8 Августа 2016, 17:04

Как карельский лагерь «Золото Белого моря» протестует против своего закрытия

Мария Курзина. Фото: личная страница ВКонтакте

Сотрудники лагеря «Золото Белого моря» возмущены решением суда о его закрытии, настаивают на том, что обвинения абсолютно безосновательны, и намерены доказать это в ходе апелляции


Карельский суд удовлетворил иск прокурора о закрытии лагеря 1 августа, обосновав это нарушениями требований по организации детского отдыха. Против директора «Золота Белого моря» Дениса Орлова возбуждено уголовное дело по статье 238 («оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, совершенное группой лиц по предварительному сговору»); он находится под домашним арестом, ему грозит до четырех лет лишения свободы. Массовые проверки детских лагерей в России начались после трагедии, произошедшей в начале июля на Сямозере, когда погибли 14 отдыхавших в том лагере детей.



Координатор общественной кампании по защите лагеря «Золото Белого моря» Мария Курзина рассказала Открытой России о неувязках в деле, из-за которого закрыли лагерь, и какие скрытые цели может преследовать прокуратура:


— В ситуации, разворачивающейся вокруг лагеря, есть два аспекта. Первый — это, конечно, то, что наш лагерь не единственный попал под запрет. После «Сямозера» проверки прошли во многих, практически во всех подобных лагерях, особенно связанных с водой. Мы пытаемся сейчас наладить связь с другими лагерями, чтобы понять, что мы вместе можем противопоставить этому сбою системы. Чиновники просто пытаются прикрыть свои недоработки таким способом.

С другой стороны, на том острове (остров Сидоров в Кандалакшском заливе. — Открытая Россия), где располагался наш лагерь, находится еще одно туристическое предприятие — база «Аурелия». Оно коммерческое, направлено на охоту и рыбалку. Мы знаем, что многие представители местной власти, в том числе прокуратура, являются ее официальными клиентами, размещают у себя фотографии. Возможно, что если есть вот такое место, где отдыхают серьезные люди, а вокруг бегает 60 детей с игрушечными мечами, плавают, шумят, — то это определенный элемент конкуренции. Мы не исключаем, что прокуратура может быть неким образом заинтересована. И родители планируют подавать обращение в федеральную прокуратуру с вопросом, действительно ли это независимый и непредвзятый подход.

Потому что в деле много несостыковок. Начиная с самого элементарного. Например, заявление о том, что дети не имели возможности ходить в баню, — это притом что дети мылись каждые три-четыре дня, в соответствии со всеми стандартами: есть фотографии, да и сами дети могут подтвердить. Есть заявления о том, что не было обеспечено надлежащее хранение продуктов, не было аптечек, — эти вещи были, были сфотографированы, все знают, что это было. Или вот «не было спасательных жилетов»: да у каждой команды, которая выходила на воду, их было нужное количество. А у нас изъяли не рабочие, сертифицированные, а те, что висели как украшение — яркие, но не действующие. Мы их фотографировали для рекламы, например. И говорят, что нормальных и не было.

Денис Орлов. Фото: «Золото Белого моря» / ВКонтакте

А еще утверждение, что дети выходили в море при большой волне, в то время как на первой смене (в особенности после того, как нам стало известно про случившееся на Сямозере) не было ни одного выхода в открытое море. Только тренировки в заливе, где глубина не больше, чем ребенку по грудь в 15 метрах от берега. Чтобы дети хотя бы на лодках посидели: они для этого и приехали.

То есть там буквально через слово вещи, которые просто не соответствуют действительности, — не говоря уже о том, что рассказы про то, как дети выходят в море в сильный шторм — это элементарное невладение морской терминологией. Сильный шторм — это волны высотой с четырехэтажный дом.

Мы пытались отдельно каждое из ложных, с нашей точки зрения, обвинений, разобрать, оспорить. Сейчас ждем письменное решение суда. Там должно быть конкретно все разобрано, логично разобрано, как шла мысль судьи. Судебное решение должны отсканировать и выслать «Почтой России». Это решение известно и было оглашено, но оно не является вступившем в законную силу в данный момент: у нас есть право подать апелляцию, и она будет подана, потому как мы считаем, что и содержательно решение было неправильным, и также были процессуальные нарушения.

Одна из вожатых «Золота Белого моря» Алиса Антонова опубликовала видеоролик, на котором заснят визит в лагерь сотрудников Следственного комитета и обыск:


Вот фрагмент задокументированной беседы работников лагеря и следователя, которая происходила в присутствии детей:

Сотрудник СК. Что вы собираетесь снимать? Мы отберем у вас этот фотоаппарат. Добровольно или силой. Поверьте мне. Мы изымем у вас у всех технику, которая у вас имеется, если вы этого не понимаете.

Куратор отряда. Распоряжение... указание моего непосредственного начальства было [такое], что мы имеем право вести съемку...

Сотрудник СК. Не имеете. Мы имеем право изъять у вас это все.

Куратор отряда. Такого поступления не было.

Сотрудник СК. Что?

Куратор отряда. Такого указания от моего вышестоящего руководства не было.

Сотрудник СК. Я тут раздаю указания. Действую от имени Следственного комитета Российской федерации по республике Карелия. Пожалуйста (показывает удостоверение). Фотографировать вам его нельзя. Предъявили — и достаточно. Вы вот эти свои штучки... Фотоаппарат и всю остальную технику мы у вас отберем. Вы сомневаетесь в этом? Спрашиваю: сомневаетесь?

Куратор отряда. Я обязана отвечать на этот вопрос?

Сотрудник СК. Не обязаны. Значит, не сомневаетесь. Все. (В сторону) Я предлагаю еще рации изъять. Слишком много созваниваются между собой.

Медицинский работник лагеря. А вы понимаете, что меня как врача могут вызвать в любой лагерь?

Сотрудник СК. Вот и держите контакт между собой.

Куратор отряда. Между кем — собой? Если вы снимете у инструкторов рации, кто меня вызовет?

Сотрудник СК. Тут не два километра.

Ребенок. А тут может быть в любом месте.

Сотрудник СК. Ваш лагерь больше не существует, я же объяснил вам!

Куратор отряда. А кто за детей тогда несет ответственность?

Сотрудник СК. За детей глава района несет ответственность, он находится здесь.

Куратор отряда. Он будет им помощь оказывать?

Сотрудник СК. Да, он.

Сотрудник СК. Есть у кого-то еще мобильные телефоны, фотоаппараты?

Куратор отряда. Да, у всех детей имеется своя техника.

Сотрудник СК. Отлично! Все будем изымать.

Куратор отряда. Но вы не имеете права изымать личную технику детей.

Сотрудник СК. Кто вам сказал, что я не имею права изымать личную технику? <...>

Сотрудник СК. Слушайте, мне надоело с вами пререкаться, блин. У вас фотоаппарат будет изъят. Так же, как и у детей. Это мое решение, я его принял. Все, тихо.



ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Карельский суд закрыл лагерь «Золото Белого моря» по требованию прокурора

На руководство лагеря «Золото Белого моря» завели уголовное дело; его директор задержан

util