8 Июня 2016, 09:00

Об офшорной дружбе «танкистов» и чекистов. Как «Роснефть» купила долю в ТНК-BP

Бывший советник газового блока ТНК-ВР Илья Заславский — о самой крупной в истории России офшорной сделке последних лет


На фоне опубликования «панамских бумаг» изначально комичная многолетняя болтовня Путина о необходимости деофшоризации российской экономики выглядит вдвойне смешной. Однако в контексте офшорных афер еще смешнее то, что Путина легко поймать на развешивании лапши населению на эту тему через простой поиск видеоклипов с нашего ТВ. Спасибо «Вестям» и Russia Today, что сохраняете все эти улики!


Дело в том, что по какой-то непонятной мне причине большинство аналитиков упустили из вида самую большую офшорную сделку в истории России. Многие говорят про схемы с Ролдугиным, про аферы, обогатившие Кирилла Шамалова и прочих родственников и друзей, но почему-то проводка на $28 млрд кэшем по продаже российской доли в ТНК-BP «Роснефти» весной 2013 года осталась вне серьезного анализа. На мой взгляд, это большое упущение. Задумайтесь, что такое 28 «ярдов» в свете, например, бюджета на российскую медицину и образование (вместе взятые — около $6 млрд).

Англо-американская компания British Petroleum с 2003 года владела 50% акций ОАО «ТНК-ВР Менеджмент», вторая половина принадлежала консорциуму AAR («Альфа-Групп» Михаила Фридмана, Германа Хана и Петра Авена, Access Industries Леонида Блаватника и группа компаний «Ренова» Виктора Вексельберга). Российских акционеров ТНК также часто называли «танкистами».

Итак, давайте восстановим события хронологически через общедоступные онлайн видео. В июле 2012 года прошла первая новость о том, что «Роснефть» готова выкупить 50-процентную долю BP в ТНК-BP, при этом Михаил Фридман, участник консорциума акционеров ААР, сделал встречное предложение в $10 млрд за половину доли BP (то есть оценил всю компанию в $40 млрд):



Но после корпоративного рейдерства со стороны «танкистов» и чекистов в 2008-2009 годах британцы почему-то не горели желанием оставаться в одной компании с ААР, и сама «Роснефть», а точнее лично Путин с Сечиным, пришли к тому, что надо выкупить обе 50-процентные доли — и BP, и ААР. Обе сделки были проведены одновременно в конце 2012-го — начале 2013-го, но с юридической точки зрения осуществлялись отдельно, независимо друг от друга.

Британцев выкупили за $27,5 млрд, но из них заплатили наличными лишь $17 млрд, из которых $4 млрд ушло тут же обратно на покупку акций «Роснефти», остальная сумма была также учтена взаимным обменом акций «Роснефти» и BP. Кто-то резонно спросит, почему «Роснефть» переплатила BP, если вся компания никогда не оценивалась серьезными аналитиками больше $40-45 млрд, и, значит, половина не должна была стоить больше $20-22,5 млрд? Ну тут есть хотя бы какое-то разумное коммерческое обоснование: часть выплат происходила сомнительными в далекой перспективе акциями «Роснефти», BP — это мировой бренд, англичане обещали новые технологии и обмен опытом и кадрами. Кремлю было выгодно получить такого стратегического партнера, даже если за это российскому государству в лице главного акционера «Роснефти» надо было переплатить.

Однако с какой радости российские акционеры ААР получили $28 млрд «наликом», непонятно было никому вменяемому и в сам момент сделки в 2012-м, и сейчас. Что такого полезного принесли «танкисты» для государства или «Роснефти», что им надо было переплачивать, как верно подметил «Коммерсантъ», 40-60%, то есть, по моим подсчетам, около $8-10 млрд? Думаю, только они сами да Путин с Сечиным знают.

И вот в октябре 2012-го канал Russia Today радостно отрапортавал, что сделка заключена, и приглашенный аналитик из «Газпромбанка» сказал, что справедливая оценка компании несколько выше рыночной капитилизации в $40 млрд, и перечислил ряд активов — долю в «Славнефти», НПЗ в Украине, международные лицензии, — которые должны быть включены в общую стоимость.

По моим подсчетам, даже с учетом этих активов максимальная справедливая цена должна была быть $45, ну, если быть крайне щедрым, — $48 млрд, но никак не $55-61 млрд, которые «Роснефть» в результате заплатила. Разница в конечной сумме произошла из-за того, что после официальной сделки в октябре 2012-го «Роснефть» еще в 2016 году доплачивала набежавшие проценты на не полностью оплаченную сумму сделки в 2013-м. Простите, что вгрызаюсь в эту арифметику! Это же так скучно: ну подумаешь, Сечин разбазарил несколько лишних миллиардов, мы к этому привыкли... Просто, если даже округлять все в пользу Путина и Сечина, все равно получается, что эти нефтяники-гэбисты переплатили своим дружкам-олигархам по самому скромному счету больше, чем отпущено на все российское образование и медицину за год.

Владимир Путин и Игорь Сечин (справа).

Но никого в Кремле в конце 2012 года не смущала ни сама общая сумма сделки с ААР, ни тот факт, что она была проведена через офшоры. Даже бывший топ-менеджер ТНК-БП Марат Атнашев открытым текстом сказал, что «слияние ТНК-ВР и ’’Роснефти’’ выгодно всем, кроме экономики России», но все спокойно это воспринимали.

Вывод из всего этого, похоже, напрашивается сам собой: российские налогоплательщики привыкли, что у них могут среди бела дня без внятных причин, не стыдясь, забрать миллиарды долларов.

Несмотря на обширную критику (есть много еще ссылок с критикой), без всякого публичного обсуждения, Путин лично, как сообщает Reuters, проконтролировал и одобрил сделку во время ночной сессии с адвокатами и банкирами в Ново-Огарево.

Несколько недель спустя, в послании Федеральному собранию в декабре 2012-го, Путин на голубом глазу призвал в очередной раз провести деофширизацию экономики! Как будто это кто-то другой, а не он накануне одобрил прокачку через офшоры десятков миллиардов своим давно знакомым олигархам. И вот тут наступает важный и смешной момент: во время помпезной пресс-конференции с журналистами Путина конкретно спрашивают: мол, вы нам тут про деофшоризацию рассказываете, а у вас в ААР 28 миллиардов ушло, это, мол, не страшно? Полюбуйтесь, какую пургу Путин несет в ответ про то, что процесс должен быть аккуратным и цивилизованным, как уходит от ответа про конкретную сумму и сделку.

И вот наступает момент завершения сделки в марте 2013 года. Путин, просто как начищенный чайник, реально светится от счастья, довольно объясняет британцам, как им повезло с новым партнером «Роснефтью». Диктор бодро утверждает, что доходы госкомпании существенно возрастут. Сечин говорит, что сделка проведена по самым высоким международным стандартам, Путин кивает. В отдельном интервью в это же время Сечин хвалит «Роснефть» за прозрачность своих сделок.

Но самый апофеоз в стиле «плюнь в глаза — божья роса» наступил всего восемь месяцев спустя, в момент очередного послания в конце 2013 года. Нефтяные цены просели, но и без них было ясно, что покупка «Роснефти» — это огромный удар по бюджету госкомпании, а значит, и по федеральному бюджету. Путин снова говорит о необходимости деофшоризации (так, как будто эта тема поднята первый раз) и, ни больше ни меньше, приводит пример покупки ТНК-BP через офшоры как чего-то очень негативного, — правда, почему-то называя сумму сделки в $50 млрд и делая акцент не на переплате, а на проводке через офшоры.

А кто это все лично одобрил, спрашивается? И Путин как бы намекает: оказывается, это из-за олигархов, несознательных российских граждан, любящих, — в отличие от него, — офшоры, с чем теперь соглашается и «Первый канал».

И вот уже диктор (на 3:30 мин.) с северокорейской чеканкой в голосе бодро рассказывает в середине репортажа «Вестей», что «крупнейшую сделку, как выясняется, провели в офшорах, на Кипре, Карибах и в Европе», и если бы сделка по ТНК-BP прошла не через офшоры, то, оказывается, можно было бы лишь на одни налоги от нее построить высокоскоростную дорогу Москва—Казань. Вот бы познакомить ее с тем журналистом из 2012 года, который спрашивал Путина про 28 «ярдов» на конференции, вдруг у нас бы теперь была эта чудесная дорога!

После послания Сечин оправдывался, что некоторые сделки действительно проходят через офшоры «по настоянию партнеров», но при этом сама «Роснефть не намерена работать в офшорах». Ну, правильно: уже «поработала».

С тех пор вся объединенная «Роснефть» стала стоить меньше, чем то, что она потратила на покупку ТНК-BP, хотя Сечин и обещал молочные берега и капитализацию в $120 млрд. Но с нефтяным чекистом ничего плохого не случилось. В прошлом году он сказал, что не жалеет о покупке ТНК-BP на пике цен на нефть и что имеет право гордиться сделкой: ведь «синергия продолжает расти, и с ней — эффект от этого приобретения». Также Сечин сказал, что не имеет личных претензий к олигархам, продававшим ТНК-BP. На вопрос, как Сечин относится к олигархам сейчас, он ответил: «Они все очень приличные люди».

Между тем, вменяемые аналитики и политики все прекрасно понимали. В 2014 году Навальный написал, что из-за этой «удивительной сделки» мы должны теперь расплачиваться из бюдежета или нацрезервов.

В августе того же 2014-го я брал телефонное интервью у Бориса Немцова (аудиозапись еше нигде не публиковалась), на мой вопрос об оправданности и полезности сделки по покупке ТНК-BP «Роснефтью» он ответил — цитирую дословно расшифровку: «Это абсурдная, крайне вредоносная, абсурдная сделка, которая привела к монополизации нефтяного рынка в России, которая поставила в тяжелейшее положение компанию ’’Роснефть’’, которая сделала более отсталой эту саму отрасль, более коррумпированной. Потому что одно дело — частная компания ТНК-BP, другое дело — чекистско-государственная-бюрократическая компания ’’Роснефть’’. То есть это абсолютный тотальный абсурд, свидетельствующий о полной профнепригодности как Сечина, так и Путина, который эту сделку одобрил. Кроме того, эта сделка привела немедленно к очень большим проблемам — к снижению поступления налогов в бюджет, поскольку ’’Роснефть’’ начала требовать налоговых высбождений и т.д. И, кроме того, вся эта сделка привела к росту цен на рынке нефтепродуктов по той причине, что произошла неестественная монополизация рынка. Это — абсолютный абсурд!»

util