9 August 2016, 09:00

The Guardian: Что делает Путин в Сирии? Мстит Америке за Афганистан

Президент России не забыл афганский разгром в 1980-х годах и хочет отомстить за это в Сирии, пишет в колонке для The Guardian бывший главный редактор Le Monde Натали Нугайред

Через несколько дней после начала российской интервенции в Сирии в сентябре 2015 года Барак Обама сказал, что она «увязнет в трясине, и все это не сработает». Прошло десять месяцев, и этого так и не дождались. Россия помогает своему союзнику Башару Асаду вернуть под контроль Алеппо — последний стратегически важный укрепленный город в руках сирийской оппозиции, — и что-то не видно признаков того, что кремлевская военная машина захромала или застряла. Вряд ли кто-то сейчас вспомнит, что еще в марте этого года Путин объявил о начале вывода своих сил из Сирии. Вывод оказался таким же теоретическим, как и «трясина» Обамы.

Большинство попыток объяснить военную операцию Путина в Сирии сосредоточены на следующих моментах:

1. У Путина аллергия на народные восстания, он хочет спасти режим в Дамаске от того, что случилось в 2011 году в Тунисе, Египте и Ливии;

2. Он хочет сохранить последнюю опору России в арабском мире;

3. Он хочет показать: Россия сделает все, чтобы защитить союзника;

4. Ему нужно отвлечь внимание от Украины и добиться уступок от Запада, в частности, смягчения санкций;

5. Он пользуется возможностью и извлекает выгоду из нежелания Америки быть глубоко втянутой в ближневосточный конфликт;

6. Он считает, что, создавая хаос, даже если не просматривается никакой эндшпиль, Россия показывает, что может разрушить планы Запада;

7. Все это делается ради внутренней политики России — национализм и военный напор идут рука об руку с необходимостью защитить структуру путинской власти.

Во всем это, видимо, есть доля правды. Но когда российские бомбардировщики утюжат жителей осажденного Алеппо в ходе, вероятно, самой решительной битвы сирийской гражданской войны, вспомним еще об одном фрагменте пазла, который находится в сознании Путина: Сирия — то место, где Россия хочет стереть воспоминания об унижении Советского Союза, побежденного в Афганистане в 1980-х годах.

Когда Обама предсказывал трясину, он имел в виду повторение советской трясины в Гиндукуше. Фактически он сравнивал Путина с Брежневым, в 1979 году отправившим войска в Афганистан. Та война очень плохо закончилась для СССР и, возможно, сыграла ключевую роль в его распаде.

Заместитель госсекретаря США и бывший советник Обамы по национальной безопасности Тони Блинкен сказал журналистам, что русские в Сирии «делают чудовищную стратегическую ошибку», и добавил: «Думаю, они помнят Афганистан».

Руководство России хочет, чтобы Сирия стала полной противоположностью той катастрофе. Сирия должна восстановить авторитет России как военной силы.

Это первые военные действия России за пределами территории бывшего Советского Союза после Афганистана. Путин пришел в КГБ в 1975 году; через четыре года началась война. Хотя он в ней и не участвовал, этот конфликт и его последствия не могли не оказать на его влияния. Лауреат прошлогодней Нобелевской премии по литературе Светлана Алексиевич описала в своей книге «Цинковые мальчики» травму, пережитую целым поколением, — военные бедствия, ударившие по советскому обществу.

Афганские офицеры прощаются с советскими воинами, 1980 год. Фото: Георгий Надеждин / ТАСС

Война закончилась в 1989 году, когда Горбачев отдал приказ о выводе войск. Советская пресса была полна пропагандистских картинок, на которых радостные солдаты, сидя на броне, пересекали пограничную реку Амударью, возвращаясь на советскую территорию.

Но для сверхдержавы это было чудовищное унижение — ее победила какая-то неорганизованная толпа афганских моджахедов, получивших от ЦРУ зенитные ракеты Stinger.

Около 15 тысяч советских солдат погибли в Афганистане. Количество жертв среди гражданского населения этой страны оценивается в один миллион. Через несколько месяцев пала Берлинская стена и стала разваливаться советская власть. Афганистан стал для Советского Союза тем же, чем для Америки Вьетнам, — с той разницей, что СССР этого не пережил, в самом буквальном смысле развалившись вскоре поле войны.

Путину незачем было публично объявлять свой «сирийский гамбит» местью Америке за потери, которые десятилетия назад понес Советский Союз в Афганистане. Но психологический эффект от разрушения американской стратегии на Ближнем Востоке практически равнозначен этому.

Посмотрим на параллели: когда советские войска вторглись в Афганистан, американцы, казалось, увязли в бесконечных спорах между собой — сначала о Вьетнаме, потом о Уотергейте. Сейчас Россия напористо добивается преимуществ в Сирии в тот момент, когда США запутались в политических интригах вокруг выдвижения Трампа и растущем изоляционизме. В 1979 году те на Западе, кто симпатизировал СССР, аплодировали интервенции в Афганистане (лидер французских коммунистов Жорж Марше сказал, что она покончит с «феодализмом»). Сейчас в Европе и США (и не только в ультраправых кругах) слышны голоса, восхищающиеся политикой Путина в Сирии.

Сравнение, конечно, не вполне точное. Советская армия осуществила массированное наземное вторжение в Афганистан; на пике численность контингента достигала 115 тысяч. В Сирии Россия в основном ограничилась войной в воздухе, хотя у нее есть на земле «военные советники», а также ПВО и артиллерия. В Сирии у России есть ключевой внешний союзник — Иран. В 1979 году, напротив, Москва рассматривала Иран как врага, потому что иранские исламисты, свергнувшие шаха, начали дестабилизировать прокоммунистическое правительство в Кабуле.

В 1979 году президент США Джимми Картер сказал, что вторжение в Афганистан — «самая серьезная угроза миру со времен Второй мировой войны». В 2015 году Барак Обама в ответ на российскую операцию в Сирии почти что пожал плечами, хотя для Вашингтона она была полнейшей неожиданностью. В 1979 году советские войска начали операцию в сочельник, как будто надеясь, что на нее обратят меньше внимания. В сентябре 2015 года Путин анонсировал операцию в Сирии в своей речи в ООН. В 1979 году СССР купался в сверхприбылях от высоких нефтяных цен. В 2015 году Россия начала сирийскую операцию, уже вступив в рецессию.

Путин должен помнить о некоторых уроках афганской кампании 1980-х годов. Ползучий характер миссии — это как раз то, чего он хочет избежать в Сирии. Недавно сбитый сирийскими повстанцами российский вертолет (при этом погибли все пять членов экипажа) не может не вызвать болезненных воспоминаний. Так же, как cоветская армия не могла «удерживать» Афганистан, ни силы Асада, ни «Хезболла», ни иранские войска, участвующие в боях, не могут надеяться на контроль над всей территорией Сирии.

И все же пока Россия с успехом поддерживает Асада, а попытки Советского Союза сохранить дружественный режим в Афганистане (такой была декларируемая цель) закончились полным провалом.

Невозможно сказать, удастся ли России сохранить свои недавние приобретения. Но Путин, безусловно, помнит, как человек, которому он часто пытался подражать, — Юрий Андропов, могущественный глава КГБ, — сказал на заседании Политбюро в 1979 году: «Мы не можем потерять Афганистан». Путин думает, что он не может потерять Сирию.

Оригинал статьи: Натали Нугайред, «Путин бомбит несчастный Алеппо, чтобы спасти гордость России», The Guardian, 7 августа

util