7 Марта 2016, 11:35

Ультиматум Надежды Савченко

Митинг в поддержку Надежды Савченко в Киеве, 6 марта 2016 года.

Надежда Савченко объявила сухую голодовку. То есть смертельную. Это ультиматум российской власти: или я умру, или отпускайте меня на свободу.

Знает ли Савченко, что Владимир Путин не понимает язык ультиматумов и не поддается на шантаж? Прекрасно знает, мы говорили с ней об этом ровно год назад, когда она сидела в больнице СИЗО «Матросская тишина» в Москве, голодала больше 70 дней. Все, кто видел ее тогда, всерьез волновались за ее жизнь. Тогда была надежда, что получится достучаться до Путина, — это было после освобождения из «Лефортово» Светланы Давыдовой, и казалось, что власть иногда слышит общество.

Год назад

Чуть больше года назад в «Новой газете» было напечатано письмо известных писателей, журналистов, общественных деятелей. Все они просили президента Путина проявить милость к Савченко и изменить ей меру пресечения на любую, не связанную с содержанием под стражей: «В России с давних лет существует великая традиция милосердия. Именно здесь, на нашей земле, трудился немецкий врач, святой доктор Гааз, который отдал все свои силы без остатка на улучшение состояния заключенных в тюрьмах. И сегодня, в память о нем, мы просим Вас проявить к Надежде Савченко личное милосердие, от которого зависит ее жизнь».

Никакого ответа на это письмо его авторы не получили, хотя письмо было отнесено в администрацию президента.

В марте 2015 -ого Савченко прекратила голодовку, чувствовала она себя уже очень плохо. Это была не сухая голодовка, Надежда пила воду, и ей периодически через капельницу что-то вливал, но она здорово похудела, ее тошнило. Ее осматривали немецкие и украинские врачи, констатировали резкое ухудшение здоровья. Прекратить голодовку уговаривали все: адвокаты, сотрудники СИЗО, правозащитники. История умалчивает, кому и как удалось ее тогда уговорить.

То ли пообещали, что после суда освободят, то ли пугали принудительным кормлением, но тогда Савченко голодовку прекратила, передав через адвокатов, что «ей очень худо».

Сейчас совсем другое дело. После сухой голодовки начинают принудительно кормить через десять дней, а то и раньше. Да и то неизвестно, сколько Савченко сможет выдержать, — ее организм очень ослаблен.

Надежда Савченко в Басманном суде, 3 марта 2015 года.

Мужчина ли президент?

«Сухая голодовка Надежды не оставляет никому времени на маневры. Тюремное начальство отвечает за ее жизнь головой, у них наверняка есть план, как поддерживать ее насильно. Надежда говорила, что на этот случай и у нее есть запасной план. Я не знаю, нападет она на охранников или сделает что-то еще столь же отчаянное. С первых дней в СИЗО в июле 2014 она числится на спецучете как склонная к побегу, нападению и суициду. Не то чтобы она уже тогда давала к этому основания, но все, что называется, честно предупреждены. Я пишу об этом так спокойно, потому что все волнения, колебания и уговоры по поводу ее голодовки и возможных последствий — уже пройденный для нас год назад этап. Она все равно сделает все по-своему».

Что она с собой сделает? Что происходит в голове человека, который в отчаянии идет на сухую голодовку и держит ее, несмотря на то, что нет уверенности, что его требования будут исполнены?

6 марта основатель «Рен-ТВ» Ирена Лесневская написала письмо Владимиру Путину с просьбой обменять Надежду Савченко на российских военнослужащих, которых судят на Украине, или амнистировать ее. Лесневская не просит Путина о милости, она взывает «к чему-то человеческому, христианскому, мужскому». Она призывает президента: «Не унижайте Россию, ее мужчин, ее офицеров, у которых еще остались представления о чести! И даже если Вы считаете украинского офицера, защищающего суверенитет своей страны, врагом, уважайте врага! Я тоже считаю Вас своим идейным врагом, но позвольте, по крайней мере, считать президента моей страны мужчиной!»

В интернете собирают подписи под разными петициями об освобождении Савченко.

Есть ли надежда, или мы пишем все эти письма и собираем подписи, чтобы не чувствовать себя соучастниками беспредела власти?

Хорошо известно: Владимир Путин не любит, когда на него давят.

Не слышит он и не реагирует на просьбы о милосердии. И неважно, кто к нему обращается: десятки и тысячи его сограждан — известные, уважаемые, неизвестные — или лидеры западного мира, заморские знаменитости, да хоть бы Господь Бог.

Митинг в поддержку Надежды Савченко в Киеве, 6 марта 2016 года.

За 16 лет было всего несколько случаев когда фигуранты резонансных уголовных дел выходили на свободу «чудесным способом»: Светлана Бахмина, Василий Алексанян, Михаил Ходорковский, Светлана Давыдова. Это все разные истории, и мы доподлинно не знаем, почему эти люди все-таки были освобождены. Но в их защиту были написаны петиции, и тысячи людей просили об их освобождении.

Евангелие для Путина

Мы хорошо знаем другую историю: историю освобождения советских политзаключенных президентом СССР Михаилом Горбачевым.

И она также связана с голодовкой: 8 декабря 1986 года в Чистопольской тюрьме после выхода из многомесячной голодовки (117 дней) умер советский диссидент Анатолий Марченко. Он голодал, требуя освобождения всех политических заключенных. Известно, что, когда в декабре Михаил Горбачев позвонил в Горький академику Андрею Сахарову и предложил ему вернуться в Москву из ссылки, Сахаров рассказал ему о гибели Марченко и попросил освободить всех политзаключенных. Через несколько месяцев Горбачев амнистировал сотни политзаключенных.

Владимир Путин и Ко. — люди из другого теста. Обещания обмена «всех на всех» слышны уже несколько месяцев, но Сенцов и Кольченко идут по этапу, Юрий Солошенко, который еще в декабре 2015 года написал российскому президенту ходатайство о помиловании, отбывает срок в тюремной больнице с подозрением на онкологию, Геннадий Афанасьев не вылезает из карцера, Надежда Савченко начала самоубийственную голодовку.

Что обо всем этом думают в Кремле? Наверное, торгуются. Ведь они маршаны. Они ждут, когда за этот «обменный фонд» предложат хорошую цену.

Путин считает, что проявить милосердие — это значит показать свою слабость. Может, патриарх Кирилл наконец почитает ему Евангелие?

util