16 Декабря 2015, 14:03

«Хоп-хэй-лала-лэй! Евро стоит сто рублей!» Черный декабрь российской валюты год назад

На фоне продолжающегося падения рубля Открытая Россия вспоминает «черный вторник» 16 декабря 2014 года

Обвал курса рубля в прошлом декабре не был таким уж внезапным. С начала 2014 года национальная валюта постепенно теряла позиции. Если 1 января 2014 года доллар на российской бирже торговался по 32,66 рубля, то к марту он подорожал почти на 15% — до 37 рублей. К середине лета российская валюта стабилизировалась, но со второй половины июля начала снова обесцениваться.

Причин было немало. Санкции в отношении России, резкое падение престижа страны на международной арене после аннексии Крыма, фактическое исключение из «Большой восьмерки». Война на Украине, в развязывании которой многие на Западе винили и продолжают винить российское руководство. Наконец, уничтожение пассажирского «Боинга» в небе над Донецкой областью Украины (то есть самопровозглашенной Донецкой народной республикой) тоже не сыграло в пользу России и ее нацвалюты.

Но все же главной причиной обвала рубля стало падение спроса и цен на нефть. В какой-то степени судьбу «черного вторника» предопределило решение стран ОПЕК, принятое 25 ноября 2014 года: не снижать объемы добычи, даже если цена на нефть упадет до 40 долларов за баррель. За последнюю неделю ноября рубль потерял 15% по отношению к доллару.

В пятницу 12 декабря торги на московской бирже закрылись с курсами 58,18 рублей за доллар и 72,28 — за евро. А следующий понедельник 15 декабря стал днем, который к вечеру назвали «черным»: рубль потерял порядка 9%, и евро с долларом подскочили до 78,87 и 64,45 рублей.

Но на следующий день «черный понедельник» показался серым, а титул самого темного дня российской валюты с 1999 года принял на себя вторник, 16 декабря. ЦБ РФ на экстренном полуночном совещании решил повысить ключевую ставку по кредитованию с 10,5% до 17%. Мера, которая должна была бы предотвратить падение рубля, сыграла в обратную сторону. Курсы евро и доллара достигли отметки в 100,74 рублей за евро и 80,1 за доллар. При этом для рядовых граждан, которые следили за вывесками обменников, цифры были еще хуже. Началась паника.


Андрей Мовчан

Экономист, финансовый менеджер, директор программы «Экономическая политика» Московского центра Карнеги:

— До 15 декабря 2014 года события развивались в абсолютно понятном режиме. Когда нефть пошла вниз и все агенты поняли, что падение продолжится, то началась спекулятивная игра на валюте. Люди накредитовались рублями и стали покупать доллары просто для того, чтобы получить краткосрочный доход. Это делали физические лица, банки, конечно же, занимались этим активно и многие компании.

Голландская болезнь и дорогой рубль

Вообще, шел досаточно естественный процесс. Рубль должен был упасть несколько сильнее, чем ему положено было, а потом восстановиться до равновесных значений по отношению к доллару. В долгосрочной перспективе это и произошло, но паники избежать не удалось.

До своего падения в прошлом году рубль достаточно долго игрался на уровне намного выше своей настоящей цены. Этим он был обязан только подпиткой в виде потока нефтедолларов. Это называется голландской болезнью: когда у государственной экономики есть стабильный и освоенный доходный сектор, то курс национальной валюты растет, уменьшаются инвестиции, отстают другие сектора экономики. Россия — классический случай этой болезни. Если бы вы пошли к терапевту с такими сиптомами, он бы вам сказал: голландская болезнь, даже нечего обсуждать, не нужно никакого консилиума, диагноз ясен.

Эта болезнь, конечно, вылечилась в связи с падением цен на нефть. К концу 2014 года равновесный курс был в районе 60 рублей за доллар, и только нефть давила вниз. Соотвественно, когда давление нефти уходило, рубль летел и должен был пройти цифру в 70 за доллар, на ней задержаться, вернуться на пятьдесят и потом в рамках рублевой инфляции спокойно продолжить свое падение. И вдруг неожиданно в ночь на вторник 16 декабря в это дело вмешался Центробанк.

Подрыв доверия

В обычной российской манере он вмешался, совершенно не понимая: главное, что нужно рынку в период нестабильности, — доверие. Повышением ставки было разрушено последнее, что на рынке оставалось, — доверие к политике Центрального банка. Реакцией стала паническая скупка долларов. У всех сработало: это очередной 1998 год. У людей появилось объяснимое желание: по любой цене купить доллар, лишь бы быть за пределами этой игры. Именно поэтому примерно полтора дня мы жили в состоянии коллапса.

Но, как ни удивительно, в ЦБ и правительстве осознали свою ошибку.

Вторая половина дня вторника. Собралось правительство вместе с ЦБ. Дмитрий Медведев председательствовал на этом совещании. Во вторник вечером они обнародовали коммюнике, где фактически признали ошибку. Они прямо так не сказали, но это звучало. Сообщили, что больше резких движений не будут делать. Признали, что создали проблему. Обещали более взвешенную политику. Просили воздержаться от спекуляций и вместе помочь рынку. Это заявление — не стандартное «запретить-отнять», а в духе «давайте вместе исправим ситуацию» — моментально сработало. Прекратилось обвальное падение, валюту перестали скупать по любым ценам. Дальше в течение двух месяцев добрались до равновесных значений, к которым мы бы и так пришли.

Если бы ЦБ не вмешался

Думаю, если бы Центробанк спокойно анонсировал, что он повысит ставку, собрал бы днем, а не среди ночи, совещание, которое освещалось бы внятно и открыто, и если бы ставку повысили не в два раза сразу, а на три-четыре пункта и сказали бы, что в ближайшее время она снова будет повышена, потому что этого повышения все равно недостаточно, то конкретно в те дни ситуация была бы иной. Если бы шел процесс взаимодействия с рынком, если бы рынку сказали, что мы повысим ставку, если будет продолжаться подобная скупка валюты, то, возможно, рынок как раз отреагировал бы смягчением ситуации, потому что никто не хотел, чтобы ставка так повысилась. Думаю, мы бы не увидели такой паники. Но в целом ситуация в следующие два месяца была бы такой же, какой она была.

util