4 Мая 2016, 15:11

The New York Times: Пикалево как экономический кошмар Кремля в миниатюре

Корреспондент The New York Times Эндрю Хиггинс побывал в городе Пикалево, где Путин когда-то легко и непринужденно решил проблемы местных рабочих, и обнаружил, что теперь положение стало безвыходным


Переговорный зал на заводе в Пикалеве, где российский лидер Владимир Путин устроил одному из богатейших магнатов страны выволочку перед камерами гостелевидения, превратился в объект почитания, священное место, где Путин указал простым людям путь выхода из экономических бед и вылечил рабочих от спазма начинавшихся беспорядков. «Все это случилось здесь. Вот тут он решил судьбу нашего завода», — говорит менеджер масштабного завода Сергей Ляхов, гордо показывая мне аккуратный конференц-зал на третьем этаже. Это произошло около семи лет назад, когда Путин был премьер-министром. Сейчас экономические бедствия, избавление от которых Путин превратил в большое шоу, только усилились, и связаны они теперь со значительно более трудноразрешимыми проблемами, чем «банальная жадность» магнатов, которых Путин обвинил в беспорядках в Пикалеве в 2009 году.

Пикалево, город в трех часах езды к востоку от Санкт-Петербурга, и вся остальная Россия сейчас вязнут в рецессии — самой долгой за все время с прихода Путина к власти в конце 1999 года. В прошлом месяце Всемирный банк предупредил, что за чертой бедности оказалось 14,2% населения: рост благосостояния почти за десятилетие сведен на нет.

Нынешний кризис в России, основными причинами которого стали рыночные силы, не подконтрольные Кремлю, в частности, падение цен на нефть и газ, загнал Путина в угол. Годами он получал выгоду от экономического бума, который тоже имел весьма отдаленное отношение к его действиям, и создавал себе имидж могущественного лидера, способного развязывать самые сложные экономические и политические узлы, но теперь столкнулся с кризисом, который обнажил абсолютные пределы его власти и доблести. Недавний поворот в динамике нефтяных цен породил в Кремле надежду, что самый страшный порыв экономической бури для России уже позади, но это сделало очевидным, насколько судьба Путина зависит от таких непредсказуемых и неконтролируемых внешних факторов, как котировки энергоносителей или экономические санкции, установленные Европой и Америкой.

К примеру, власть Путина не распространяется на поток шлама, который сейчас бесполезно стекает в переполняющуюся яму. Шлам — побочный продукт производства алюминия на крупнейшем заводе в Пикалеве, его использовали для производства цемента на соседнем заводе. Но этот завод, столкнувшись с сокращением спроса из-за российской рецессии, сократил производство и закупает теперь только 20% (или еще меньше) коричневой грязи.

На территории завода «БазэлЦемент-Пикалево».

Не распространяется власть Путина и на единственный в Пикалеве отель, безвкусную гостиницу в советском стиле, где персоналу, состоящему исключительно из женщин среднего возраста, недавно объявили, что их услуги больше не нужны, а у владельца — алюминиевого завода — другие, неопределенные планы относительно места их работы.

Власть Путина не смогла защитить даже одного из самых пылких его местных поклонников, мэра города Дмитрия Николаева, который 19 апреля был отстранен от должности на фоне расследования уголовного дела о взятках, в которое вовлечены алюминиевый завод и строительная компания.

Как у лидера крупнейшей страны в мире, ядерной державы, стремящейся утвердиться на глобальной арене, у Путина есть куда более тревожащие его проблемы, чем многочисленные беды города Пикалево. Но за шестнадцать лет у власти — в качестве президента и премьер-министра — Путин создал себе имидж всезнающего и вездесущего лидера, который готов лично решать даже самые микроскопические проблемы страны. «Он полностью отвечает за все, что происходит в России, — считает Максим Волков, директор завода в Пикалеве, на котором в 2009 году побывал Путин, крупнейшего из трех взаимозависимых, но со времен распада СССР принадлежащих разным частным владельцам заводов. — Это очень хорошо, но в то же время и очень плохо».

Восхваляя Путина как «жесткого и эффективного» лидера, который покончил с дрейфом и распадом времен Бориса Ельцина, Волков говорит, что концентрация власти в Кремле сделала президента «ответственным за всех тех идиотов, которые работают под его началом» и за разрешение всех конфликтов и проблем в стране — не важно, насколько мелких. «Государство просто не может разрешать каждый спор в стране», — отмечает он.

На «Прямой линии», показанной в прошлом месяце по госканалу, Путин изображал всепоглощающий интерес к заботам простых людей. Но отвечая на шедшие потоком вопросы об экономике, он отбросил свой обычный развязный тон, зная, что в этом году ожидается дальнейшее сокращение ее объема — вместо роста, который он предсказывал на аналогичном шоу год назад. Президент сказал, что экономике трудно нащупать дно, а на вопрос о том, какая сейчас полоса в жизни России — черная или белая, — ответил: «Серая».

По мнению работницы-ветерана из Пикалева Нины Сусловой, оттенок полосы ближе к черному. Недавно ей сообщили, что ее рабочие обязанности будут разделены между тремя людьми, а это значит, что она будет работать лишь несколько часов в день, а ее зарплата резко сократится. «Нам нужно есть. Нам нужно платить по счетам. Теперь мы можем думать только о выживании, а не о будущем», — говорила Суслова, когда пришла к представителю своего профсоюза с просьбой о помощи.

Такие маневры с целью снижения себестоимости, в результате которых рабочие не могут официально считаться безработными, но их доходы в некоторых случаях снижаются почти до нуля, становятся все более популярны среди российских предпринимателей, пострадавших от экономического спада. Но они очень непопулярны среди населения, привыкшего за годы путинского правления к росту зарплат. «Им не нравится слово „сокращение“, они предпочитают говорить об оптимизации рабочих мест», — объясняет Елена Петрова, представитель профсоюза на цементном заводе, где работает Суслова. Стены ее кабинета украшены портретами Путина.

Похоже, экономический спад уже наносит ущерб позиции Путина или, по меньшей мере, доверию к его политике: восторги по поводу его внешнеполитических авантюр идут на убыль, и россиян все больше волнуют вопросы собственного кошелька. Меньше половины опрошенных «Левада-центром» в этом году считают, что страна движется «в правильном направлении», а прошлым летом таких было 64%.

На территории завода «БазэлЦемент-Пикалево».

Но все равно Путин остается очень популярным: 73% опрошенных в марте сказали, что они доверяют президенту. Год назад таких было 83%, но это по-прежнему намного больше, чем может набрать любой западный лидер. Нина Суслова, разочарованная работница, сказала, что всегда голосовала за Путина, приветствовала его визит в Пикалево в 2009 году как возможность спасения и верила, что при Путине ее жизнь будет стабильно улучшаться. Но теперь она говорит, что поняла: «Один человек не может сделать все».

В течение шестнадцати лет Кремль при помощи телевидения, изображавшего президента как святого, говорил россиянам и в немалой степени убедил их, что в случае с их лидером один человек может сделать практически все и везде.

Его визит в Пикалево в 2009 году помогал создавать такой имидж. Тогда решение проблемы было относительно простым: три отдельных частных владельца некогда единой промышленной системы не могли договориться о ценах продукции, которую они поставляли друг другу и которая каждому из них была необходима для продолжения работы. Из-за недостатка жизненно важного сырья они приостановили производство, оставив рабочих без работы, а 22 тысячи жителей Пикалева — без отопления и горячей воды. Рассерженные пикалевцы в знак протеста блокировали проходящую поблизости федеральную трассу.

В июне 2009 года за считанные минуты во время показанной по телевидению встречи с владельцами, включая алюминиевого магната Олега Дерипаску, которому принадлежит крупнейший из трех заводов, Путин все исправил. Сравнив владельцев с тараканами, он обвинил их в том, что они «сделали заложниками своих амбиций, непрофессионализма и, возможно, просто жадности тысячи людей. Это абсолютно недопустимо».

Владельцы, опасаясь потерять активы, быстро прекратили конфликт. За кулисами Кремль надавил на «Газпром», чтобы тот снизил цену на энергию для пикалевских заводов, и на принадлежащие государству банки, чтобы они обеспечили предприятия дешевыми кредитами. Алюминиевый завод Олега Дерипаски, оказавшийся в центре этих проблем, сейчас производит свою основную продукцию — химическое соединение, из которого выплавляют алюминий, — а также снабжает весь город горячей водой и поставляет соседнему цементному заводу шлам, который тому больше не нужен.

Недавно на цементном заводе функционировала только одна из шести печей. Руководители завода, принадлежащего российской группе «Евроцемент», отказались от интервью. Директор алюминиевого завода Волков сказал, что устаревшее оборудование цементного завода и сократившийся спрос на его продукцию не оставляют никакой надежды на восстановление. «Решения нет, — считает он. — Даже если они будут получать материалы бесплатно, они останутся неконкурентоспособными».

Светлана Антропова профсоюзный лидер из Пикалева.

Пикалево — это весь нынешний кошмар Кремля в миниатюре: при низких глобальных ценах на энергию и западных санкциях из-за украинского конфликта, лишающих Россию перспектив на восстановление, экономика уперлась в стену.

Она просто не может конкурировать с Китаем, США или даже европейскими странами, которые российские государственные СМИ изображают как деградирующие, пережившие свои лучшие времена. Простые и популярные средства, которыми Кремль раньше пользовался для оживления экономики или хотя бы для успокоения публики, полностью исчерпаны.

Однако пока не видно признаков того, что россияне готовы выйти на улицы в знак протеста или встать под знамена разобщенной оппозиции. Профсоюзный лидер из Пикалева Светлана Антропова, в 2009 году участвовавшая в организации блокирования трассы, проклинает, как она говорит, «пытки», которым подвергают пикалевских рабочих, но говорит, что не видит смысла в уличном протесте, а вместо этого подала множество исков по поводу предполагаемых нарушений Трудового кодекса. Она также вышла из партии «Единая Россия». Антропова говорит, что недавно ей позвонил коллега по профсоюзу из Москвы и спросил о возможности организации в Пикалеве ячейки прозападной либеральной партии «Яблоко», критически относящейся к Кремлю. Она ответила ему, что не стоит и пытаться.

На вопрос о том, кто виноват в экономических бедах России, она пожала плечами и ответила: «Мировой рыноr? Китайцы? Европейцы? Честно говоря, я не знаю». Все, что она, по ее словам, точно знает, — это то, что простые люди страдают.


Оригинал статьи: Эндрю Хиггинс,
«Экономические бедствия России показывают, где пределы власти Путина», The New York Times, 2 мая

util