17 Января 2016, 20:00

The Washington Post: «Путинская экономика саморазрушения»

Открытая Россия публикует перевод колонки Владислава Иноземцева, написанной для The Washington Post

Чуть больше чем через год после «черного вторника», когда рубль за день потерял четверть своей стоимости, о состоянии российской экономики нельзя ничего сказать точно. За прошедшие двенадцать месяцев ВВП сократился на 3,9%, меньше, чем многие аналитики предсказывали год назад, а правительство умудрилось удержать инфляцию ниже 13%. Но ранние официальные прогнозы, обещавшие подъем в третьем квартале 2015 года, не сбылись, а последующие предсказания, гарантировавшие подъем в 2016 году, тоже выглядят нереалистично. И международные финансовые аналитики, и Минфин РФ согласны с тем, что в текущем году российская экономика не встанет с колен.

МВФ и Всемирный Банк прогнозировали падение на 0,6% в декабре, а российские власти сказали, что ожидали спад в 0,8%. Тем не менее аналитики сходятся на том, что рост экономики вернется в 2017 году. Если это случится, можно будет сказать, что это был еще один обычный экономический спад, вызванный снижающимися ценами на нефть и западными санкциями.

Но если если роста в 2017 не будет, что тогда?

Готов поспорить, что российская экономика чувствует себя еще хуже, чем в 2009 году. Реальные располагаемые доходы серьезно упали, а номинальная зарплата, переведенная в доллары по нынешнему курсу, ниже, чем была в 2005 году. Розничная торговля упала в два раза сильнее, чем в 2009 году. Поступления в федеральный бюджет, также в долларах, сейчас на уровне 2006 года. Средняя стоимость новой квартиры в Москве в рублях упала на 16% по сравнению с 2014 годом, а в долларах — более чем в два раза. Стоимость аренды офисов в Москве и Санкт-Петербурге опустилась до уровня 2002 года. Российская экономика страдает от эффектов понижающихся цен на нефть и увеличивающегося бюрократического давления, не говоря уже о параноидальной внешней политике страны. Оценивая российскую экономику с начала 2000 годов, можно заметить два четко очерченных периода.

Первый длился с 2000 по 2007 год, когда экономика росла примерно на 7% в год, биржа РТС «выстрелила» вверх и средний доход увеличился почти втрое. Налоги уменьшились, международное сотрудничество развивалось. Россия поднялась.

Но за ним пришел второй период, который можно назвать простоем. Между 2008 и 2015 годами среднегодовой прирост был близок к нулю. Утечка капитала выросла. Иностранные инвесторы были маргинализированы. Коньюнктура ухудшилась. Десятки налогов были увеличены или введены новые. Военные затраты увеличились вдвое, когда президент Владимир Путин начал боевые действия в Грузии, Украине и Сирии. Судя по всему, он полностью переместил свое внимание с экономических интересов на геополитику.

Второй период принято разделять на два кризиса и одно восстановление, но гораздо точнее считать его одним длинным периодом без прироста. Как заметил премьер-министр Дмитрий Медведев, Россия еще не успела выйти из одного кризиса, как уже нашла себя в центре другого. С этой точки зрения периоды подъема и простоя выглядят смежными, каждый из них продлился восемь или девять лет. А с российской экономикой, полностью подчиненной политике, которая становится все менее либеральной, шансы на восстановление низки, даже если санкции будут сняты и цены на нефть вернутся в норму.

Россия переживала кризисы и до этого, но ни в 1998, ни в 2008 годах не было такого количества отказов иностранных компаний от инвестиций. Своими «контрсанкциями» против ЕС, напряженными отношениями с Турцией и заявлениями о приоритете вечно меняющихся российских законов перед международными договорами правительство отбивает у отечественных и иностранных инвесторов охоту расширять бизнес. В прошлом году больше двадцати западных корпораций, включая Opel, Adobe Systems и Stockmann, завершили свои отношения с Россией. Около тридцати заводов, которыми владели иностранцы, были закрыты. Количество эмигрантов выросло, по предварительным данным, с 35 тысяч человек в год до более чем 400 тысяч.

Я не вижу, почему что-то должно измениться. Если я прав и российская экономика будет падать в 2016 году так же, как она падала в 2015, это окажется не «еще одним кризисом», а началом продолжительного снижения — чем-то вроде того, что произошло в Венесуэле во второй половине 2000 годов. И в этом случае фаза простоя не превратится в фазу улучшения, а перейдет в падение, которое может продлиться годы, значительно дольше четвертого (или пятого, смотря как считать) срока Путина, который должен начаться в 2018 году.

Основная причина для этого заключается в том, что в 1990-х, и в начале 2000-х годов Россия, насколько бы хаотичной ни выглядела, была страной надежд, и инвесторы были привлечены динамикой и улучшающимися условиями. Все изменилось в 2012 году. Теперь это территория разочарования. Сейчас я рекомендую всем, кто следит за российской экономикой, быть осторожнее. Если роста не будет, это может означать, что страна вступила в фазу экономического самоуничтожения, которое ознаменует третий период правления Путина.

Оригинал статьи: Владислав Иноземцев, «Путинская экономика саморазрушения», The Washington Post, 17 января

util