23 September 2016, 09:00

Bloomberg View: «В Нью-Йорке свергли Ленина»

Фото: curbed.com

Статую Ленина, вскоре после распада СССР оказавшуюся на крыше жилого дома в Нью-Йорке, убрали. О судьбе советских памятников, об их меняющемся символическом значении размышляет обозреватель Bloomberg View Леонид Бершидский

После падения коммунизма мне пришлось побывать в нескольких десятках городов — в основном в странах бывшего Восточного блока, — где снесли памятники Ленину. Мне и в голову не могло прийти, что в их числе окажется Нью-Йорк, но с ночи понедельника в городе больше нет статуи человека, возглавившего революцию 1917 года в России.

Единственный нью-йоркский Ленин был уникальным случаем: это была частная собственность вашего профессора Нью-Йоркского университета, девелопера и инвестора Майкла Розена и его бывшего партнера Майкла Шауля. Они управляли небольшой торговой компанией Oscar Gruss & Son. Впрочем, это не были типичные для Уолл-стрит фигуры. В 1994 году они установили статую Ленина на крыше краснокирпичного жилого здания в манхэттенском районе Ист-Вилладж. Здание известно под названием Red Square (можно перевести и как «Красный квадрат», и как «Красная площадь». — Открытая Россия). Протянутой рукой советский лидер указывал в сторону квартала, где расположены финансовые учреждения. «Нижний Ист-Сайд десятилетиями был местом, где рождалась истинная политическая мысль, — объяснял Розен. — Поэтому мы поставили на крышу Ленина, чтобы он помахал рукой Уолл-стрит».

Открытка «Привет с Красной площади»

Розен, живущий сейчас во Вьетнаме, в Ханое, по электронной почте описал историю статуи:

«Давным-давно в Нью-Йорке жили трое парней, которые занимались советским искусством. Я хотел Ленина, а они могли достать статую. Они продали мне латунную скульптуру довольно пожилого Ленина, сидящего на парковой скамейке, работы того же самого скульптора. Еще они рассказали мне про найденную ими картину, которую считали подлинником Кандинского, — просто чудесная история. Я финансировал всю эту затею. В результате монументальный Ленин достался мне за гроши, Кандинский исчез, как будто его никогда и не было, а пожилой Ленин пылится где-то на складе».

Ленин не был особенной достопримечательностью, даже в Нью-Йорке. Это необычно для его статуй: в бывших коммунистических странах они стояли на центральных площадях городов. Когда балтийские страны избавились от своих статуй, опустели большие пространства. Почти все страны Восточного блока одна за другой снесли своих Лениных. Недавно Украина приняла закон о «десоветизации», напоминающий денацификацию в Германии, и начался «ленинопад» — на месте массивных памятников обычно оставались пустые пьедесталы.

В России, где неумирающая ностальгия по советскому прошлому присутствует всюду, вплоть до Кремля, статуи Ленина все еще стоят. Возможно, сносить их уже поздно: выросли поколения постсоветских детей, которые никогда не читали и мало что слышали о Ленине, и уже немного остается тех, кто воспринял бы его исчезновение как символ разрыва с коммунистическим прошлым.

Нью-Йорк, как и Москва, сохранял свою статую, хотя здесь ее символическое значение было совсем иным. Розена и Шауля очень мало интересовало советское государство, которое Ленин построил на крови своих врагов. Они спасли своего Ленина из обломков советской империи как узнаваемый противовес власти денег — памятник анархическому революционному духу Ист-Вилладжа. Хотя Розена иногда называют человеком, который способствовал джентрификации района, сам он говорит, что не был «большой шишкой в Ист-Вилладже».

Здание Red Square на Хаустон-стрит недавно купила крупная риэлторская корпорация. Как сказал мне Розен, которому до сих пор принадлежит статуя, «возможно, новый хозяин хотел, чтобы она была там, возможно, не хотел, и я решил, что правильно было бы ее снять». Как это бывало в Восточной Европе, Ленина спустили с крыши с помощью крана и погрузили в кузов грузовика.

«Его можно было бы поставить где-нибудь еще в Нью-Йорке, но я не знаю, где, — написал мне Розен. — Хорошо было бы, если бы статуя стояла где-нибудь в Нижнем Ист-Сайде, где она провела больше двадцати лет и уже стала, как мне кажется, определенным символом истории квартала».

В этом не было бы ничего плохого. В Берлине, где в 1991 году гигантский памятник Ленину не только сняли с пьедестала, но и похоронили в лесу, недавно эксгумировали и выставили на обозрение его четырехтонную голову. Нет никаких причин, по которым Нью-Йорк не мог бы найти новое место для своего собственного напоминания о том, что бедные люди могут восстать и наделать страшных вещей, если их поведет харизматичный лидер.

Что касается Розена, то в городе, где он теперь живет, памятник Ленину есть. «У нас довольно большая статуя Ленина на улице, которая называется Дьенбьенфу — в честь места, где вьетнамцы нашли способ отправить домой французов», — написал он (Дьенбьенфу — место решающей битвы в войне Вьетнама за независимость против французских колонизаторов, произошедшей в 1954 году. — Открытая Россия). — Она напоминает мне о нашем нью-йоркском Ленине. Она не похожа на нее, но это то же самое«.

У меня нет никакой ностальгии по коммунизму и по моему уродливому советскому детству. Но я понимаю разные оттенки символики. И если Ленин снова будет стоять в Нью-Йорке, я приду взглянуть на него.

Оригинал статьи: Леонид Бершидский, «В Нью-Йорке свергли Ленина», Bloomberg View, 22 сентября

util