18 Февраля 2016, 14:51

Экс-главнокомандующий НАТО в Европе: «У нас нет причин просыпаться по ночам от страха перед Россией»

Памятник Ленину и осколки боеприпасов в Первомайске, Украина.

Бывший главнокомандующий объединенными силами НАТО в Европе адмирал Джеймс Ставридис считает, что нужно опасаться не сильной России, а слабой

Каждый год важнейшие фигуры в области международной безопасности съезжаются в Германию на Мюнхенскую конференцию. Форум проводится уже несколько десятилетий, но в этом году в теплый не по сезону уикенд самая впечатляющая речь была о холоде. В ней о временах Холодной войны говорил премьер-министр России Дмитрий Медведев. Многие помнят бывшего президента Медведева, при котором лицо России было более дружелюбным, чем сейчас, при президенте Путине.

Медведев явно прибыл в Мюнхен с миссией представить Западу (Европе, Соединенным Штатам и НАТО) позицию Москвы. В его длинной и несколько бессвязной речи ключевая идея была раздражающей: начинается новая Холодная война, и 2016 год напоминает ему 1962-й (когда он вообще-то еще не родился). Если кому-то нужно напомнить, это был год Карибского кризиса, когда мир оказался на грани ядерной войны. Не самое утешительное воспоминание на конференции по безопасности.

В этом году в Мюнхене многие мои российские друзья и коллеги сразу же прокомментировали: «На самом деле он имеет в виду, что нам нужно быть осторожнее, чтобы дело не кончилось новой Холодной войной». Иными словами, это дружеское предупреждение нам, пока мы продолжаем поддерживать санкции против России за ее вторжение в Украину и вопиюще беззаконную аннексию Крыма. Однако, при всем должном уважении, большинство представителей других стран не услышали в речи Медведева примирительного тона; напротив, ее восприняли как не слишком завуалированную угрозу. Многие услышали в ней крик души определенной части россиян: если все не повернется так, как они хотят (имеется в виду отмена санкций, доминирование Асада в Сирии и демонстрация глубокого уважения к России, которого она так жаждет), то новая Холодная война перейдет в настоящую войну.

Для начала сверим эти заявления с реальностью. Мы не находимся в состоянии Холодной войны. Я достаточно стар, чтобы помнить те времена: тогда в Фульдском коридоре стояли миллионы солдат, готовые атаковать друг друга, два гигантских боевых флота по всему миру охотились друг за другом, как это описано в «Охоте за „Красным октябрем“» Тома Клэнси, а два грандиозных ядерных арсенала находились в полной боевой готовности и в любой момент могли уничтожить весь мир. К счастью, мы не вернулись к этому.

Но будем реалистичны в оценке оглашенного в Мюнхене послания Москвы: российский режим находится под значительным внутренним экономическим давлением, причина которого — сочетание низких нефтяных цен и санкций. Добавим к этому демографический спад, серьезные проблемы россиян с алкоголем и наркотиками, снижение ожиданий, сырьевую зависимость экономики и отсутствие прозрачной демократии, — и получим представление о том, с какими вызовами столкнулась Россия, хотя демографическая ситуация в последнее время несколько улучшилась. Нам не стоит бояться российской силы, но российская слабость опасна, потому что там все еще есть мощная армия, готовность ее применить и более семи тысяч ядерных боеголовок, о которых российские политики часто говорят, напоминая нам об их существовании.

Честно говоря, у нас нет причин просыпаться по ночам от страха перед Россией. Скорее мы, американцы, должны беспокоиться за Европу, где, похоже, центробежные силы неумолимо отталкивают друг от друга наших самых близких союзников в мире. Слабость раздробленного Евросоюза — серьезное геополитическое препятствие для США. Вопрос в следующем: когда ослабевшая Россия пытается запугать мир новой Холодной войной, а в Евросоюзе царят нервозность и дезинтеграция, какой курс будет лучшим для США?

Колонна американской бронетехники Dragoon Ride в Чехии.

Во-первых, мы должны усилить НАТО. Это основа безопасности в Европе, несмотря на все испытания и проблемы. Усиление НАТО означает, кроме всего прочего, вступление в альянс 29-го члена — маленькой, но стремящейся к сотрудничеству Черногории — на варшавском саммите этим летом. Это также означает, что мы в отношениях с нашими европейским партнерам должны настаивать на том, что им необходимо тратить на оборону предусмотренный НАТО минимум в 2% ВВП; сейчас это условие выполняют только пять стран альянса (США перевыполняют его и расходуют 3% ВВП). Нужно поддерживать ротируемые силы НАТО на востоке Европы (не постоянно расквартированные там), энергично отвечать на российские воздушные и морские вторжения на территорию НАТО, проводить реалистичные военные учения, в особенности в балтийском регионе, разместить в Польше воздушно-десантные войска.

Во-вторых, американским политическим лидерам нужно чаще посещать Европу, чтобы поддерживать ощущение сплоченности альянса и успокоить континент, атмосфера на котором стала нервозной после действий России в Грузии, Молдавии и Украине. Ведущих американских военных профессионалов нужно назначить на посты в командовании силами НАТО в Европе. И Вашингтон должен постоянно выражать надежду на то, что Великобритания останется в Евросоюзе: мы хотим, чтобы единая Европа стояла рядом с США в международном мире. Кроме всего прочего, Европа — это полмиллиарда жителей и ВВП больше американского, и мы хотим, чтобы она была нашим последовательным партнером. Это даст успокаивающий эффект и, что еще важнее, удержит Россию от любых будущих авантюр.

В-третьих, мы вместе с нашими европейскими партнерами должны вкладываться в развитие мира высоких информационных технологий. Это не только разработка систем киберзащиты (для чего мы создали центр кибербезопасности НАТО в Эстонии). Нужны совместные частно-государственные меры, чтобы обеспечить должную защиту личной информации при сохранении глобального интернета. Совместная работа США и Европы даст нам намного больший шанс защитить себя и гарантировать широкую доступность интернета при достойном уровне защиты личного пространства.

Наконец, важно поддерживать открытые каналы коммуникации с Кремлем. Разнообразные диалоги, в особенности военных с военными, помогут снизить вероятность непреднамеренного столкновения или какого-либо происшествия в воздухе. Такие лидеры, как госсекретарь Керри и министр иностранных дел Лавров, должны поддерживать контакты на персональном уровне. Нет смысла отступать к временам Холодной войны, которая не выгодна никому.

На Мюнхенской конференции в прошедший уикенд в какой-то момент один из членов российской делегации в растерянности спросил польского министра иностранных дел: «Но где же наша часть Европы?», имея в виду, что практически вся бывшая советская зона влияния стала частью НАТО и Евросоюза. Не задумываясь надолго, польский министр просто ответил: «Ваша часть Европы — это Россия». Никто в НАТО и США не думает о вторжении в Россию; нашим коллегам в Москве стоило бы позволить другим странам Европы самим решать, какой им выбирать курс. Это лучший способ избежать сползания в новую Холодную войну.

Оригинал статьи: Джеймс Ставридис, «Вступаем ли мы в новую Холодную войну?», Foreign Policy, 17 февраля

util