21 Марта 2016, 16:03

The Times: Уход Путина из Сирии кажется хитростью, чтобы поднять цены на нефть

Редактор отдела энергетики The Times Робин Паньямента предлагает экономическое объяснение неожиданного решения России вывести войска из Сирии

Совпадение? Возможно. Однако на прошлой неделе, когда российские самолеты начали покидать базу в Сирии, трудно было не заподозрить, что за словами Владимира Путина «миссия выполнена» стоит что-то большее.

Нефтяная геополитика всегда была делом исключительно темным. Однако нет ничего странного в рассуждениях о том, что неожиданное решение России сократить военную помощь президенту Асаду может быть отчасти связано с другой приоритетной для России внешнеполитической темой — ее продолжающимся сотрудничеством с Саудовской Аравией и другими государствами Персидского залива с целью поднять цены на нефть.

Пока это сотрудничество приносит значительный успех. После того как в январе цена сырой нефти упала до $27 за баррель, самого низкого уровня за двенадцать лет, к прошлой неделе она выросла на 48% и достигла $40 — впервые c декабря.

Этот уровень очень далек от тех цен, которые были год или два назад, но он уже помог России поправить ее шаткое финансовое положение. Страна, 50% бюджета которой составляют доходы от нефти и газа, а доля их в экспорте страны достигает 70%, столкнулась с самой долгой за два десятилетия рецессией, старт которой дали падение цен на сырье и жесткие санкции, введенные из-за событий в Украине.

Предназначенный для покрытия дефицита бюджета Резервный фонд России, в котором год назад было $88 млрд, с тех пор уменьшился примерно вдвое. Если сохранится существующая тенденция, в 2017 году он будет опустошен.

В следующем месяце представители России проведут в Дохе переговоры о замораживании объемов добычи нефти со своими партнерами из Саудовской Аравии и Катара, которые категорически возражали против действий России в Сирии.

Резервный фонд России (в млрд. долларов).

Несколько недель назад пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков сказал, что интервенция в Сирии и нефть — не связанные друг с другом вопросы, но сомнительно, что Саудовская Аравия и ее союзники в регионе согласны с таким подходом. Эр-Рияд всегда рассматривал свою возможность контролировать цены на нефть как самое мощное политическое оружие в своем арсенале и редко выпускал ее из рук.

Так или иначе, сейчас, когда Москва вывела из Сирии часть своих сил, у переговоров о замораживании объемов добычи нефти, более высокий шанс на успех.

Первоначальная договоренность, о которой объявили в прошлом месяце, может оказаться первым шагом на пути к более широкому соглашению, в которое включится большее количество производителей. Россия и Саудовская Аравия, вместе взятые, добывают около 21 млн. баррелей в день — более 1/5 мировой добычи, составляющей 93 млн. баррелей.

Встреча в Дохе 17 апреля может закончиться созданием более широкой коалиции, включающей пятнадцать стран, как входящих, так и не входящих в ОПЕК. По словам министра нефти Катара, эти страны добывают около 73% мирового объема нефти.

Замораживание объемов добычи будет иметь смысл только в том случае, если выполнение соглашения можно будет контролировать, — вечная проблема таких соглашений, особенно в отсутствие механизма эффективного контроля. Но в ситуации, когда добыча нефти в США сокращается приблизительно до 600 тыс. баррелей в день, а производители сланцевой нефти разоряются, договоренность создает обстановку, благоприятствующую поддержанию уровня цен во второй половине этого года.

Все это может проясниться очень быстро, особенно, если соглашение будет достигнуто вне формальных каналов ОПЕК — организации, в которую Россия не входит.

Иран, член ОПЕК, отказался участвовать в соглашении, вместо этого сфокусировавшись на наращивании добычи, чтобы получить выгоду от снятия санкций, которые были введены из-за иранской ядерной программы.

Ирония в том, что если в результате саудовско-российского соглашения удастся поднять цены на нефть, у тех и у других появятся дополнительные средства для финансирования своих союзников в сирийском конфликте.

Так что если сейчас Россия выводит оттуда свои силы, она, возможно, лишь пережидает несколько месяцев перед следующим нападением, которое будет лучше финансироваться.

Оригинал статьи: Робин Паньямента, «Уход Путина из Сирии — хитрость, чтобы поднять цены на нефть», The Times, 21 марта

util