1 April 2016, 09:00

The Moscow Times: «Ящики для нежеланных детей. Противоречивый проект, разделивший Россию»

Первый на Урале бэби-бокс, где можно анонимно оставить нежеланного младенца при храме Святителя Иннокентия Московского, 2014 год.

Пользу или вред приносят бэби-боксы, где можно анонимно оставить нежеланного младенца? Почему разделились мнения не только чиновников, но и волонтеров, помогающих матерям, попавшим в беду? Об этом статья Дарьи Литвиновой в The Moscow Times

Нина (это не настоящее ее имя) была в отчаянии, когда открыла дверцу бэби-бокса и положила туда своего годовалого сына. Несколько месяцев назад муж бросил ее и исчез в неизвестном направлении. У нее не было постоянной работы и даже маленьких накоплений. Из квартиры ее выгнали коллекторы, которые бросали камни в окна и подожгли входную дверь.

У нее не было выбора. «Мне надо было где-то на время оставить сына, чтобы снова встать на ноги, — говорит она. — Я искала приюты, какие-то государственные организации, что угодно, но ничего не нашла. И тогда я натолкнулась на бэби-боксы».

Сейчас в двенадцати регионах России есть девятнадцать действующих бэби-боксов. Это устройства типа инкубаторов, в которых родители могут оставить нежеланного новорожденного — анонимно и без нежелательных последствий с точки зрения закона. Первые бэби-боксы открыл в 2011 году благотворительный фонд «Колыбель надежды» из Пермского края.

Все устроено так, чтобы поместить ребенка в бэби-бокс было легко и безопасно. Боксы расположены в медицинских учреждениях. Родители открывают бокс и кладут туда ребенка. Через тридцать секунд дверца бокса закрывается, а медицинский персонал получает сигнал, чтобы забрать ребенка. Через шесть месяцев ребенка отдают на усыновление, но до этого момента родственники имеют право передумать и забрать ребенка, пройдя ДНК-тест.

Нина, которой тогда было двадцать два года, рассказывает, что она знала, что сможет в течение полугода вернуть себе сына, но все равно была в ужасном состоянии. «Когда я оставила его, я месяц без перерыва плакала», — говорит она.

В милости и в немилости

Государство до сих пор не решило, как относиться к бэби-боксам. В некоторых регионах власти согласны с теми, кто поддерживает идею, потому что это спасает жизни и предотвращает детоубийство. В других регионах власти согласны с их оппонентами, которые настаивают, что бэби-боксы побуждают женщин бросать детей — страшный грех в нынешней России с ее культом «традиционных семейных ценностей».

Кое-где, как, например, в Москве и Краснодарском крае, местные власти запустили свои собственные программы. В других местах программы парализованы многочисленными проверками.

Недавно ареной противостояния стал российский парламент. В декабре 2015 года несколько членов Совета федерации внесли в Госдуму законопроект о легитимизации и финансировании программы бэби-боксов. Через три месяца, не дожидаясь обсуждения законопроекта, уполномоченный по правам ребенка Павел Астахов направил в Госдуму запрос об отклонении законопроекта. «Здесь нет легких решений, и меньше всего помогут контейнеры, в которые анонимно подбрасывают детей, — сказали The Moscow Times в пресс-службе Астахова. — Бэби-боксы никак не ставятся с коренными причинами проблемы».

Младенцы в мусорных ящиках

«Я не понимаю, откуда они берут такие аргументы, — говорит Вадим Тюльпанов, один из сенаторов, внесших законопроект. — Астахов утверждает, что бэби-боксы побуждают многих женщин бросать детей, но на самом деле этого нет — за пять лет в них оставили всего сорок семь детей. Кроме того, женщина легко может оставить своего ребенка в больнице сразу же после родов».

«При этом спасение сорока семи жизней говорит само за себя», — сказал Тюльпанов.

По словам законодателя, «многие губернаторы хотят, чтобы у них были бэби-боксы», но боятся устанавливать их из-за того, что у них нет определенного законного статуса. В прошедшие несколько лет региональные власти запускали программы бэби-боксов на свой страх и риск. Принятие закона решит эту проблему, но очень вероятно, что на депутатов повлияет получившее широкую огласку вмешательство Астахова, говорит Тюльпанов.

С ним согласна основательница фонда «Колыбель надежды» Елена Котова. «Если бэби-боксы спасут хотя бы одну жизнь, значит, они полезны, — говорит она. — Каждый день приносит кошмарные новости: в мусорных ящиках находят мертвых младенцев, женщин арестуют за то, что они забили своих детей до смерти, или задушили их, или заморозили в холодильниках».

В последнее время российские газеты нередко писали о таких случаях. 25 марта в московском парке нашли тело младенца, завернутое в одеяло и засунутое в коробку из-под обуви. За несколько дней до этого полиция нашла другой крошечный труп — на этот раз в мусорном контейнере на кладбище в Ивановской области.

На той же неделе в Челябинске осудили женщину, убившую своего новорожденного ребенка ножницами. За неделю до этого в Нижнем Новгороде арестовали родителей, утопивших новорожденного в ванне и выбросивших тело в лесу.

По официальной статистике российских правоохранительных органов, с 2011 по 2104 год было убито 538 новорожденных.

Котова изучала некоторые из этих случаев. Большинство матерей-убийц, как она говорит, — это «обычные женщины, как вы и я, и у некоторых из них даже были другие дети».

Как считает Котова, бэби-боксы дают результат на двух уровнях. Они не только спасают детей от смерти, но и дают им шанс воссоединиться с родителями, если те передумают. Ее фонд уже помог семи матерям вернуть детей.

Вот один из недавних случаев. Молодая мусульманка тайно родила дочь и принесла ее в бэби-бокс, боясь, что ее покарают религиозные родственники. Но через два дня она вернулась за дочерью.

«Можете представить себе, что было бы, если бы она бросила ребенка, скажем, на улице? — спрашивает Котова. — Бэби-бокс дал ей возможность выплакаться, на следующее утро поделиться секретом с родственницей и одуматься. Но если бы она оставила младенца не в бэби-боксе, а где-то еще, девочка не выжила бы».

Наконец, бэби-боксы позволяют матерям остаться анонимными. Когда новорожденного оставляют в больнице, считается, что анонимность соблюдают, но на самом деле это не так. Матерей заставляют подписывать документ об отказе от родительских прав и указывать там полное имя и адрес.

Проблемы

Есть те, кто считает, что, когда сосредотачивают внимание на бэби-боксах, уходят от настоящей проблемы. Часто все дело в психическом состоянии, говорит Любовь Ерофеева, гинеколог, эксперт по планированию семьи и глава неправительственной организации «Народонаселение и развитие». «Они убивают не потому, что им негде оставить детей, они убивают просто потому, что хотят убить», — сказала The Moscow Times Ерофеева.

Вещи детей, которых родители оставили в бэби-боксе.

Властям, по ее мнению, нужно не пытаться легализовать бэби-боксы, а сконцентрироваться на предотвращении нежелательной беременности. «Создать программы предупреждения нежелательной беременности, пропагандировать контроль рождаемости, бесплатно раздавать противозачаточные средства наиболее уязвимым группам, — говорит Ерофеева. — Но властям всегда нравятся простые решения, и бэби-боксы — именно такое решение».

Ерофеева говорит, что ее также беспокоит полная анонимность, которую дают бэби-боксы: «А что, если младенец, которого оставили в бэби-боксе, был похищен? Что, если против него совершено какое-то другое преступление? Никто никогда не узнает».

В сентябре 2015 года одна женщина из Ставрополя оставила в бэби-боксе внука без ведома его родителей. Она решила, что растить еще одного ребенка — слишком дорого для ее дочери.

Некоторых волонтеров интересует, находятся ли сами матери в здравом рассудке, когда решают оставить своих младенцев в анонимных боксах. «Перед тем как оставить ребенка, мать всегда переживает сильнейший кризис, и бэби-бокс не может с этим кризисом справиться, — говорит президент благотворительного фонда „Волонтеры в помощь детям-сиротам“ Елена Альшанская. — Пластиковая коробка решает лишь один аспект критической ситуации, но трудности, которые заставили женщину бросить своего ребенка, никуда не уходят».

Женщины, которые пользуются бэби-боксами, часто принимают жизненно важное решение сами, не посоветовавшись с психологами и специалистами по планированию семьи. «Мы ничего не знаем о такой женщине. А что, если у нее депрессия? Что, если через месяц она повесится? — спрашивает Альшанская. — Вместо бэби-боксов нам надо заняться созданием консультаций для женщин, попавших в беду».

Аварийный выход

Альшанская ссылается на отчеты Комитета ООН по правам ребенка, который постоянно рекомендует отказаться от бэби-боксов в тех немногих европейских странах, где они есть, — в Чехии, Латвии, Германии и России. Ерофеева говорит то же самое: по ее словам, европейские страны отказываются от этой практики и перемещают внимание на коренные причины проблемы, прежде всего на предотвращение нежелательной беременности.

Но Котова из «Колыбели надежды» говорит, что люди неправильно поняли, какую роль играют бэби-боксы. «Конечно же, они не решают главную проблему, но я не могу понять, почему все думают, что они для этого предназначены, — говорит она. — Это аварийный, пожарный выход для тех, кто падает в бездну».

Фонд Котовой, работающий в Пермском крае, в 1400 км к востоку от Москвы, уже помог местным властям открыть кризисный центр для женщин, попавших в беду.

Именно там теперь живет Нина, отчаявшаяся вернуться к нормальному уровню жизни. Меньше чем через месяц после того как она оставила годовалого ребенка в бэби-боксе в Московской области, Нина решила вернуть его и связалась с Котовой.

«Вы не поверите, как Елена мне помогла! — говорит она. — Она дала мне работу в фонде, и через несколько дней мы получим разрешение на ДНК-тест».

Нина счастлива — скоро она воссоединится с сыном. «Для таких женщин, как я, которые не знают, что делать в трудной ситуации, бэби-боксы — это благословение», — говорит она.

Оригинал статьи: Дарья Литвинова, «Ящики для нежеланных детей: противоречивый проект, разделивший Россию», The Moscow Times, 31 марта

util