27 Августа 2016, 10:00

Voice of America: август — месяц неудач для путинского режима

Для российского режима настают сложные времена: вслед за ударом по престижу страны, который нанес допинговый скандал, стало разваливаться партнерство с Ираном в Сирии, и все это на фоне тяжелого экономического положения, пишет политолог Барбара Слейвин

Август оказался не лучшим из месяцев для Владимира Путина.

Значительную часть команды его страны отстранили от Олимпийских Игр, а на Паралимпийские не пустили вовсе.

Сохраняющийся режим экономических санкций США и Евросоюза из-за военной интервенции в Украине и нефтяные цены, которые хоть и начали расти, но очень медленно, не позволяют Путину обеспечить своим гражданам высокий уровень жизни.

По мнению экспертов, большой кризис в ближайшее время маловероятен, но российская экономика в лучшем случае будет хромать, пока Путине отведет свои силы из Восточной Украины и не получит возможность брать кредиты на западных рынках.

Но вместо того чтобы выполнять Минские соглашения 2015 года и снижать напряженность в отношениях с Киевом, Путин бряцает оружием и обвиняет украинское государство в террористических атаках в Крыму. Больше двух лет назад Россия дерзко отторгла украинский Крым после того как поддерживаемый Россией президент Янукович бежал из страны, охваченной массовыми протестами. Обвинения, которыми бросается Путин, могут стать предлогом для новой российской агрессии накануне парламентских выборов, которые пройдут в следующем месяце.

Участие России в сирийской войне тоже создает проблемы. Около года она поддерживала режим Башара Асада, нанося бомбовые удары по его противникам, преимущественно повстанцам, не связанным с «Исламским государством». Но война продолжается, и Асад пытается взять некогда крупнейший город Сирии — Алеппо, — не обращая внимания на растущее число жертв среди гражданского населения. Российские командиры, поощряющие убийственную тактику Асада, потенциально могут быть обвинены в военных преступлениях.

Тем временем российские хвастливые заявления об использовании авиабазы на западе Ирана как точки, откуда наносили недавние удары по Сирии, взбесили иранское руководство; в будущей стратегии обнаружилась трещина. Министр обороны Ирана Хоссейн Дехган обвинил Россию в саморекламе и попытках представить себя в качестве «решающей силы, способной договариваться с американцами и гарантировать себе роль в политическом будущем Сирии».

Иран ответил на российскую неосмотрительность заявлением о прекращении использования Россией базы в Хамадане. Конституция Ирана, принятая после свержения шаха, которого поддерживали США, запрещает иностранным государствам иметь военные базы в Иране.

В то время как американские союзники в регионе Персидского залива встревожены расширением присутствия России на Ближнем Востоке, Россия и Иран вовсе не являются естественными партнерами. У иранцев давняя память о царском и советском империализме, включая оккупацию иранского Азербайджана после Второй мировой войны, и они не доверяют Москве.

Иран, потративший миллиарды долларов на защиту своих интересов в Сирии и пожертвований ради этого десятками жизней, всегда ждет от России предательства. Некоторые иранские стратеги считают, что Путин собирается заключить сделку с США, в результате которой будут перерезаны линии снабжения, связывающие Иран с его главным партнером в регионе — ливанской военизированной группой «Хезболла».

Путин на четвертый год своего третьего президентского срока возглавляет непрозрачный режим, и трудно понять, кто его главные советники. Важнейшие государственные посты занимают силовики и президентские телохранители, которые вряд ли способны противоречить его взглядам. Недавно он перетасовал руководящие органы, отправив в отставку своего давнего товарища — главу администрации — и заменив его чиновником, который составлял распорядок дня Путина и носил его зонтик.

Недовольных журналистов, независимые бизнесменов и других оппонентов Путина время от времени находят мертвыми; они становятся жертвами то экзотических ядов, то якобы уличных грабителей. Среди недавних подозрительных смертей — неожиданная кончина в феврале бывшего исполнительного директора российского антидопингового агентства Никиты Камаева якобы от сердечного приступа. Он уже второй высокопоставленный руководитель этого агентства, внезапно умерший в этом году.

Тем временем Путин и его близкие друзья продолжают откачивать из экономики твердую валюту и прятать ее в офшорных налоговых гаванях.

С учетом этой печальной картины трудно представить себе, как Россия может вернуть свой прежний статус супердержавы или даже регионального тяжеловеса. Союзники США в регионе Персидского залива, такие, как Саудовская Аравия, иногда заигрывают с Москвой, но продолжают полагаться на американское оружие и военно-морскую поддержку.

Бывший замминистра финансов и зампред Центробанка России Сергей Алексашенко в недавней статье для The National Interest сухо заметил, что разрушение верховенства права и защиты прав собственности, ускорившееся после восхождения Путина к власти 16 лет назад, стало главной причиной снижения инвестиционной активности в России. «Частные предприниматели сталкиваются с рэкетом со стороны государственных служб. <...> 85–90 процентов из них теряют свой бизнес», — написал Алексашенко.

Уменьшение рождаемости и образ жизни, далекий от здорового (особенно среди российских мужчин) также указывают на тусклое экономическое будущее. Одна из немногих растущих отраслей в нынешней России — киберпреступность; недавно российские хакеры взломали почтовые серверы американского Национального демократического комитета и попытались проделать это же с The New York Times.

Контроль над российскими СМИ позволяет Путину изображать свою страну в светлых тонах, а зарубежная критика разжигает в России националистические настроения. Рейтинг Путина остается весьма впечатляющим, но за последний год все же несколько снизился.

Администрация Барака Обамы поддерживает связи с Россией; с их помощью она облегчила переговоры с Ираном по ядерной проблеме, а теперь пытается остановить резню в Сирии. С учетом того, что Россия взяла на себя роль вспомогательной авиации Асада, у США небогатый выбор. Но это не означает, что у президента Обамы или его преемника должны быть обязательства освободить Путина от ответственности за его бандитскую тактику.

Трагедия России в том, что через четверть века после коллапса советского коммунизма она все еще под авторитарным правлением и возможностей изменить ситуацию не видно.

Когда Путин уйдет со своего поста — вероятно, не раньше 2024 года, — трудно будет исправить тот вред, который он причинил некогда великой стране.

Оригинал статьи: Барбара Слейвин, «Олимпиада и Иран нанесли России чувствительные удары», Voice of America, 24 августа

util