27 July 2016, 13:03

Есть ли жизнь без пандусов и кто делает Красноярск доступной средой

Инвалид-колясочник, в доме которого не было пандуса, застрелился после трех лет вынужденной изоляции. Другой колясочник, устав запинаться о высоченный бордюр, взял в руки кувалду и сам сделал среду доступной. Эти события произошли с разницей в неделю в одном городе — Красноярске. Кто и как пытается облегчить жизнь горожан с особыми потребностями, выясняла Клавдия Стельмахович


Кузнец своего удобства

— Я в окно смотрел: в пятницу вон там, у светофора, делали спуски, — рассказывает Владимир Журат. — Но вот опять же с трех сторон сделали, а четвертую оставили. Но, может, вернутся.

Пенсионер, два месяца назад ставший живым символом борьбы за доступную среды для людей с особыми потребностями, сейчас проходит плановую госпитализацию и из окна своей палаты наблюдает, как на пешеходных переходах занижают бордюрный камень. Владимир говорит, что после двух с половиной недель сухой голодовки его состояние ухудшилось.

— Шея болеть начала, рука, а раньше не болело, — вздыхает 75-летний мужчина. — В понедельник на это повезут, как его, МРТ.

Владимир Журат охотно рассказывает, почему схватился за молот. Последние три года он передвигается в основном на коляске. Ноги хоть и слушаются, но крепко стоять не дают. А в поликлинику и любимую столовую ездить нужно каждый день. Чтобы не делать огромный крюк, он сокращал дорогу, лавируя на проезжей части, и вскарабкивался на бордюр.

Потом его терпение лопнуло, и федеральные российские СМИ показали, как в Красноярске мужчина сам — удар за ударом — сделал себе проезд.

Позже по маршруту пенсионера ходили специалисты районной администрации и отмечали неудобные тротуары. Первый спуск появился на месте разбитого бордюра. Журат его лично протестировал и нашел, что спуск переделали и он стал удобным. Всего, по информации мэрии, по его заявке должны соорудить восемь пандусов. Владимир пока насчитал только два.

— Рядом с домом, где перекресток Тотмина — Юшкова — Карбышева, не сделали ничего, — говорит пенсионер. — А я там постоянно езжу, несколько раз за день, даже за фруктами в киоск. Вчера приходили меня навещать, я спрашиваю: «Как там переход?» Мне говорят: «Не сделали».

Остальные бордюры должны были занизить за лето. Журат ждать не стал («Меня к тому времени уже переедут») и устроил голодовку. Еще попросил путевку на лечение в санатории и 50 тысяч рублей. Ему выделили 10 тысяч рублей — максимум, положенный по закону. А на путевки очередь.

Теперь Владимир лечится и обещает после выхода из больницы продолжить борьбу с высотой бордюров. А потом добавляет, что верит в лучшее, потому что «по жизни оптимист».


Три года в четырех стенах

О большой трагедии человека с ограниченными возможностями мир узнал через сорок дней после случившегося. «Своим бездействием они убили моего сына», — рассказала Галина Павловна журналистам в середине июля. Ее 54-летний сын Игорь свел счеты с жизнью — по словам женщины, из-за того что три года безвылазно просидел в четырех стенах. К инвалидному креслу его приковал диабет, и он передвигался только на коляске. Лифт в доме есть, но крыльцо не оборудовано пандусом.

Галина Павловна тяжело перенесла смерть сына и больше с журналистами не общается: «Переживать это еще раз я не могу». Но она рассказывала, как последние два года вела переписку с соцзащитой, департаментом горхозяйства и управляющей компанией и просила о пандусе.

Пандус в доме так и не появился. Его, как говорит Галина Павловна, предполагается установить во время капремонта — он запланирован на 2038 год.

В соцзащите Свердловского района Красноярска инвалиду-колясочнику выделили откидные рельсы.

— Семье были предложены промежуточные варианты: помощь волонтеров (от нее семья отказалась) и переносной пандус, — рассказала руководитель управления соцзащиты Свердловского района Красноярска Анна Семенкевич. — Этот вариант семьей был одобрен, и пандус ими получен в краевом комплексном центре. К сожалению, в дальнейшем семья не высказала имеющиеся претензии по его эксплуатации.

Пользоваться переносным пандусом Игорь и его мама не смогли. Пенсионерке со второй группой инвалидности справиться с ним было не под силу.

— Мама, ты не сможешь, — вспоминает Галина Павловна слова сына. — Упора-то нет. Я свалюсь вместе с коляской упаду.

В начале июня Галина Павловна вернулась с дачи и обнаружила тело сына.

После вмешательства журналистов Следственный комитет начал доследственную проверку по этому делу.

Если слова Галины Павловны подтвердятся, «в действиях неустановленных лиц администрации Свердловского района могут усматриваться признаки преступлений, предусмотренных ст. 238 УК РФ (выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности) и 293 УК РФ(халатность)», сообщили в СК.

Галина Павловна даже после похорон сына все еще ждет пандус — в их доме много маленьких детей, и детским коляскам здесь тоже не по чему ездить.

Из отчета об инспекции, которая была проведена социальной защитой в доме Галины Павловны и его сына весной этого года, следовало: «30.03.2016 г. в соответствии с ФЗ от 28.12.2014 г. № 442-ФЗ ’’Об основах социального обслуживания граждан в РФ’’ специалистом по социальной работе Сеньковой Е. С. Проведено обследование условия проживания К* Игоря Валентиновича.

Жилищно-бытовые условия проживания удовлетворительные, имеются бытовые предметы, мебель, предметы домашнего обихода, компьютер.

К* И. В. проинформирован об услугах, предоставляемых гражданам с инвалидностью, ему были в очередной раз предоставлены контактные телефоны Комплексного центра социального обслуживания населения Свердловского района города Красноярска.

К. Игорь Валентинович отказался от социальных услуг, пояснив, что все социально значимые услуги оказывают родственники».


Подъемник на Свободном проспекте

— Подъемник детские коляски не обслуживает, только инвалидов, — объявляет по громкой связи диспетчер лифта в подземном пешеходном переходе на Свободном проспекте и отказывается принимать на борт Олесю и ее маму.

У Олеси — детский церебральный паралич. Ходить самостоятельно девочка не может. Мама возит ее на прогулочной коляске, а не в инвалидном кресле. Именно из-за этого их и отказались поднимать в лифте — уже в третий раз.

После жалобы мамы к подъемнику приехали сотрудники управления капитального строительства и представители организации, которая обслуживает переход: грубых нарушений в действиях диспетчера они не нашли.

Связи с диспетчером у переходящих дорогу в этом месте нет: он определяет через камеру наблюдения, кто стоит перед лифтом, и ДЦП у Олеси он не заметил.

Павел Ежов, главный инженер эксплуатирующей организации, сказал телекомпании «Афонтово», что эту проблему может решить значок «Инвалид» на детской коляске.

— Если мама сделает себе табличку, положит себе в сумку и при пользовании подъемником будет его показывать или повесит на коляску, ее будут пускать, — предположил он.

В департаменте капитального строительства по поводу идеи с табличками пожали плечами, но обещали разобраться, чтобы родители с детьми в инвалидной коляске смогли пользоваться подъемником.

Проблемы этого пешеходного перехода, самого неудобного в городе, связаны не только с лифтом. Пандусы здесь сделаны по ГОСТу, но многие коляски ездить по ним не могут: расстояние между рельсами не совпадает с расстоянием между колесами.


Случай жителей, ставших добрее

Во всеуслышание о недоступности красноярской среды заговорили прошлой осенью. Тогда жители дома на улице Копылова воспрепятствовали строительству пандуса к инклюзивному центру для детей-колясочников. Центр открывало общественное движение «Право на счастье». Свое согласие сразу дали только 20% жителей, остальные оказались не готовы каждый день видеть детей с инвалидностью.

Президент «Права на счастье» Надежда Болсуновская обратилась за помощью в Общественную палату. В Москве строительство пандуса поддержала Диана Гурцкая.

Певица написала 380 писем — лично каждому жителю дома на улице Копылова: «Прошу вас проголосовать за данную инициативу и разрешить установку пандуса и прохода в семейно-развивающий инклюзивный центр. Давайте вместе поможем детям стать добрее и отзывчивее».

К счастью, жителям многоэтажки и родителям особых детей удалось договориться. В январе пандус начали монтировать, сейчас он готов.

В начале лета журналисты красноярской телекомпании «Афонтово» провели эксперимент и проверили, насколько город удобен для человека в коляске. Они пришли к выводу, что недоступны не только кафе и рестораны, но даже спуск на остров Татышев, самое популярное место отдыха красноярцев, осилит далеко не каждый. На территории острова есть единственная в городе детская площадка для детей с особенностями: здесь и горки с пандусами, и качели, на которых можно качаться на коляске. Только добраться до нее сложно: машины есть не у всех, на такси ездить дорого, а от остановки к парку ведет крутая лестница. Решить проблему хотели кнопкой вызова помощи, но пока такой кнопки нет.

Позже и прокуратура Красноярска назвала миллионник недоступным «для маломобильных групп населения». Проверка показала 40 мест со слишком высокими бордюрами и недостачей пандусов на съездах с тротуаров.

Прокуроры внесли 64 представления об устранении нарушений законодательства о социальной защите инвалидов и направили в суды больше 30 исков.

Городские власти обещают: за лето 2016 года рабочие занизят бордюрный камень по 91 адресу. Средства на это уже выделены, работы должны быть завершены к 31 августа.

— Красноярск — город с советской инфраструктурой, и сразу изменить городскую среду, которую десятилетиями строили и проектировали без учета потребностей людей с ограниченными возможностями, невозможно, — объясняют ситуацию в пресс-службе администрации Красноярска. — Тем не менее такая работа проводится: при проектировании новых зданий и сооружений в обязательном порядке устанавливаются пандусы, съезды, специальные лифты и помещения для хранения колясок. В существующей городской среде тоже происходят преобразования, в первую очередь это касается занижения уровня бордюрного камня на регламентированных перекрестках. Такая работа ведется каждый год, в этом году список адресов увеличен.

Отсутствием инфраструктуры для людей с инвалидностью известен не только Красноярск, рассказывает председатель томского филиала Всероссийского общества инвалидов и основатель проекта «Особая мода» Ирина Дорохова, которая привозила в Красноярск спортсменов на проходившую с 27 июня по 1 июля Парасибириаду:

— Доступная среда у нас ограничивается центром Москвы, и, как это ни странно, Крым тоже удобен для людей в коляске. В остальных российских городах о доступной среде можно только мечтать. Красноярск в этом смысле совсем не исключение. Сейчас медленно, но ситуация с доступностью начинает меняться.

По июльской статистике прокуратуры, в Красноярске живут 918 инвалидов-колясочников.


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

«Путин и Медведев меня суют под колеса»: красноярский инвалид-колясочник объявил голодовку

«Я заставлю их сделать проезд там, где нужно». Инвалид и его борьба за пандус

util