29 February 2016, 09:00

Холодная война вернулась в политику и на экран. Как Голливуд показывает русских

Кадр из фильма «Шпионский мост», 2015

В Лос-Анжелесе раздали «Оскары». Среди номинантов на звание главного фильма года был «Шпионский мост», рассказывающий об одном из эпизодов Холодной войны между СССР и США. В «Марсианине», другом претенденте на главную кинонаграду, наоборот, русским места не нашлось — их роль в космосе заняли китайцы. Кинокритик Геннадий Устиян проследил, как менялись русские персонажи в американских фильмах за последние 25 лет

Холодная война сейчас в моде. В сериале «Американцы», четвертый сезон которого стартует 16 марта, главные герои, советские шпионы, работающие в самом сердце рейгановской Америки, — объемные персонажи, а не опереточные враги и злодеи. В последнем сезоне «Родины» Кэрри Мэтисон вступает в схватку уже с современным российским разведчиком, и он показан соперником, который ее достоин. А в третьем сезоне «Карточного домика» проблемам американского президента с Россией отведена целая сюжетная линия. Вообще, на телевидении интересные русские герои не редкость еще с начала нулевых и «Клана Сопрано»: телевидение в целом гораздо лучше и быстрее, чем киноиндустрия, реагирует на реальность. Но и большой экран иногда подтягивается.

В недавних «Агентах АНКЛ» Гая Ричи советский разведчик Курякин в чем-то даже превосходил своего коллегу и временного союзника из США. А в «Шпионском мосту» Стивена Сбилберга Том Хэнкс поехал в Восточный Берлин, чтобы вызволить из плена сбитого американского летчика, но «Оскар» за лучшую роль второго плана получил Марк Райлэнс, сыгравший советского шпиона.

Только пусть вас экранный интерес к Холодной войне не обманывает. Для американцев советские шпионы — те же «Безумцы», возможность вывернуть наизнанку современную американскую жизнь и сравнить ее с реальностью, в которой жила страна 30–60 лет назад.

Это их «старые песни о главном», а не интерес к другим культурам — к ним американский шоу-бизнес всегда был равнодушен.

Кадр из фильма «Охота за Красным Октябрем», 1990

В 1990-м «Охота за Красным Октябрем» стала хитом проката, заняв шестое место в списке самых прибыльных картин года. В эти докомпьютерные времена зрители ходили на звезд, а Алек Болдуин, можете верить или нет, действительно был кинозвездой, не говоря уж о Шоне Коннери.

В новую страну Россию фильм проник на пиратских видеокассетах. Голливуд вообще завоевал Россию задолго до того, как победу над коммунизмом приписали Рейгану — кстати, бывшему актеру. В нашем сознании Голливуд давно был местом, где снимают «настоящее» кино, а не артхаус, который никто не смотрит, или кооперативную «чернуху», от которой всех тошнит.

Но несмотря на хорошую кассу, только ленивый не пнул «Охоту» за то, что она морально устарела. Том Клэнси сочинил своего героя Джека Райана как менее легкомысленного Джеймса Бонда — героя Холодной войны, всегда готового внедриться на вражескую (то есть советскую) подводную лодку и предотвратить Третью мировую. Кинематографисты, конечно, перестраховались: действие «Охоты» происходило в 1984-м, до начала перестройки.

Но в 1990-м фильм уже смотрелся, как чудом заскочивший в последний вагон шамкающий старичок.

Старомодным выглядело не только противостояние свободного мира и Советов, а картина вообще: через несколько лет на экраны хлынут динозавры и другие компьютерные развлечения, а Алек Болдуин из блокбастеров перейдет в артхаус, на телевидение и роли второго плана.

Кадр из фильма «Игры патриотов», 1992

Голливуд быстро усвоил урок. В следующих двух фильмах о Джеке Райане сменился не только актер (место Болдуина занял Харрисон Форд), но и образ врага. В «Играх патриотов» (1992) Райан борется с предателями внутри самого ЦРУ, а в триквеле «Прямая и явная угроза» — с латиноамериканскими наркодилерами.

После трех фильмов Джек Райан ушел из кино — казалось, что навсегда. Но спустя восемь лет Бен Аффлек сыграл его в «Цене страха». Здесь Россия выступила совсем в другом качестве — не единственного лютого врага, а тихо спящего медведя, которого легко разбудить третьим лицам: террористам, мечтающим поссорить две супердержавы США и Россию, которой правит президент Зорькин (смех в зале).

Тем временем «маленький Шварценеггер» из России Александр Невский поехал покорять Голливуд мускулами, но так никого и не покорил. Зато русские герои в американских фильмах на ближайшую четверть века стали похожими на Александра Невского. К заштампованным мафиози из «Порока на экспорт» (2007) Дэвида Кроненберга добавились продажные политики, олигархи и их глупые жадные спутницы-блондинки, вроде карикатурного Юрия Карпова и его шлюхи Тамары с золотым сердцем из блокбастера «2012».

Попав в Москву в пятом «Крепком орешке» (2013), честный Джон Макклейн (Брюс Уиллис) уже через полчаса стоит на коленях перед безумным бандитом, получившим приказ пристрелить его. Что же делает бандит, вместо того чтобы выполнить приказ? Начинает танцевать перед Джоном Макклейном и его сыном, приговаривая: «Вообще-то я хотел стать танцором, но не получилось».

Кадр из фильма «Крепкий орешек», 2013

Действительно, у здорового российского мужчины есть только два пути в жизни: на сцену Большого или в банду.

Конечно, из этого правила есть исключения. В четвертой части шпионской франшизы «Миссия невыполнима» 2011 года — той самой, где взрывают Кремль, — Владимир Машков гоняется за Томом Крузом, но только потому, что ошибочно считает его виновным. Стоит Крузу убить настоящих плохих парней, как Машков тут же начинает хлопать его по плечу: так бывшие враги объединяются против террористов или всемирного заговора бывших коллег.

В снятых в том же году «Людях Икс: Первый класс» действие опрокинуто в прошлое, а мутанты вписаны в историю Карибского кризиса, где советские военные все же не выпустили ракеты. В обоих случаях, впрочем, СССР или современная Россия Голливуд не интересует: ситуацию всегда спасает американский герой, а русским остается только подыгрывать, не улыбаясь.

Конечно, были и попытки рассказать российскую историю «честно». В 2002-м Кэтрин Бигелоу сняла фильм «К-19» в поджанре «ЧП на подводной лодке» о капитане ядерной советской субмарины Алексее Вострикове (снова Харрисон Форд), который должен спасти и команду, и мир. Но картина с бюджетом в $100 млн провалилась, собрав в Америке всего $35 млн. Если в России ее ругали за историческую неаккуратность и американский кастинг, то в Америке просто никого не заинтересовал сюжет о кучке русских в замкнутом пространстве.

Кадр из фильма «Черное море», 2014

Впрочем, это не остановило шотландского режиссера Кевина Макдональда — полтора года назад он снял драму «Черное море», почти все действие которой происходит на старой советской подводной лодке. «Черное море», наверное, достовернее всего представляет русских международной аудитории: помимо играющего главную роль Джуда Лоу здесь снялись наши актеры двух поколений и школ Константин Хабенский и Григорий Добрыгин. Героя последнего можно назвать максимально приближенным к современному нормальному русскому человеку: он даже хорошо говорит по-английски и ему дают выжить, а не пускают в расход, как остальных. Но, похоже, этот русский герой — вполне нормальный современный человек — на международной киноарене не задержится.

Как будто предчувствуя настроение времени, буквально накануне «Крымнаша», в январе 2014-го на экраны вышел новый «Джек Райан: Теория хаоса» — тот самый герой Холодной войны, с которым мы вроде как распрощались.

Действие большей части фильма происходит в Москве, снова населенной старыми—добрыми коррумпированными чиновниками и бандитами во главе с карикатурным злодеем Черевиным в исполнении Кеннета Браны (он же выступил режиссером фильма). Все, кто смотрел это кино, подтвердят: кажется, на дворе снова 1984-й. Возвращение Райана на экраны (тут его играет Крис Пайн) оказалось самым неуспешным за всю историю существования киногероя. Фильм с бюджетом $60 млн собрал в Америке всего $50 млн, а по миру — $135 млн, то есть вовсе не те суммы, после которых студии радостно одобряют съемки продолжения.

Кадр из фильма «Джек Райан: Теория хаоса», 2014

Каким будет русский герой в Голливуде в ближайшие годы? Скорее всего, никаким.

Ближневосточные террористы — гораздо более актуальные враги, чем русские, а северокорейский диктатор — более комичный персонаж, чем российский президент. Вспомните прошлогоднюю комедию «Интервью» с Джеймсом Франко.

Это в советское время казалось, что весь шоу-бизнес Америки направлен на идеологическое растление Советов. А Голливуд потерял интерес к русским, особенно в последние полтора года, когда из-за падения рубля и платежеспособности зрителей Россия выбыла из списка перспективных рынков. Зато китайский рынок сейчас обгоняет прокат США — поэтому, в том числе, в «Марсианине» мы видим Китай, но не Россию. Голливуд заинтересован только в одной аудитории — молодых американцах и китайцах. А много вы знаете американских или китайских подростков, которые отрываются от своих гаджетов, чтобы поговорить о Холодной войне, ценах на нефть и импортозамещении в России?

util