11 Июня 2016, 16:06

Первое интервью подростка, запертого в психушке за пикет в поддержку Павленского

Глеб Астафьев у двери, которую поджег Петр Павленский.

Корреспондент «Радио Свобода» Дарина Шевченко поговорила с курганским школьником Глебом Астафьевым, которого отправили в психиатрическую больницу за пикет с зашитым ртом в поддержку Петра Павленского


26 мая Глеб вышел в центр Кургана с зашитым ртом и плакатом с надписью «Акция Петра Павленского была перепевкой знаменитого жеста Варга Викернеса». Подросток процитировал первую акцию Павленского «Шов»: 23 июля 2012 года художник зашил рот красной ниткой и полтора часа простоял в одиночном пикете возле Казанского собора в Санкт-Петербурге с плакатом «Акция Pussy Riot была переигрыванием знаменитой акции Иисуса Христа (Мф. 21:12–13)». Школьника задержали сотрудники полиции.

27 мая стало известно, что мать Глеба сдала сына в Курганскую областную психоневрологическую больницу.

После двух недель изоляции, в день, когда освободили Павленского, подросток смог выйти в интернет и связался с «Радио Свобода». Вот несколько цитат из его интервью.



Об акции

«Я все придумал и сделал сам. Моя акция называлась F.P.P.(аббревиатура от Free Peter Pavlensky). Прохожие реагировали по-разному, в основном удивлялись. Некоторые подходили и фотографировались. Старуха один раз подошла ко мне и сказала: „Ты, дурак, один в поле не воин“. Дед периодически орал во все горло: „Смотрите, люди, он с оппозиционными плакатами стоит!“ Я это все игнорировал. Примерно через тридцать минут после начала акции из ТРЦ „Пушкинский“ вышли два взрослых „быдлана“ в черных жилетах, видимо, охранники. Один из них бросился на меня и начал вырывать из рук транспарант. Я не отдавал. Эту картину увидел пацан лет двадцати из окна своей машины. Парень выскочил из тачки и сказал охраннику, чтобы он от меня отстал».





О матери

«Мать два часа говорила с полицейскими. Думаю, они „обработали“ маму, потому что она вернулась за мной с бригадой скорой помощи и меня увезли в „крейзуху“. Я пытался сопротивляться, но это было бесполезно. Моя мать думает, что я сумасшедший. Она уверена, что нормальные люди рты себе не зашивают и с плакатами на улицы не выходят. Мама, простая женщина, не понимает, что моя акция — это художественная метафора. Закрытый рот — символ отсутствия свободы слова в России. Моя мама слишком много смотрит телевизор, поэтому ее сознание искажено пропагандой. Ей очень сложно объяснить месседж моей акции. У нас с ней давно сложные отношения. Мать не поддерживала меня в моих творческих поисках, а после акции совсем рассердилась. Она мне даже продукты не приносит».



О «лечении»

«Меня пытались „овощить“ таблетками, но я их выплевывал. Первые пять дней меня держали в палате особого надзора. Кинули к самым ужасным сумасшедшим, а выходить из палаты было нельзя. Я лежал там с восемью дедами. Трое из них редко подавали признаки жизни. Остальные пятеро ночью орали, стучали кулаками по столу и бесновались. Сейчас я на режиме обычного надзора, но выходить из отделения мне нельзя».

Глеб Астафьев в Москве.



О себе

«Я обычный школьник из простой семьи. Я много читаю, особенно научную фантастику. Много думаю обо всем вокруг своей головой. Я хочу жить ярко и интересно, а не как большинство: дом, работа, телевизор».


В ноябре 2015 года Глеб стал героем документального фильма «Кровосток. Гантеля», который сняла «Медиазона». Тогда подросток приезжал в Ярославль на суд о запрете песен группы «Кровосток» и блокировке ее сайта. Суд музыканты выиграли и взяли Глеба на свой концерт в Москву.


Полностью статью «Затоптанный безумным стадом» читайте на сайте «Радио Свобода».

util