26 March 2016, 10:28

The Times: «Путин создал Жанну д’Арк XXI века»

Британский писатель и историк Бен Макинтайр в колонке в The Times сравнивает суды над двумя народными героинями — Жанной д’Арк и Надеждой Савченко

Владимир Путин проявил уникальное по нынешнем временам мастерство в искусстве исторической реставрации. Он взял в плен молодую коротко стриженную женщину-воина, устроил над ней суд, признал виновной — и сделал ее мученицей, героиней и мощнейшим символом для тех, кого он объявил своими врагами.

Путин сам создал украинскую Жанну д’Арк.

Больше 500 лет разделяют Надежду Савченко, украинскую военнослужащую, осужденную на этой неделе российским судом на 22 года заключения в колонии, и французскую святую XV века, сожженную на костре англичанами во время Столетней войны. Но параллели между Орлеанской девой и военной летчицей, плененной в Донбассе, разительны и опасны для Кремля.

Обе — и Жанна, и Надежда — стали военными символами национального освобождения. Обе превратили суд в политическую трибуну и судили своих преследователей. Обе стали жертвами сексистских предубеждений — из-за того, что осмелились надеть мужскую военную форму и сражаться в войне мужчин. И обеих почти моментально признали своего рода святыми; обе так подняли боевой дух своих соотечественников, что враги не могли себе этого и представить и вынуждены были об этом пожалеть.

Савченко, 34-летняя десантница (так в статье; на самом деле — штурман вертолета армейской авиации. — Открытая Россия), в 2014 году была взята в плен пророссийскими мятежниками на востоке Украины, доставлена в Россию и предана суду по обвинению в корректировании артиллерийского огня, в результате чего погибли двое российских журналистов. Она воевала против сепаратистов как волонтер.

Девушка с короткой стрижкой, постоянно бросавшая вызов своим тюремщикам, мгновенно стала в Украине народной героиней. В своем последнем слове на суде Савченко сказала: «Я не признаю ни вины, ни приговора, ни российского суда. <...> Я хочу, чтобы весь демократический цивилизованный мир понял, что Россия — это страна третьего мира с тоталитарным режимом и диктатором-самодуром». Сказав это, она вскочила на скамью и показала судьям средний палец.

Не осталось никаких свидетельств о том, сделала ли что-то подобное Жанна д’Арк. Но она тоже не позволила суду себя запугать после того, как тоже была взята в плен и передана врагам их союзниками — в ее случае бургундцами. Жанна отвечала на обвинения в колдовстве и ереси с такой силой духа, что, по словам одного свидетеля, «те, кто ее допрашивал, окаменели». Жанна с гордостью признала, что несла знамя во время битвы, но заявляла, что никого не убила.

В обоих случаях пол и внешность сыграли немалую роль. Волосы Жанны, коротко остриженные во время военных действий и позже, в тюрьме, стали поводом для жаркого теологического диспута о том, следует ли на основании того, что она носила мужское платье и доспехи, обвинять ее в ереси. Савченко же стала объектом того, что журналист BBC охарактеризовал как «жестокие, иногда сексистские намеки»; одна российская газета назвала ее «машиной-убийцей в юбке».

Но самая важная черта сходства между двумя процессами — это то, что оба они закончились судом над обвинителями с их законами и моралью.

Через 25 лет после того, как Жанну сожгли, новый процесс установил, что обвинение в ереси было ложным и продиктованным политической местью. Ее судили английские священники и их союзники, процесс устроили на деньги английского правительства, а председателем был епископ, не имевший должной законной власти. Жанне не позволили вызвать в суд «священников с французской стороны» как свидетелей, у нее даже не было защитника. Протокол суда сразу же после окончания процесса был подделан. В 1456 году повторный процесс признал Жанну невиновной; ее признали мученицей, блаженной и в конце концов канонизировали.

Похожий, хотя и гражданский процесс происходит сейчас в Украине, где Савченко стала иконой, символом противостояния российскому империализму, поднимающим национальную гордость. Ее сторонники говорят, что российский суд отказался принять важнейшие свидетельства, представленные защитой, — данные о местонахождении ее мобильного телефона и видеозаписи, сделанные самими мятежниками, где они подтверждали, что Савченко была уже в плену, когда произошел обстрел, в котором ее обвинили. Ее осудили также по смехотворному обвинению в незаконном переходе российской границы под видом беженки.

В отличие от Жанны д’Арк, у Савченко были адвокаты; один из них резко отозвался о возможности справедливого суда: «Ее дело определенно решается в Кремле Путиным и его окружением». Британия и США осудили процесс, либералы в России устраивали акции в поддержку Надежды.

И теперь в руках у Путина самая настоящая, известная всему миру живая мученица, из-за которой во всем мире критикуют российские суды. Находясь в плену, Савченко была избрана в Верховную раду и стала делегатом Парламентской ассамблеи Совета Европы. В прошлом году ей присвоили звание Героя Украины. Она уже выдержала несколько голодовок и готова снова начать голодать.

Савченко в тюрьме — это бельмо на глазу у России. Если ее освободят (скорее всего, в обмен на российских пленных), она может оказаться еще большей проблемой для Кремля. Она вернется в Украину как символ сопротивления и одна из немногих фигур, способных объединить раздробленные политические силы в стране.

Слова Жанны, адресованные епископу, председательствовавшему на показательном процессе в Руане, могут теперь стать наваждением для президента Путина: «Ты говоришь, что ты мой судья. Я не знаю, кто ты, но берегись судить меня неправедно, ибо сам будешь в великой опасности».

Оригинал статьи: Бен Макинтайр, «Путин создал Жанну д’Арк XXI века», The Times, 25 марта

util