16 Августа 2016, 09:00

Financial Times: есть ли будущее у креативного класса в России?

Павел Дуров.

Что делать молодому человеку с творческим потенциалом в современной России, где режим все сильнее подавляет свободы? Кто-то покидает страну, кто-то уходит во внутреннюю эмиграцию. Но есть и те, кто создают новые проекты, стараясь как можно меньше взаимодействовать с государством, пишет корреспондент Financial Times Джон Торнхилл


Ричард Флорида, автор книги «Восхождение креативного класса», считает, что для инноваций и экономического развития жизненно важны «три Т» — технология, талант и толерантность. Первые два критерия бесспорны. Но насколько важна толерантность, чтобы дать старт творчеству? Возможно, Россия — идеальное место для проверки этой теории.

Флорида утверждает, что глобальный креативный класс, который привносит столько инноваций в современную экономику, будет работать там, где лучше условия для творчества.

У ученых, предпринимателей и других представителей креативного класса аллергия на авторитаризм и дискриминацию.

Более спорная идея Флориды — «гей-индекс», указывающий на сильную корреляцию между уровнем креативности города и долей его жителей, идентифицирующих себя как геи. И дело не в том, что гомосексуалы более креативны (хотя и это возможно), а в том, что их присутствие в городе — хороший индикатор толерантности общества.

Его общую теорию в чем-то можно критиковать, но к России она применима очень наглядно. В последние годы режим Владимира Путина становится все более нетолерантным и шовинистическим. Как замечают в книге «Красная паутина» Андрей Солдатов и Ирина Бороган, Кремль ополчился против свободы интернета, который Путин однажды назвал «спецпроектом ЦРУ».

Некоторые из самых блестящих предпринимателей страны — такие, как Павел Дуров, основатель соцсети «ВКонтакте», российского клона фейсбука, — были выдавлены из бизнеса и покинули страну, другие оказались за решеткой. Российский закон о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений широко осуждают за границей.

Нет ничего удивительного, что в России креативные отрасли составляют значительно меньшую часть экономики, чем где-либо еще, хотя страна богата талантами и обладает продвинутыми технологиями. Это серьезная проблема, если Россия стремится уменьшить свою зависимость от нефти и газа.

Участница народного схода на Большой Морской улице за свободу интернета, в защиту 23-й и 24-й статей Конституции РФ, против интернет-цензуры и интернет-слежки, за общественное и профессиональное обсуждение «пакета Яровой». Фото: Евгений Курсков / Интерпресс / ТАСС

Когда государство склонно к произволу, граждане пытаются освободиться от его объятий. Некоторые делают это физически, покидая страну.

В Кремниевой долине, которую в России часто по ошибке называют «силиконовой», трудно бросить айфон, не попав в талантливого российского инженера. Примерно то же можно сказать и о Тель-Авиве.

И даже те, кто не эмигрирует, по возможности избегают иметь дело с государством и направляют энергию в свои собственные проекты. Молодая россиянка, с которой я говорил в Санкт-Петербурге, рассказала, что не связывается ни с какой деятельностью, которую можно было бы счесть политической, и прибегает к давно проверенной в России тактике выживания — «внутренней эмиграции». Примерно так же поступали ее дедушки и бабушки в советские времена. Но может ли внутренняя эмиграция сама по себе стимулировать креативность? Иногда кажется, что внутри молодого поколения россиян вызревает что-то очень интересное.

Нет сомнений, что страна по-прежнему изобилует талантливыми индивидуалистами.

Студенты петербургского университета ИТМО, одного из многихсильных технических вузов России, шесть раз за последние десять лет становились чемпионами мира по программированию, побеждая сотни других университетов.

В этом университете способствуют научному сотрудничеству с иностранными университетами и компаниями и поощряют студентов, начинающих собственный бизнес. «Мы хотим сделать профессию предпринимателя более популярной, — говорит один из преподавателей. — Тридцати-сорокалетние до сих пор смотрят на предпринимателей как на что-то подозрительное».

Сооснователь Blackmoon Financial Group Илья Перекопский, прежде работавший во «ВКонтакте», уверен, что Россия остается источником удивительных талантов, даже при том, что заниматься бизнесом в ней — совершенный кошмар. Опытные специалисты по анализу данных в России зарабатывают вчетверо меньше, чем в Нью-Йорке. «Они очень практичные ребята, и у них сильная мотивация», — отмечает он.

Впрочем, многие российские предприниматели отказываются от возможности работать на иностранные фирмы, чтобы запускать собственные стартапы. «Мы предпочитаем работать на самих себя. Так мы можем более легко экспериментировать. Здесь больше возможностей», — считает петербуржец Толя Черняков, один из авторов мобильного приложения Riders для обучения экстремальным видам спорта. Чернякова и его партнеров больше всего беспокоит проблема с защитой прав собственности.

В прошлом году я встречался с Дуровым, который теперь живет за границей и управляет созданным им мессенджером Telegram. Я ожидал, что он будет ругать страну, которую покинул, но он сказал, что его проблемы примитивны по сравнению с теми, которые выпали на долю предыдущих поколений. И он по-прежнему надеется, что Россия снова станет «либертарианским раем», каким она была, хотя и очень недолго, в 2000-х годах, когда он создал «ВКонтакте».

«Россия — синоним непредсказуемости», — говорит Павел Дуров.

Может быть, Россия еще нас всех удивит.


Оригинал статьи: Джон Торнхилл, «Российские традиции сопротивления и изобретения заново дают силу ее новаторам», Financial Times, 15 августа

util