5 Мая 2016, 09:00

European Council on Foreign Relations: «Испания против российской клептократии»

Король Испании Хуан Карлос и Владимир Путин в Кремле.

Марк Галеотти считает, что процессы против российских чиновников, связанных с криминалом, будут по-настоящему эффективны, если эти кампании будут не разрозненными, а скоординированными на уровне Евросоюза


Солнечная и некогда снисходительная страна, облюбованная российскими гангстерами, ищущими пристанища, бизнес-возможностей и загара, Испания становится все более амбициозной и агрессивной в своем расследовании деятельности двух сетей организованной преступности и в процессе начинает замахиваться на российскую клептократическую систему.

2 мая Испания наконец публично объявила, что еще в январе судья запросил международные ордеры на арест нескольких высокопоставленных российских чиновников, подозреваемых в участии в деятельности организованной преступной группы.

Это важный эпизод более широкой борьбы с переплетением бизнеса, политики и преступности в России, от которого страдает не только она сама, но и другие страны. Но в то же время это вызывает беспокойство в связи со сложностями использования национального законодательства в международных и даже политических целях: что происходит, когда слишком общие формулировки начинают определять политику, и как инициативы, призванные поддержать власть закона, могут сыграть на руку тем, кто пытается ее ограничить.

Нынешнее дело — часть юридического процесса, продолжающего два крупных полицейских расследования: операцию «Ависпа» (2005–2007) и операцию «Тройка» (2008–2009), — сосредоточенные на элементах двух взаимосвязанных российских организованных преступных группировок: «Тамбовской» и «Малышевской». Поначалу объектами расследования были фигуры, рассматриваемые как главари банд: в частности, Геннадий Петров, которого часто называют лидером петербургской «Тамбовской» группировки, но, вероятно, правильнее считать его просто одним из самых заметных людей в этой сложно устроенной, имеющей множество подразделений группе.

В 2008 году Петров был арестован, но затем освобожден. Он уехал в Россию, где, по всей видимости, продолжает свою деловую активность. Здесь мы сталкиваемся с одной из первых сложностей в этом деле: кто такой Петров — гангстер или бизнесмен? И почему это так важно?

В любом случае испанское расследование становится все шире и шире.

В петиции, поданной в Центральный суд прокурорами Хуаном Каррау и Хосе Гриндой в мае 2015 года, упоминается целый ряд российских чиновников и политиков, подозреваемых в связях с криминальными группировками: от бывшего министра обороны Анатолия Сердюкова и бывшего премьер-министра Виктора Зубкова до действующего вице-премьера Дмитрия Козака.

Виктор Зубков.

Несмотря на сообщения некоторых СМИ, несколько перестаравшихся, обвинения против этих фигур высшего уровня официально не выдвинуты. Но и список тех, против кого они выдвинуты, весьма впечатляет. В него входят замдиректора ФСКН Николай Аулов, депутат Госдумы Владислав Резник и бывший зампред Следственного комитета Игорь Соболевский.

Согласно материалам дела, все эти люди были тесно связаны с организованной преступностью, либо активно участвуя в преступлениях, либо оказывая преступникам покровительство и облегчая их деятельность. К примеру, Аулова обвиняют в том, что он пользовался своим положением в правоохранительных органах, чтобы запугивать тех, кто представлял потенциальную угрозу для Петрова, а Резника — в том, что он за деньги и недвижимость способствовал назначению своих клиентов на должности в правительстве.

Пока эти обвинения не будут рассмотрены судом, узнать правду невозможно, а если учесть, что Россия своих граждан не выдает — это запрещено Конституцией, — а Испания не проводит судебных заседаний в отсутствие обвиняемых, вряд ли это случится скоро. Впрочем, какими бы ни были факты в этих конкретных случаях, можно не сомневаться, что в путинской России дела делаются именно так. Криминальные главари одновременно являются влиятельными бизнесменами, и обычно у них есть партнеры среди чиновников и политиков. Более того, обычно они остаются безнаказанными. Это политическая система, которая борется с преступностью на улицах, но не замечает ее в советах директоров и министерствах.

Испанские суды, осознанно или нет, включаются в дерзкую кампанию, пользуясь расследованием совершенных в их стране преступлений, чтобы начать борьбу против криминализации российской политики.

С одной стороны, это важная инициатива, достойная восхищения. Если что-то случится, Запад будут критиковать за снисходительность к шалостям российских клептократов, особенно, если они отмывают свои деньги через правильные банки, покупают правильную недвижимость и нанимают правильных адвокатов. Получая выгоду от глобализации и относительно свободного перемещения людей и денег, российские владельцы грязных состояний вскоре поймут, что эти же обстоятельства связывают их и делают уязвимыми перед властью закона.

Но есть и некоторые основания для беспокойства. Прежде всего, само понятие «организованной преступности» становится все более бессмысленным при расширительном применении. С точки зрения ответственности за совершенные им преступления, совершенно не важно, кем считать Петрова: «гангстером» или «бизнесменом», — но это очень важно для понимания его отношений с другими. Должно ли всякое коррупционное деяние, совершенное гражданином России на территории России, быть предметом рассмотрения в испанском суде, если это связано с человеком, находившимся в тот момент в Испании? Если это так, то любой из российской элиты окажется через вторые или третьи руки с этим связан, и в конечном счете на него будет выписан ордер на арест.

Коррупция, раздача привилегий, расхищение собственности и фаворитизм в России не единичны — это часть клептократической системы правления, через которую Владимир Путин контролирует элиту.

Александр Бастрыкин и председатель Счетной палаты РФ Татьяна Голикова.

Учитывая это, нельзя не задуматься: такие кампании, начинающиеся как применение закона, не должны ли в результате намеренно или ненамеренно превратиться в международные кампании, нацеленные на смену режима?

В конечном счете, это вечная российская претензия, которой недавно придала дополнительный вес обширная статья путинского главного инквизитора Александра Бастрыкина, под чьим началом до недавнего времени служил Соболевский. Это почти манифест авторитарной и изоляционистской политики, отчасти продиктованный тем, что международное право, по мнению Бастрыкина, превращается в орудие «гибридной войны», развязанной против России.

Хотите или нет, но каждый раз, когда западные правительства или фонды финансируют российские организации, борющиеся с коррупцией, обеспечивающие независимое наблюдение на выборах или разоблачающие предвзятость СМИ, они атакуют устои существующей политической системы.

Когда западное государство пытается привлечь к суду чиновников за их связи с представителями криминального бизнеса, что, честно говоря, в России нормально, оно косвенным образом подключается к «гибридной войне» и играет на руку таким, как Бастрыкин.

Из этого, разумеется, не следует, что испанские или любые другие суды не должны расследовать дела вне зависимости от того, куда они ведут, и преследовать подозреваемых преступников по всей строгости закона. В любом случае это, вероятно, один из самых эффективных инструментов, доступных Западу, если он хочет способствовать очищению российской политической системы.

Но если так, то пусть политику не определяют отдельные судьи и магистраты, отдельные дела в отдельных странах. Пусть такие вопросы обсуждаются на национальном и евросоюзовском уровнях, а решения принимаются на более широком фундаменте. Это поможет избежать обычной проблемы, когда ужесточение контроля в одной стране провоцирует сомнительную активность в другой, более снисходительной. Кроме того, это покажет элите, которая мотивирована не путинским видением возрождающейся России, а качеством своей собственной жизни, что ей не удастся отхватить и съесть свой кусок пирога. Эти люди не смогут пользоваться одновременно свободой воровства в России и защитой закона в Европе. Они считают себя «европейцами», но не верят, что Евросоюз — действительно сообщество, основанное на общих ценностях. Это хороший способ показать им — и самим себе, — как они заблуждаются.

Оригинал статьи: Марк Галеотти, «Испания против российской клептократии», European Council on Foreign Relations, 4 мая

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Дело «русской мафии» в Испании. Полный текст обвинительного заключения

Испанское дело. Избранные места из переговоров участников

Литвиненко, Путин, Тамбовская ОПГ и дело испанской мафии

util