поддержку «на земле», чтобы выбить боевиков с подконтрольных им территорий.

Из иранской политической элиты Россия отдает предпочтение консерваторам, а не реформистам. Это легко объяснимо: едва ли Хаменеи и лидеры Стражей Исламской революции пойдут на сближение с США, чем они могли бы подорвать глобальное влияние России. В случае с иранскими реформистами гарантировать этого никто не может.

Укрепление связей с Ираном было стержнем путинской внешней политики последних лет. Именно при Путине Мохаммад Хатами стал первым иранским президентом, посетившим Россию со времен победы Исламской революции в 1979 году.

Похороны иранского генерала Мухаммада Али Аллахдади, убитого в ходе израильского удара по Сирии.

Различия

После ядерной сделки между «шестеркой» (в нее входят США, Франция, Великобритания, Германия, Россия, Китай. — Открытая Россия) и Тегераном (15 июля 2015 года страны достигли соглашения по иранской ядерной программе в обмен на отмену санкций против Ирана. — Открытая Россия) отношения между Исламской республикой с одной стороны и Европейским союзом и США с другой постепенно пошли на поправку. Это не могло не вызвать опасений России, что Тегеран склонится в сторону Запада.

Москва, очевидно, пытается соблазнить Иран, предлагая то, от чего очень сложно отказаться.

Путин объявил о готовности России выделить Тегерану кредит в размере 5 млрд. долларов и наращивать экономическое сотрудничество в ряде сфер, включая энергетику и электрификацию железных дорог Ирана. Он также говорил, что Россия возобновит экспорт ядерных технологий, модернизирует тяжеловодный реактор в Араке и вывезет иранский обогащенный уран.

В Кремле беспокоятся, что Запад, подключившись к нефтегазовому сектору Ирана, может уменьшить свою энергетическую зависимость от России. Москва и Тегеран занимают первое и второе место в мире по запасам газа. Исламская Республика стремится укрепить свои позиции на газовом рынке и приветствует партнерство с Западом в этой сфере.

Также улучшение отношений между Ираном и Западом ставит под угрозу российский экспорт в эту ближневосточную страну. Прежде всего — экспорт бензина, за которым Иран может обратиться к бывшим советским республикам на более выгодных для себя условиях. Иран разыгрывает свои карты мудро, стравливая Запад и Россию в борьбе за влияние на Тегеран, и тем самым укрепляет свою региональную гегемонию.

Россия и Иран ожидаемо сближаются, но до определенного предела. Кремль не хочет испортить отношения с другими региональными силами, среди которых вечные противники Исламской Республики — Турция и Израиль (так в тексте статьи. — Открытая Россия). Защищая эти связи, Москва неизбежно создаст преграду между собой и Тегераном.

Но тем не менее идеологическая и геополитическая пропасть между Ираном и США слишком широка, чтобы перемахнуть ее одним махом, поэтому Москва и Тегеран продолжат сближение, опираясь друг на друга. Слишком во многом их региональные интересы совпадают — как и неприязнь к Вашингтону.

Оригинал статьи: Маджид Рафизаде, «Иран и Россия: конфетно-букетный период Хаменеи и Путина», 27 ноября

util