17 June 2016, 14:19

Срочник Павел Беспрозванных погиб спустя 9 дней после призыва в армию

8 июня, через четыре дня после начала службы, 20-летний рядовой-срочник Павел Беспрозванных выпал из окна военного госпиталя в Чите. В госпитале утверждают, что произошло самоубийство. Родственники и друзья погибшего в это не верят и пытаются добиться полного расследования трагедии


31 мая 2016 года читинец Павел Беспрозванных был призван в армию. Медкомиссия присвоила ему высшую категорию годности к военной службе — «А1»: это означает, что призывник абсолютно здоров. Спустя четыре дня Павла распределили в воинскую часть № 55345, которая находится в поселке городского типа Атамановка в 26 километрах от его родного города. «Мы были абсолютно спокойны, — рассказала Открытой России Людмила Беспрозванных, мама погибшего. — У Паши было хорошее здоровье, заболеваний он не имел, к службе относился положительно: надо в армию — пойду в армию. И служить его отправили совсем недалеко от дома».

7 июня родители Павла поехали в Атамановку, чтобы проведать сына, но на КПП им сообщили, что в части его нет, потому что в ночь на 7 июня его отправили в военный госпиталь № 321 в Чите. «Нам говорили что-то невнятное — что-то о том, что его срочно отвезли в госпиталь с высокой температурой в сопровождении начальника медицинской службы», — вспоминает мама солдата.

Выяснить подробности непосредственно в части родителям не удалось, поэтому они сразу же поехали в больницу: «Там мы с горем пополам узнали, что он прибыл сюда с гематомами и лежит в отделении травматологии. Гематомы возникли, как нам сообщили, из-за падения с кровати. К Паше нас не пропустили — было уже поздно, часы приема у них с четырех до половины шестого. Нам удалось только созвониться. Паша сказал, мол, да, я упал с кровати, ушибы в области спины. Договорились, что увидимся на следующий день в часы приема — ну мы и уехали домой».

Днем 8 июня в квартире Беспрозванных раздался звонок: человек на другом конце провода представился начальником госпиталя и сообщил, что Павел погиб — выбросился из окна пятого этажа, где находилась его палата.

«Я сразу же поехала в госпиталь, — рассказывает Людмила Беспрозванных. — Нас встретил начальник и повторил все то, что сказал ранее: выпал из окна пятого этажа ’’в полный рост’’, получил травмы, несовместимые с жизнью. Затем нас привели к заведующему отделением, и он пояснил, что сын был полностью адекватен и никаких предпосылок к самоубийству не проявлял. Когда я говорила с Пашей последний раз предыдущим вечером, он тоже был спокоен, голос звучал обычно. О том, что он не хочет служить или у него какие-то проблемы, он не говорил».

Спустя пару дней Людмиле вручили медицинское заключение, где указано лишь то, что смерть наступила в 11:30 утра в результате несчастного случая — падения с пятого этажа при невыясненных обстоятельствах. Тело Павла, как сообщил родственникам заведующий отделением, было найдено приблизительно в 12:30. Свидетелей происшествия не обнаружилось: срочника положили в палату с двумя офицерами, один из которых только что перенес операцию и отходил от наркоза, а второй во время предполагаемого падения ушел на утренние процедуры.

Внезапная гибель солдата-срочника при невыясненных обстоятельствах вызвала широкий резонанс в Чите. 10 июня новостной портал «ЗабИнфо» взял интервью у близких погибшего: они твердо уверены, что Павел не мог вдруг и без особых причин совершить самоубийство.


В разговоре с Открытой Россией друзья Павла характеризовали его как человека, не склонного к самоубийству и не способного на такой поступок.

«Последний раз мы говорили с Пашей 30 мая, за день до его отправления на службу, — рассказывает Александр Бережной. — Я сам уже отслужил, и он спрашивал у меня наставления по поводу того, как себя вести, и так далее, а я ему все объяснял. В конце разговора я спросил: ну что, Паха, готов служить? На что он ответил: да, готов. Ну, говорю, удачной службы тебе — на том и попрощались. Он был абсолютно спокойным человеком, к армии нормально относился, не мог он этого совершить».

«Мы говорили с ним последний раз до утра 31 мая, созванивались в скайпе. Болтали, как обычно. Никакой обеспокоенности по поводу службы он не высказывал. Он относился к этому примерно так: если надо — пойду в армию», — вспоминает еще один друг погибшего Альберт Тимошенко.

10 июня Павла похоронили. Попрощаться с ним пришли все его родственники, друзья и правозащитники из забайкальского Комитета солдатских матерей. Представителей военных ведомств на церемонии прощания не было.

За день до похорон военная прокуратура возбудила уголовное дело по факту гибели Павла. «14 июня мы приходили к следователю, он сказал, что пока информации никакой нет, — рассказывает мама срочника. — Нам сообщили, что пока ’’работают по госпиталю’’, а в часть еще даже не заходили. Мы его спросили про заключение медицинское, про экспертизу. Нам сказали, что пока ее нет, и неизвестно, когда будет: может быть, и через месяц будет экспертиза. За три дня до этого, 11 июня, к нам домой пришли из штаба ВВС (военная часть, в которой должен был проходить службу Павел, относится к ВВС. — Открытая Россия). Офицеры сказали, что в одном призыве вместе с Павлом из 25 человек восемь были ранее судимы».

«Часть считалась очень хорошей, — говорит председатель Комитета солдатских матерей Забайкалья Валентина Мордова. — Версия о том, что он покончил с собой, да и вся история, вызывает слишком много вопросов. Почему первоначально родителям соврали о температуре? Почему его положили в офицерскую палату? Сейчас идет следствие, надеюсь, оно даст на них ответы. Трагедия, случившаяся с Павлом, — первая за этот год, подобных обращений у нас не было».

Расследование трагедии началось 9 июня. 15 июня родители погибшего смогли попасть на прием к представителю главного военного прокурора России Сергея Фридинского. Они передали обращение в прокуратуру. Мама Павла частично процитировала его нам: «...При самостоятельном выяснении причин нам не дают комментариев. В госпитале от нас скрывают, с каким диагнозом Павел поступил в травматологию, мы не знаем, по какой причине взрослый молодой человек мог упасть с кровати спустя 15 минут после отбоя и получить травму, после которой понадобилась бы срочная госпитализация».

На момент публикации материала родственникам по-прежнему не было известно никаких подробностей о трагической гибели Павла Беспрозванных.

Сколько еще есть таких срочников, «случайно» или неслучайно выпавших из окна, мы, к сожалению, не знаем. Данные о «небоевых потерях» (о смертях военнослужащих, погибших не во время боевых действий) Министерство обороны РФ не публикует с 2009 года. Известно, что в 2007 году в армии России не в бою погибли 442 солдата, в 2008-м — 471 солдат. В 2009 и 2010 годах цифры небоевых потерь можно было узнать из докладов замгенпрокурора и главного военного прокурора Сергея Фридинского и генпрокурора Юрия Чайки: 470 и 478 человек, соответственно. После 2011 года эти сведения нигде не публиковались. В 2013 году «Новая газета» пыталась получить информацию о небоевых потерях, но тогда им сообщили из Минобороны по телефону, что эти данные засекречены.



ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Отец погибшего в армии срочника не верит в самоубийство сына и требует расследования

util