25 Сентября 2016, 10:00

Почему апостол Павел увел христиан из Израиля. Отрывок из книги Карен Армстронг

Краткая биография апостола Павла, написанная Карен Армстронг, превращает его в нашего современника


Об апостоле Павле принято говорить или хорошо, или плохо — третьего не дано. Для христиан он святой, превративший веру небольшой группы последователей Спасителя в мировую религию. Критики упрекают Павла в извращении евангельского учения и превращении небольшой иудейской секты в огромную авторитарную организацию. Известная исследовательница религий Карен Армстронг пытается нащупать третий путь в осмыслении наследия апостола Павла. И неизбежно набредает на рассуждения об устройстве современного общества, многие основания которого лежат в духовных поисках христианского вероучителя. В интерпретации Армстронг сегодняшние толерантность и феминизм начинаются именно в апостольских посланиях Павла.


Открытая Россия с разрешения издательства «Альпина Паблишер» публикует отрывок из книги Карен Армстронг «Святой Павел. Апостол, которого мы любим ненавидеть»

Проблемы начались с неприятных новостей из Галатии: по-видимому, кто-то из обращенных Павлом встретил иудейских членов христианского движения, которые утверждали, что он учит неправильно. По их мнению, Павел не имел права называть этих новообращенных детьми Авраама: они должны заслужить эту привилегию, сделав обрезание и соблюдая Закон Моисеев. Павел пришел в ужас: опять проблема, остро вставшая в Антиохии, поставила его миссию под угрозу. Он всегда считал, что язычникам, верным Мессии, необязательно соблюдать Тору, поскольку и без нее они получили благодать Святого Духа. Для евреев Тора имеет ценность, а галатов только отвлекает; навязывать галатам иудейский образ жизни так же глупо, как и требовать, чтобы евреи усвоили древние галатийские обычаи — устраивали шумные пирушки, подобно арийским воинам, и чтили павших героев. Он написал галатийской общине письмо, в резких выражениях призвав ее членов образумиться. Разве не объявили они после крещения, что старые национальные, классовые и гендерные барьеры не существуют в созданной ими общине Христа? Необходимо любой ценой сохранить свободу, которая принесла им столь великую радость.

Но кем же были галатийские смутьяны? «Непрошеными гостями» вроде тех, что мешали переговорам Павла со «столпами» в Иерусалиме? Или «посланниками Иакова» вроде тех, что вызвали брожение умов в Антиохии? Такие версии звучали часто. Однако более вероятно другое: это были не пришельцы из Иудеи, а местные верующие, обращенные иудейскими миссионерами Иисусова движения и не разделявшие взглядов Павла. Подобно Иакову, они считали: для обновления Израиля, которое ускорит возвращение Мессии, необходима верность Торе. А поскольку некоторые галаты могли предпочитать присоединение к Израилю аккультурации в римский этос, им было неприятно слышать, что их статус не определен и они не принадлежат ни к тем, ни к другим. Римское право освобождало иудеев от необходимости участвовать в культе императора, поскольку в иерусалимском Храме официально приносились жертвы за кесаря. Галаты полагали, что, присоединившись к Израилю, получат право на это исключение. Но если они были не вполне иудеями, то отказ участвовать в культе императора грозил им неприятностями и даже гонениями. А участие в этом культе для них было невозможно, коль скоро они отвергли язычество. Поэтому некоторые галаты решили стать полными прозелитами и уже начали процесс обращения в иудаизм. Однако Павел категорично заявил, что в этом нет необходимости.

Этот случай показывает, что на заре христианства голос Павла был лишь одним из многих.

Позже идеи, которые он проводил, стали нормой, и потому его протест против обрезания и следования иудейским законам кажется нам естественным. Иначе, как мы полагаем, христианство осталось бы малочисленной иудейской сектой: немногие язычники захотели бы подвергнуться опасной операции обрезания!

В галатийских оппонентах Павла нам видятся агрессивные «иудействующие», ограниченные тем, что христиане называют «законничеством» — позицией, серьезно омрачившей отношения между христианством и иудаизмом. На самом же деле бескомпромиссное отношение Павла к этому вопросу не было типичным. Как фарисей Павел верил, что обрезание обязывает человека соблюдать всю Тору целиком, включая множество устных законодательных постановлений, впоследствии закрепленных в Мишне.

Однако далеко не все иудеи думали так же. В дальнейшем раввины постановят, что обрезание необязательно для спасения, ибо «праведники среди язычников имеют долю в жизни будущего века». Насколько мы знаем, другие иудейские проповедники христианства не разделяли жесткой позиции Павла. За вычетом его посланий, все остальные новозаветные тексты были написаны для иудейских общин, причем эти общины включали язычников, не затронутых влиянием Павловых идей. Многие язычники находили иудейские заповеди необременительными и даже манящими, привлекательными.

Противники Павла в Галатии считали, что героическая смерть и воскресение Иисуса вдохновили духовное движение обновления в Израиле. Они подчеркивали неразрывную связь этого события с прошлым. Павел же смотрел на вещи иначе: с Крестом в мир пришло нечто принципиально иное. Воскресив Иисуса — преступника, осужденного по законам Рима, — Бог оправдал того, кого Тора считала скверной. Иудейский Закон говорил, что «проклят всяк, висящий на древе». Приняв эту позорную смерть, Иисус осквернил себя. Но Бог оправдал его, вознеся на небесные высоты, снял с него вину и тем самым отменил законы Рима и представления Торы о чистом и нечистом. В результате язычники, доселе ритуально нечистые, также могли теперь стать наследниками обетований, данных Аврааму, и не покоряться для этого иудейскому Закону.

В отличие от своих оппонентов, Павел акцентировал новизну благовестия, а не его связь со старым и тем самым посягал на одну из фундаментальных ценностей своей эпохи. В античном мире новизна не ценилась так, как сегодня.

Современная экономика дает нам невиданные прежде возможности для перемен. А экономика аграрная не могла выйти за определенные границы и обеспечить постоянное воспроизведение инфраструктуры, которое для нас естественно.

Цивилизация воспринималась как нечто хрупкое, и люди предпочитали доверять традициям, выдержавшим испытание временем. Римляне уважали иудаизм за древность, а новые религиозные формы считали суеверием, опасным своим непочтением к отеческой традиции. И вместо того, чтобы воодушевиться идеями Павла, многие галаты должны были всерьез обеспокоиться, узнав, что большинство иудеев воспринимают их взгляды как неблагочестивые и порывающие с прошлым.

Павел отлично отдавал себе в этом отчет. Он знал, что просит галатов подвергнуть сомнению подходы и принципы, которые казались высеченными в камне. Поэтому его послание написано в жанре диатрибы. Риторика — искусство убеждать — играла существенную роль в греко-римском образовании: юношей учили писать и говорить так, чтобы повлиять на аудиторию и склонить ее к определенному роду действий. Диатриба заставляла аудиторию ставить под сомнение фундаментальные предпосылки. Кроме того, важно понимать: такие тексты, как Павловы послания, не читались про себя. Их читали вслух, стараясь добиться нужного эффекта с помощью жестов, мимики и наглядного представления. Таким образом, чтение послания по сути превращалось в театральное представление. Когда Павел проповедовал галатам о смерти на кресте, он вполне мог живописать ужасы этого события, показывая им изображение распятого Христа или даже встав возле реального креста и указывая на истерзанное тело человека, распятого властями в одной из местных деревень. Поэтому в своем послании он упрекает их: «О, несмысленные Галаты! Кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у которых перед глазами предначертан был Иисус Христос, как бы у вас распятый?»

Современному читателю резкий тон Павла в этом послании кажется грубым и оскорбительным. Однако в I веке даже необразованные слушатели сочли бы, что это в порядке вещей.

Перед нами литературная форма, для которой обычны преувеличения, насмешки и даже оскорбления. Нападая в своей диатрибе на иудейский Закон, Павел не объявляет иудаизм ложной религией и не опирается на собственный опыт. Как мы уже видели, в свою бытность фарисеем Павел не испытывал проблем с соблюдением Торы: более того, полагал, что достиг больших успехов на данном поприще. Его письма не содержат правила на все случаи жизни, а адресованы конкретным проблемам в конкретных общинах. И уж, конечно, не содержат они установлений для будущих поколений христиан, поскольку Павел ожидал, что еще застанет Второе пришествие Христа. В послании он касается именно той ситуации, в которой оказались галаты, и говорит о том, что лучше всего для них, а не для человечества в целом. Точно так же не пытается он в этом послании и очернить иудеев. Он просто спорит с иудейскими оппонентами, которые, по его мнению, не радеют об интересах галатов.


Армстронг К. Святой Павел. Апостол, которого мы любим ненавидеть / Пер. с англ. Глеба Ястребова — М.: Альпина нон-фикшн, 2016.

util