8 Марта 2016, 10:00

The Washington Post: «Как объяснить заоблачно высокий рейтинг Путина»

Московский корреспондент The Washington Post Майкл Бирнбаум прошел по московским квартирам вместе с сотрудницей социологической службы и поговорил с ведущими социологами, чтобы понять, откуда в охваченной кризисом стране такое доверие к президенту

У президента России Владимира Путина рейтинг одобрения 83%. Работа Любови Костыри — стучаться в двери, чтобы его отслеживать.

Каждую неделю российские социологические службы отправляют целую армию сотрудников выяснять взгляды жителей всех одиннадцати часовых поясов на Путина, на экономику и тому подобное. И Костыря обходит один дом за другим, чтобы узнать, что думают россияне. Два года назад, в начале геополитического конфликта с Западом, рейтинги Путина взлетели на заоблачную высоту и с тех пор так там и остаются — неделю за неделей, месяц за месяцем.

По заказу Кремля социологические центры недавно выясняли экономические настроения в охваченных кризисом промышленных городах. Провели экспресс-опрос, чтобы проверить отношение к идее отказаться от сделки с Украиной по электричеству (в результате отказа жители Крыма остались в темноте). И пристально следят за реакцией на переговоры о прекращении огня в Сирии.

«Социологический опрос! — говорит Костыря, нажав на кнопку звонка у стальной двери очередной квартиры стандартного двенадцатиэтажного дома советских времен на окраине Москвы. — Могу я задать вам несколько вопросов?»

Всего два года назад в преддверии Сочинской Олимпиады рейтинги Путина резко падали. Лишь 61% жителей страны были довольны тем, как он выполняет свою работу, — результат высокий по западным стандартам, но самый низкий для Путина с тех времен, как он стал президентом. Но когда Путин аннексировал Крым и довел напряженность в отношениях с Западом чуть ли не до уровня Холодной войны, россияне отвлеклись от экономических проблем и решительно поддержали своего лидера.

 Любовь Костыря.

Это привело в замешательство страны Запада и совершенно сбило с толку разрозненных российских оппозиционеров. Некоторые из них считают, что россияне силком напуганы, чтобы честно выражать свою точку зрения при опросах. Другие утверждают, что результатами опроса манипулируют, хотя большинство западных компаний, проводящих опросы, получают сходные результаты.

В социологических центрах говорят, что Кремль проявляет большой интерес к результатам еженедельных опросов и быстро реагирует, если видит проблемы, которые могут представлять угрозу рейтингу Путина. Когда возникали даже мелкие проблемы, Путин начинал популярные военные кампании — в Украине и Сирии.

«Да, Путин внимателен. Он уже пятнадцать лет у власти, но все так же интересуется нашими данными», — говорит Валерий Федоров, гендиректор государственного ВЦИОМа. Оживленная атмосфера в его офисе наводит на мысль, что, даже когда экономика страны сваливается в штопор, бизнес компаний, проводящих мониторинг общественного мнения по заказу Кремля, процветает.

«Как вы поймете, что делать, если вы не можете понять людей?» — говорит Федоров.

В массивном многоквартирном доме длиной почти в два футбольных поля, где Костыря проводит опрос для ВЦИОМа, гости приходят отмечать день рождения с красными розами и бутылками дешевого игристого вина. Подростки тайком целуются в коридоре. Малыши выглядывают из-за ног родителей.

Но многие просто кричат, не открывая дверь.

«Ох, у меня уже болит голова!» — сказала одна женщина, услышав, что опрос будет о политике. За пять часов Костыря обошла 144 квартиры и смогла опросить всего пять человек. В Америке люди соглашаются отвечать куда чаще. Социологическая служба дала журналисту редкую возможность сопровождать одного из сотрудников, проводящих опрос, целый день при условии, что не будут названы имена опрашиваемых и их нельзя будет опознать по каким-то специфическим ответам.

Дверь открывает 62-летняя женщина в домашнем халате с голубыми маргаритками и тапочках. Костыря достает планшет, которым пользуется для записи ответов. Пожилая женщина рада поговорить. «Я смотрю сериалы, — говорит она. — По телевизору кругом война, война и ничего кроме войны». Но она доверяет Путину — только ему, не его окружению. Главная проблема, которая ее занимает, — это цена лекарств. «Пятьсот рублей здесь, пятьсот там, еще триста здесь. Все так дорого!» — говорит она. Пятьсот российских рублей — это около шести с половиной долларов. При ее пенсии в 225 долларов в месяц свести концы с концами нелегко.

Другие говорят, что боятся за будущее: цены растут, а доходы — нет, обычные продукты становятся роскошью. Некоторые скептически отзываются о планах правительства вылечить российскую экономику от нефтяной зависимости. Многие жалуются на местных политиков.

Владимир Путин во время посещения Череповецкого металлургического комбината.

Несколькими этажами выше дверь открывает 70-летний мужчина в толстом сером свитере. Он говорит, что доверяет Путину. «Когда он спит? — спрашивает мужчина о президенте. — Он катается на лыжах. Он ездит на открытия заводов поздравлять рабочих. Он обещает их поддерживать. Он в добром здоровье».

Большинство тех, кого опрашивает костыля, проводят четкую границу между своей поддержкой Путина и отношением к направлению развития России, которое по мере накопления экономических проблем становится резко негативным. Это отражается и на результатах опросов: поддержка Путина уменьшилась лишь чуть-чуть, но всего 45% россиян считают, что страна на правильном пути развития, а в июне таких, по данным «Левада-центра», было 64%.

Аналитики говорят, что после аннексии Крыма для значительной части население Путин стал неприкосновенной фигурой.

«Люди воспринимают его как постоянную составную часть их конструкции мира, — говорит Александр Ослон, президент фонда „Общественное мнение“, еще одной ведущей социологической службы России. — Они не рассматривают его как одного из политических лидеров, которые приходят и уходят». Н н говорит, что если экономические трудности продлят достаточно долго, то даже рейтинг Путина может оказаться уязвимым.

Кремль настолько заботится о рейтингах, что часто заказывает опросы по одной и той же теме нескольким компаниям одновременно, рассказывают социологи. У него также есть и своя собственная социологическая служба, подчиняющаяся ФСО, которая не публикует результаты своих исследований открыто.

Иногда Кремль пользуется результатами опросов, чтобы поддержать проблемные регионы дополнительными ресурсами. Кремль также возвещает о своих высоких рейтингах по государственному телевидению, создавая тем самым петлю обратной связи, чтобы подчеркнуть свою легитимность.

«Это пиар-кампания, в которой вы заранее знаете, какие будут результаты», — говорит Денис Волков, аналитик из Левада-центра.

В стране, где Кремль контролирует эфир, мнениями легко манипулировать, потому что мало кто может противопоставить свое мнение основному потоку. В сентябре, за несколько недель до того, как Путин неожиданно объявил о вступлении России в войну в Сирии, лишь немногие россияне считали «Исламское государство» прямой угрозой. Прошло несколько недель, и после интенсивного муссированная темы на телевидении тх количество выросло до солидного большинства.

Но все, что растет, должно когда-то упасть. Рейтинг многолетнего мэра Москвы Юрия Лужкова обрушился, как только его внезапно отправили в отставку в 2010 году. Критики Путина говорят, что и его популярность пройдет так же быстро.

«Выключите телевизор, и эта популярность исчезнет за два месяца», — сказал Михаил Касьянов, бывший премьер-министр, ныне один из ведущих оппозиционных политиков.

Оригинал статьи: Майкл Бирнбаум, «Как объяснить заоблачно высокий рейтинг Путина», The Washington Post, 6 марта

util