11 Марта 2016, 16:19

Впечатления от Вильнюсского форума

Мне не нравятся издевательские, ерничающие комментарии про «эмигрантский форум» как сборище каких-то центральноевропейских пикейных жилетов — огромная часть людей приехала в эти дни в Вильнюс именно из России. И в Россию же, в свои регионы они сейчас возвращаются — к сотрудникам ЦПЭ и ФСБ, которые в Омсках и Томсках отныне будут с удвоенной энергией «разрабатывать» участников форума.

Активистская Россия встретилась с эмигрантской Россией. Люди общались, заводили новые контакты, обменивались координатами, спорили, шли друг с другом на компромиссы — в этом нет совсем ничего неправильного. Лично я вроде как слежу за происходящим с своей стране, читаю «Медиазону», «ОВД-инфо» и прочие хроники русского ада. И там регулярно вижу новости о том, что очередной Петров или Сидоров покинул Россию, опасаясь преследований за то или за это. Но только приехав в Вильнюс, я не умозрительно, а в живой беспощадной реальности осознал, какое огромное количество умных, достойных русских людей — граждан моей страны — уехали. Это нельзя прочувствовать через фейсбучную ленту, это действительно нужно видеть. Это огромный кусок, ломоть нашей едва начавшей формироваться гражданской русской нации. И сейчас, в 2016 году, следует с прямой и честной грустью говорить о том, что да, впервые с советских времен мы видим новую волну русской политической эмиграции, и она огромная, эта волна.

Говоря об этой эмиграции как о политическом явлении, мы, конечно, не имеем в виду только тех, кто сбежал из-под носа Следственного комитета, спасаясь от наручников и тюрьмы. Мария Строева, участница форума — талантливый журналист, краса и гордость телеканала РБК — уехала два года назад в Чехию, потому что ей невыносимо было жить в густой тьме, окутавшей Россию весной 2014-го. Конечно, она политический эмигрант. Даниил Константинов, на которого формально в России нет сейчас никаких уголовных дел, уехал из страны просто потому, что если бы он не уехал, стропроцентно бы снова сел в тюрьму — и он политический эмигрант, что признают власти Литвы, давшие ему статус беженца. Евгений Киселев, если бы жил в России, не нашел бы работу тележурналиста — потому что такова политическая ситуация в стране. Он политический, а не экономический эмигрант. Альфред Кох, если бы жил в России, сел бы в тюрьму, потому что кое-кого сильно бесит то, что он пишет. Теперь он живет в Европе, в Россию вернуться не может, и он политический эмигрант.


Люди уезжают в Киев, потому что нет никаких сил жить во тьме, все время бояться, да еще платить налоги ради того, чтобы страх креп, а тьма все сгущалась и сгущалась. Люди уезжают в Вильнюс, в Прагу, потому что невыносимо, и не все рождены быть сверхчеловеческими бойцами. Они уезжают из-за политической невыносимости, которая тянет за собой и остальные виды невыносимости. Все эти люди, покинувшие родину из-за политики, — политэмигранты.

Игнорировать это явление невозможно, ничего не пытаться сделать, чтобы русская диаспора стала бы полезна, — глупо. Организаторы форума хотят, чтобы эта диаспора была полезна.

Кстати, помню, как мы с Денисом Билуновым пытались в 2010 году помочь созданию в Киеве русского «Союза политических эмигрантов». В «Союзе» состояли три или четыре затравленные нацбола, уехавшие в Украину, зал на пресс-конференции был пустой, интерес к этой теме — нулевой, и проект загнулся.

И вот сейчас сотни делегатов из десятка стран.

Нам всем нужно общаться, искать пути спасения нашей несчастной родины. Ни в Москве, ни в Питере свободным русским людям в таком количестве спокойно встретиться и поговорить нельзя — чтобы без шакалов из псевдо-СМИ, прокремлевских провокаторов, звонках о заложенной бомбе и автобусов ОМОН.

Нужно еще понимать, что подавляющее большинство критиков форума со стороны оппозиции действительно злы не на форум, а на то, что их не пригласили, не оплатили самолет в оба конца и гостиницу. Если бы пригласили и оплатили, почти все критики форума поехали бы с радостью, выступали бы там на семинарах, улыбались бы Гарри Каспарову и фоткались бы на фоне башни Гедимина. И не было бы никакой критики.

Что касается содержательной части. Я был на почти всех тематических секциях, наиболее интересными мне показались две: «Масс-медиа и журналистика в России» и «Россия после Путина».

Секцию «Россия после Путина» вел Константин Эггерт, и он оказался лучшим модератором форума. Он пытался быть как бы ведущим радиопередачи с большим количеством участников и звонками слушателей в студию. Впрочем, даже назойливому и изощренному Эггерту не удалось вытащить из участников секции (Каспаров, Чичваркин, Илларионов, Кох, Илья Пономарев) ответ на вопрос, каким же конкретным путем может произойти крах путинизма. Наиболее остроумно выкрутился Каспаров, сказав: «Есть две новости: плохая и хорошая. Плохая заключается в том, что мы не знаем, когда произойдет крах режима. Хорошая же новость в том, что Путин тоже этого не знает». Остальные участники даже на такой ответ оказались неспособны, и я не уверен, что их можно за это винить.

Приятно удивил Чичваркин. Эггерт назвал его «мотивирующим спикером» — имелось в виду, что высказывания Чичваркина будут стимулировать и провоцировать традиционную вип-политоту. Чичваркин вполне справился с этой задачей. Вообще, этот огромный ребенок в разноцветных носках был очень нужен и полезен — он с абсолютно детской непосредственностью и свежестью говорил вещи, которые от условного Илларионова звучат как-то вяло и блекло.

«Вот говорят: „Если не Путин, то кто будет?“ Ну, кого выберут на выборах, тот и будет».

«Я власти вообще не хочу никакой. Я торговец. Когда этого режима не будет, я вернусь в Россию и буду торговать. Потому что я это умею: покупаю товар за рубль и продаю за рубль двадцать, и на эти двадцать копеек живу».

«Если и говорить об империи, я хочу чтобы Россия была торговой империей».

Это из свежего Чичваркина.

Много спикеры говорили и всякого ада — признаем, чего уж там. Например, Кох сказал, что после окончания путинского правления России стоит фактически отказаться от части суверенитета, передав контроль над выборами ПАСЕ, а высшие судебные полномочия куда-то в Гаагу. А Илларионов, рассуждая о преодолении путинского неоимперства, упомянул, что нужно вернуть Южную Осетию и Абхазию Грузии. Если про Южную Осетию еще как-то объяснимо, то про возвращение Абхазии — полная загадка. Как эту страну с боеспособной армией кому-то можно вернуть или не вернуть? Разве что воевать там вместо грузин, но за Грузию.

Вместе с тем звучали правильные, нужные слова. О необходимости переучреждения российского государства. О том, что русским как политической нации необходим свой Билль о правах, своя Декларация независимости. О том, что русским нужна новая национальная мечта, которая мотивировала бы не только сидящую в зале публику, но и миллионы других граждан страны.

Еще я очень рад, что наконец увидел своего товарища Даниила Константинова. На своей земле мы с ним встретиться не можем, и это омерзительно. Спасибо организаторам форума за то, что приблизили нашу встречу.

А вообще нам, русским, нужно держать равнение на украинцев и хорватов, которые сумели сделать свои политизированные диаспоры одним из полезных инструментов борьбы против тоталитарного угнетения.

util