27 Апреля 2016, 16:16

Леон Арон: «Очередной „разрядки“ между Россией и Западом ждать не стоит»

Открытая Россия публикует основные тезисы интервью, которое Ольга Хвостунова взяла у директора российских исследований Американского института предпринимательства Леона Арона. Полностью интервью читайте на сайте Института современной России


О «новой холодной войне»

Это, конечно, не холодная война в классическом смысле. Главное отличие нынешней ситуации от противостояния с Западом советской России — это отсутствие метаидеологии. В Советском Союзе считали, что в мире идет глобальная война до победного конца, а его идеология подходила любой стране — от Афганистана до Никарагуа.

О сущности противостояния России и Запада

Сегодня сложилась некая ситуация, традиционно наблюдавшаяся в XIX веке, когда по всему миру шла борьба за колонии, за место под солнцем. Россия сегодня предстает в роли ревизионистской державы, которая считает, что ее обделили, ограбили, что ее не уважали и не уважают до сих пор. Поэтому ей нужно доказать, что она великая держава, с которой необходимо считаться, и ей необходимо восстановить потерянные позиции.

Ключевая проблема в том, что сегодня борьба идет не за колонии. Ситуация гораздо сложнее: движущими силами нового российского ревизионизма, нового миссионерства, если хотите, являются очень серьезные внутриполитические императивы режима Путина.

О факторах, которые определили антизападную позицию России

Во-первых, это вторжение США в Ирак, шокировавшее многих российских аналитиков: мы, мол, сделали дружественные жесты в адрес США, а они, даже не проконсультировавшись с нами, вторглись в страну, где у России традиционные интересы и связи.

Во-вторых, противостояние Западу стало частью выверенной технологии — режиму понадобился враг. Нужно было показать, что Россия недовольна событиями в мире и прежде всего серией «цветных революций». Главная проблема в том, что руководители России действительно верили и продолжают верить, что это все было «серое влияние» Запада, заговор ЦРУ и спецслужб США. Якобы сами по себе люди не могут желать демократии, человеческого достоинства и политических свобод.

И третий фактор — это проблемы экономической модели. Режим оказался перед выбором: или начать серьезные реформы, или придумать способ оправдать существование нынешней модели.

О кремлевской идеологии

У Путина, безусловно, есть свое кредо. Во-первых, Путин явно следует идеям своего любимого философа Ивана Ильина, когда говорит, что Запад никогда не признает сильную суверенную Россию и всегда будет пытаться ее подорвать.

Второй момент: не забывайте слова Путина о том, что крушение Советского Союза — это главная геополитическая катастрофа XX века.

Третий момент: Путин считает, что только недоумки и предатели могут начинать либеральные реформы в России, поскольку это ведет к разрушению государства. Поэтому задача руководителя России, задача настоящего патриота заключается в том, чтобы собрать хотя бы какие-то активы — геополитические, экономические, социальные, — утерянные во время коллапса Советского Союза. Я в свое время назвал это «доктриной Путина».

О том, почему Запад неправильно понимает Россию

Сильных идеологий на Западе нет, политики делают то, что нужно для народа. Обо всем можно договориться, всех можно убедить. Поэтому Западу очень трудно понять Советский Союз. Ему сложно осознать, что есть вот такая глобальная идея-миссия, из-за которой люди готовы идти на бой и умирать. Похожие сложности с пониманием Путина. Своему кредо он действительно верен, он глубоко верит в то, что враждебность Запада вечна, поэтому Россию нужно защищать и давать Западу отпор.

О «миссии Путина»

Можно иметь миссию и в то же время не забывать о своем кармане. Симптомом этого миссионерства является отождествление страны и «я». Мне в свое время пришлось прочесть немало мемуаров разных диктаторов, и из них становится понятно, что как бы они ни были коррумпированы, но и Каддафи, и Саддам Хуссейн, и Кастро (я уже не говорю о Гитлере и Муссолини) действительно верили, что им судьбой или богом дана миссия — сделать свою страну великой. Вспомните слова замглавы администрации президента Володина о том, что без Путина нет России. На мой взгляд, было бы близоруко и небезопасно считать, что все это пропаганда, а внутри Кремля никто не верит в эту миссию. Наоборот, она является движущей силой режима.

О том, как Западу вести себя по отношению к России

Я считаю, что единственный реальный способ перевести политику режима в менее опасное, менее агрессивное русло — это повысить внутриполитическую цену его внешней политики.

Запад может, например, усилить санкции. Чисто экономически это не будет самым эффективным решением. Но оно создаст определенные трудности. Да, сами по себе эти проблеме не катастрофичны, но мы не знаем, как они могут преломиться политически.

Также Запад может усилить давление на Асада и тем самым поставить Россию перед выбором: либо сдать его, либо нарастить свое военное присутствие в Сирии, чтобы защитить Асада. Но и то, и другое грозит потерями и рисками в отношении политической поддержки режима внутри России.

Общий принцип стратегии Запада — заставлять режим делать неприятный выбор. И, кстати, нет никаких гарантий, что режим сделает правильный, с точки зрения Запада, выбор. Всегда существует риск, что режим выберет не только более агрессивную внешнюю политику, но и больший террор внутри страны.

О Дональде Трампе и его пророссийских заявлениях

На месте Кремля я не стал бы особо обольщаться заявлениями Трампа, потому что с его стороны это просто риторика. Часто Трамп говорит явно непродуманные вещи. Его кампания построена на шоковых элементах, цель которых — получить free media, бесплатное освещение в СМИ. Он часто делает шокирующие заявления, которые СМИ обожают. Поэтому кто знает, действительно он считает Путина «сильным лидером» или нет.

О перспективах американо-российских отношений после президентских выборов 2018 года

У меня нет никаких сомнений, что не только в 2018, но и в последующие годы Путин останется у власти. В России сейчас пожизненный президент. Теперь что касается стратегии. Начиная с установления дипломатических отношений между СССР и США в 1933 году, все без исключения американские президенты пытались превратить Россию в либеральную демократию. Это их «голубая мечта», главный приз во внешней политике.

Поэтому новый президент США совершенно точно попробует наладить отношения с Россией. Вопрос в том, как режим это воспримет. На мой взгляд, такая попытка будет абсолютно напрасной, поскольку просвета в российской экономике не видно и внутриполитический императив режима — держаться за политику «осажденной крепости» — сохранится. Поэтому очередной «разрядки» ждать не стоит.


Полный текст интервью читайте на сайте Института современной России

util